Почему Господь, изгнав бесов из человека, "позволил им" войти в свиней? Почему не изгнал их в бездну? Потому же, конечно, почему допустил их и овладеть человеком. Для обнаружения их в мире. Для возбуждения всего человечества против них; для привлечения людей к Себе. Бесами должно наиболее ярко выявиться зло пред нравственно инертным сознанием человечества.

Если бы бесы, после своего изгнания из человека, совсем ушли бы с земли в свою бездну, люди имели бы случай подумать, что бесноватого мучили не бесы, а какая-нибудь простая физическая болезнь. Например, "нервы", на которые в наш век очень легко ссылаться ученым и неученым людям. Никто, конечно, не знает в мире, каким образом физические ниточки в теле человека могут порождать чисто нравственные явления добра и зла: например, заставлять людей благословлять Имя Божие или страшными словами хулить это Благословенное Имя. Но слово "нервы" объясняет для некоторых людей все. Им делается сразу ясной вся тайна жизни.

Благодушный и очень современный "позитивизм" этот имеет ныне многих сторонников, несмотря на все события в мире и на быстрое приближение мира к последнему Дню Господню.

Гадаринские жители тоже, может быть, как-нибудь по-житейски, по-своему объяснили бы исцеление бесноватого, если бы не пострадали от бесов.

Зная это неверие человеческое, Господь все делал, чтобы научить людей веровать в невидимый мир.

Исполняя молитву даже бесов, Господь поучает людей: есть бесы в мире! Есть невидимая сила, бесконечно коварная и лживая, но во всем подчиненная Господу, кроме коварной воли своей, которую Господь не может принудить к добру. Ибо сущность истинного добра исключает всякое принуждение к нему.

Да, есть бесы в мире! Нужна борьба с ними. Нужна бодрственность в этой борьбе, нужны внимание и вера непоколебимая в силу Христову, разрушающую все твердыни врага. Нужна защита Христова… Этой истине пришел научить Господь.

И мы видим, как одержимые животные, только что здесь мирно пасшиеся у прибрежных скал, вдруг охваченные каким то невидимым вихрем, среди ясной погоды, вопреки всякому инстинкту самосохранения, бросаются с крутизны в озеро и — тонут.

Так бросаются люди на всякие безрассудные поступки, их самих ужасающие… Сколько убийств и самоубийств предотвращенных, сколько семейных очагов сохраненных, сколько преступлений избегнутых — от одного только воззрения человека на Слово и на Крест, видимо и невидимо останавливающий человеческую душу на пороге падения.

"И бросилось стадо с крутизны в озеро и потонуло"… Что же случилось дальше?

"Пастухи, видя происшедшее, побежали и рассказали в городе и в селениях. И вышли видеть происшедшее"… потянулись отовсюду гадаринские люди, чтобы посмотреть на то, что произошло. Дальнейшее евангельское повествование позволяет нам предположить, что этих людей влекло к месту события, прежде всего, любопытство. Любопытство и теперь в мире шествует часто пред всеми другими душевными человеческими чувствами, не только добрыми, но и злыми. Оно идет часто даже пред милосердием и состраданием. Оно опережает страх и чувство самосохранения. "Происшествие" для человека есть нечто, столь же необходимое в жизни, как хлеб. Извращенная природа человеческая созерцает мир не как отражение небесной гармонии, где каждая мелочь драгоценна своим непосредственным отношением к великому целому Божьего мира; падшая природа человека созерцает мир как скучную бессмысленность, где можно лишь отыскивать себе различные приятности и где непрестанно происходят различной любопытности события. Люди устремляются к "новостям"… "Новостями" закрыт в мире вход к Божественным Тайнам.

Жители гадаринские поспешили, конечно, к необычайному происшествию. "И пришедши к Иисусу, нашли человека, из которого вышли бесы, сидящего у ног Иисуса, одетого и в здравом уме; и ужаснулись". Было чему ужаснуться, отчего вострепетать. Явное чудо — действие силы сверхъестественной. Не исцеление даже, а поистине воскрешение к жизни человека, жившего во гробах.

И без всяких рассказов было явно чудо. Однако, подтверждая видимое, свидетели события "рассказали" всем прибежавшим из города и селений, "как исцелился бесновавшийся".