Диавол, когда видит, что Бог умилосердился над душою, готов ее помиловать и облегчить ее от бремени страстей Словом Своим или через кого-либо из рабов Своих, тогда и диавол более отягощает ее страстями и сильнее борет ее. Но Отцы, зная сие, укрепляют человека своим учением и не допускают его предаваться боязни. Один говорил: «Ты пал? Восстань, и если опять пал, опять восстань через покаяние». Другой также говорит: «Крепость желающих приобрести добродетели состоит в том, чтобы не малодушествовать, если падут, и не приходить в отчаяние, но опять бороться». Одним словом, каждый из них различным образом, один так, другой иначе, подают руку подвизающимся и оскорбляемым от врага.

Преп. Дорофей

Не переносить безчестия есть дело неверия. Брат! Иисус Христос сделался человеком и перенес безчестия, а разве ты больше Иисуса? Это неверие и обольщение демонское. Кто желает смирения и не понесет безчестия, тот не может достиг­нуть смирения.

Якоже единый ветер все плоды земные и семена может в движение приводить и развевать или якоже едина нощная тьма по всей земле распространяется, тако злобы начальник, мыс­ленная оная тьма, источник всякого зла и смерти, ветер сокро­венный и свирепый, весь человеческий род на земле сущий в смятение приводит, и окружает непрестанными попечениями, и мирскими похотьми прельщает сердца человеков; и тьмою невежества, слепоты и забвения помрачает всякую душу, свыше не отрожденную, и мыслию, и мудрованием во иный век не преселившуюся, по сказанному, наше житие на небесах есть.

Преп. Макарий Великий

Пребывает ли сатана с Богом, как в воздухе, так и в человеках? — Если солнце сие будучи творение, просвещая места скверная, не повреждается, кольми паче Божество, аще и с сатаною вместе будет, не оскверняется, ниже помрачается. Попустил же Бог быти злу сему для людской предосторожности и упражнения. Впрочем, зло оное помрачилося, и как бы ослепло, и не может видети чистоты и тонкости Божией. Аще же кто речет, яко собственное место имеет сатана и собственное — Бог, таковый Бога признает за ограниченного и простира­ющегося только до того места, где вселяется лукавый. Ибо как говорим, что благо неописанно есть и непостижимо, и вся в Нем суть и благо не оскверняется от зла. И поскольку небо, и солнце, и горы в Бозе суть, и о Нем состоятся, неужели и оные суть Бог? Ибо вся созданная своим порядком учреждена суть, а Создатель, творению соприсутствующий, есть Бог.

Так как бес преобразуется во ангела светла, и уподобляется благодати, то как уразумеет человек козни диавольские и как воспримет и распознает стези благодати? — Действия благодати радость имеют, мир имеют, любовь имеют, истину имеют; и сия истина побуждает человека изыскивать справедливость. Но греха виды суть смущенные и не имеют радости и любви к Богу.

Человек, подвизающий и всегда себе внимающий, в молитвах и ли, в послушании ли находяся, или другое какое ни есть Богоугодное дело совершая, тьмы лукавых бесов избегнет. Ибо непрестанно себя самого испытующий и всегда взыскующий Господа, свою душу сущую в погибели страстей, стяжати может, пленяя себя самого всегда к Богу и к Нему Единому прилепляяся... Если же кто вдает себя в попечения, или славу, или властолюбие, или суетится о снискании человеческих честей, и если его душа прилепляется и примешивается земным помышлениями, или пленяется какими-либо вещами мира сего, и снискании оных печется, то такая душа избежать, удалиться и прогнать тьму страстей, в которой держится лукавыми начальствами, никак не может, потому что она любит и творит волю темного начальника и не гнушается злых начинаний.

