Священник читает молитву: «Верую, Господи, и исповедую…» В этой молитве мы просим, чтобы Господь сподобил нас причаститься достойно и не быть осужденными. Затем, крестообразно сложив на груди руки, мы подходим к Святой Чаше.

У Чаши не крестимся, чтобы ненароком ее не толкнуть. Подойдя к Чаше, мы называем свое полное имя и отверзаем уста. После причащения диакон или иной служитель алтаря вытирает нам специальным красным платом уста, чтобы на них не осталось ни капли святыни. Причастившись, целуем низ Чаши и так же, со сложенными на груди руками, отходим. После того, как мы причастились, следует запить, чтобы во рту не осталось ни крошки Тела Христова. Для этого устраивают в храме столик, где наливают теплый морс, или вино, или просто воду и дают кусочек просфоры.

Почему Причастие не похоже на обычные тело и кровь?

Мы должны помнить, что причащаемся не обычных, человеческих, тела и крови, а Тела и Крови Богочеловека Иисуса Христа. Во Христе Его человечество было пронизано Божеством. Но это во время Его жизни на земле. После распятия и смерти Христос воскрес, а потом восшел на Небеса, то есть Богочеловеческие Тело и Кровь прошли путем совершенного изменения и преображения — «от земли к Небеси». Природу этой новой телесности Христа нам не постичь, но именно ее мы принимаем в себя в причастии.

О том, что мы причащаемся Тела и Крови Христовых, прошедших путем Воскресения и совершеннейшего обожения, читаем в авторитетном документе «Послание восточных патриархов» (XIX век): «Веруем, что в этом священнодействии присутствует Господь Иисус Христос не символически, не образно, не преизбытком благодати, как в прочих Таинствах… но истинно и действительно. Так, что по освящении хлеба и вина хлеб прелагается, пресуществляется, претворяется, преобразуется в самое истинное Тело Господа, которое родилось в Вифлееме от Приснодевы, крестилось в Иордане, пострадало, погребено, воскресло, вознеслось, сидит одесную Бога Отца, имеет явиться на облаках небесных…»

Можно ли что-то почувствовать во время причащения? Не есть ли это самовнушение?

Церковь никогда не советует верующим что-то воображать или пытаться почувствовать во время церковных Таинств и обрядов. Напротив, рекомендует от этого воздерживаться, иначе может случиться, что вместо подлинных благодатных религиозных переживаний мы будем чувствовать то, что себе внушили.

Но Бог может и как-то отозваться, дать человеку что-то почувствовать, это тоже факт. У свт. Феофана Затворника читаем: «Плод причащения чаще всего отзывается в сердце сладким миром; иногда приносит оно просвещение в мыслях и воодушевление в преданности Господу; иногда почти ничего не видно, но после в делах обнаруживается большая крепость и стойкость в обещанной исправности (т.е. решимости жить нравственной жизнью. — Прим. авт.)».

Современный нам подвижник, старец Амфилохий (Макрис), живший на острове Патмос, на том самом острове, где апостол Иоанн получил Божественное Откровение, писал: «Человек, когда причащается, получает силу, просвещается, видит новые горизонты и чувствует радость. Каждый по-разному, в соответствии с расположением и горячностью своей души. Один чувствует радость и покой, другой — мир, третий — дух верности и четвертый — неизреченное сострадание ко всему. Лично я часто бывал усталым, но после Божественного причастия я чувствовал, что у меня нет никакой усталости».

Правда ли, что плевать в день причащения — большой грех?

Если есть необходимость, то после того, как мы «запили», можно плевать. Я знаю одного священника, который в день причащения запрещает есть арбуз, так как приходится выплевывать семечки. Это крайность, такая же, как и распространенное в народе убеждение, что после причастия нельзя прикладываться к иконам и целоваться с другими христианами.

Божественная литургия, за которой совершается Таинство причащения, служится только утром, до 12 часов дня. Но зато ежедневно: и в выходные дни, и в праздники. Приходить на богослужение нужно до начала службы. Она начинается обычно в 9 или в 10 утра (в разных храмах по-разному).

Как причастить ребенка?

В Православной Церкви мы причащаем не только взрослых, но и детей. Дело в том, что благодать Божия действует не только на подходящего к Богу «разумно». Сила Божия действует и на тех, кто не понимает, что происходит. Она воздействует на душу, на сокровенное ядро человеческой личности. Поэтому мы допускаем совершать Таинства и над детьми, и над людьми психически неполноценными и больными.