Но что писано об Иове, немаловажно есть, как-то испра­шивал его у Бога сатана. Ибо он не мог без попущения, от себя что-либо ему учинить. Что же говорит ко Господу диавол? Даждь ми его в руце, аще не в лице Тя благословит (Иов. 2, 5). (Так и ныне тот же Иов, тот же Бог и тот же диавол.) Тогда, когда получил Иов Божию помощь, и был уготован и исполнен благодати, чтил Господа. — «Не ты ли оградил еси внешняя его и внутреняя дому его.» Остави его и предаждь ми, «аще не и лице Тя благословит.» — И так, в самое то время, когда душа утешается, надобно, чтобы благодать отдалилась и душа предана была искушениям. Тогда приступает к ней диавол и наносит безчисленные злая, отчаяние, уныние, злые помыслы, уязвляя через то душу, дабы оттщетить и лишить ее надежды на Бога. Но благоразумная душа, сими напастъми обремененна будучи и уязвленна, не отчаявается, а хранит то твердо, что стяжала, и через безчисленная искушения, вся приключаяся ей, терпеливо снося, говорит: Аще и умру, не отступлю от Него. И когда все оные искушения человек до конца претерпит, тогда начинает Господь претиться с сатаною: Видишь, коликая злая и напасти нанес ты ему, однако он тебе не повинулся, но Мне служит и Меня боится. Тогда посрамляется диавол и не имеет что еще сказать. И что касается до Иова; если бы диавол знал, что он те искушения великодушно претерпит и не будет побежден, то не просил бы его у Бога, дабы не постыдиться. Так и ныне от терпящих мужественно напасти и искушения посрамляется сатана и раскаивается, что ничего не успел. И Господь тогда глаголет к нему: «Виждь, дах ти его; виждь: попустих ти искусити его, не учинил ли ты что? И покорился ли ти?»

Знает ли сатана все человеческие помышления и намере­ния? — Если человек, с человеком обращался, знает, что у него в мысли, и ты, живя с ближним лет двадцать, бываешь сведом о делах его и намерениях, то и сатана, от рождения твоего с тобою пребывая, не знает ли помышлений твоих? Ибо шести-тысячелетний (теперь 7500) возраст имеет. Не говорим, якобы он, прежде нежели искусит человека, знал, что он учинит, ибо искушает искуситель, но не знает, повинется ли ему, или не повинется, дондеже не поработит ему волю свою. И не говорим опять, чтобы помышления сердечные и желания знал диавол. Равно бо, как древо некоторое имеет многие ветви и многие части, так имеются и некоторые отрасли помышлений и советов, которые сатана понимает; суть же иные помышления и советы сатане непонятны.

В некоторых бо вещах превозмогает сторона злобы и произ­водит в сердце зломыслия; в ином же случае опять превозмогает помышление человеческое и, получивши помощь и заступление от Бога, злобе противится; в некоторой вещи покоряется душа, а иногда свою исполняет волю. Ибо иногда человек, находяся в сих злоключениях, прибегает с горячностию к Богу, и хотя сатана сие знает и видит себе его противящася, однако отвратить человека от того не может. Почему же так? Потому что человек имеет произволение взывать к Богу, имеет природ­ные склонности любить Бога, веровать, взыскивать Его и к Нему прибегать... Бог старания, труда и делания от человека ищет.

К какому сокровищу твой ум устремился: весь ли к Богу или нет? Если нет, то изъясните мне, что тому есть препятствием? Подлинно, всегда лукавые духи, сатана и демоны удерживают мысль и борют душу. Ибо хитр диавол, многие имеет козни, хитрости и лукавства; и потому занимает душевную нажить и помышления, и не попускает исправно молиться и приступать к Богу; понеже естество наше причастно есть демонов и духов злых; так же Ангелов и Духа Свята; оно вместилищем есть сатаны и храмов Духа Святого. Прочее, испытайте совесть свою, братие, кому есте причастии, Ангелам или демонам? Чей вы храм и жилище — Божие или диавольское? Сердце каким сокровищем наполнено — благодатным или сатанинским? Яко же убо дом, исполненный зловония и смрада, надлежит совсем очистить, и украсить, и наполнить его всяким благоуханием и сокровищами, так должно очистить и нам сердце, Да Дух Святый вместо сатаны приидет и упокоится в душах наших.

Не внешняя, но внутренняя человеку пользуют или повреж­дают, как то Дух благодати и дух злобы.

Яко же аще бы был град велик и имел стены разрушенные и напали на него враги, тогда ничего не пользует ему его огромность. Надлежит убо стараться, чтобы, кроме величины, имел он также твердые стены, да не нападут на него враги.