О чудо! Бог, сущий выше всего, бывает в нас все, - хлеб, покров, вода, от которой если кто испиет, как сказал Господь Самарянке, не возжаждет уже никогда; так что если ты жаждешь еще, то знай, что ты еще не пил доселе от воды той, ибо неложен Тот, Кто сказал это. И я слышал от одного, который говорил: с тех пор как человеколюбивый Владыка дал мне досыта напиться от воды оной, если случалось мне забыть, что я пил от нее, и опять искать, да дано будет мне пить от нее, как бы я совсем не пил ее, тотчас сама вода сия, которой я напился прежде, воскипала внутрь сердца моего и начинала бить ключом, как некий поток световой, - и я видел это ясно. Она же самым сим воскипением внутри меня говорила как бы мне: не видишь, что я здесь с тобою? Откуда же ищешь, чтоб я дана была тебе, или пришла к тебе? Не знаешь разве, что я всегда нахожусь с теми и в тех, которым дам напиться от меня и бываю для них источником бессмертным?

Итак, брате мой, если и с тобою было то, о чем я теперь говорю, то счастлив ты и блажен.

Покажи Ему или, лучше сказать, пусть Сам Он увидит нищету твою и нестяжательность, и несребролюбивый нрав твой, так что хоть бы, как река, текло к тебе откуда-либо богатство всего мира или попалось тебе брошенным безмерное множество золота (ибо и это бывает по козням диавола и клевретов его), ты не восхотел бы даже одним глазом взглянуть на то, при всем том, что взять не представлялось бы грехом, под благовидным предлогом раздать бедным.

Когда удостоишься испить его, тогда уразумеешь, что говорю тебе. Ибо мы, как говорит божественный Павел, премудрость глаголем не века сего, престающую, но глаголем премудрость Божию, в тайне сокровенную (1Кор.2:6-7).

Тебе же, который весь мертв еси и лежишь во тме, как возможно даже услышать (от Писания) волю Божию, а не только сотворить ее, и живу быть? Никак невозможно.

Итак, поелику мы с тобою мертвы и находимся во тме, то какая же есть возможность ожить нам, или узреть Христа, истинный Свет, сошедший на землю? Слушай со вниманием и, не оправдывая себя, смирись пред Богом, и скажи:

Господи! Ты, Который не хочешь смерти грешника, но хочешь, чтоб он покаялся и начал жить духом опять, - Ты, Который того ради и на землю сошел, чтобы воскресить умерщвленных грехом и сподобить их увидеть Тебя, Свет истинный, сколько возможно человеку видеть Тебя, пошли мне, молюся Тебе, человека, знающего Тебя, чтобы я со всею силою подчинился ему ради Тебя и, служа ему, служил Тебе, и, его волю исполняя, исполнял Твою волю, и таким образом благоугодил Тебе, единому Богу, я, грешный, и сподобился царствия небесного.

Если ты пребудешь в молитве сей долгое время, всеусильно и от всей души умоляя Господа и толкая неустанно в двери милосердия Его, то будь уверен, что Он не оставит тебя, но научит тебя, - или Сам, или чрез какого-либо раба Своего, - тому, что тебе подобает творить, и по благодати Своей и молитв ради того раба Своего, подаст тебе силу и совершит все то. Ибо без Божией помощи не возможешь ты ничего сделать, но, как я сказал, Бог будет для тебя все. При таком порядке, пусть Христос еще не все для тебя, и ты не все еще совершаешь во Христе, по крайней мере ты подчиняешься друзьям Его и приставникам, и чрез посредство сих друзей Его являешься рабом Ему, - по крайней мере творишь волю рабов Божиих, а не свою (воля же рабов Божиих есть воля Божия), - по крайней мере делаешь нечто Бога ради и не остаешься праздным, и находишься в состоянии смирения, а не превозношения. Вспомни, что я сказал прежде, что из военачальников и начальников всех, иные суть рабы царя, иные - друзья, чрез посредство коих делаются друзьями царя и те, кои состоят под властию каждого из них, которые, хотя не видят царя и не беседуют с ним, но, служа верно военачальнику или начальникам своим как самому царю, надеются, что чрез посредство тех, кому служат, получат от царя дары и чины. Некоторые из них, пользуясь ходатайством начальников своих, получают от царя дары, каких ожидали; некоторые же сами делаются именитыми чрез свое мужество и преуспеяние, за что царь берет их к себе, чтит их и делает начальниками и ходатаями о других. Тогда они удостоиваются лицом к лицу служить царю своему, беседовать с ним и слышать глас его.

Напротив, за это его не только осуждают, но и наказывают. Как же мы с тобою, - которые живем, как вельможи, предаемся покою, беспечности и бездействию, и не только ничего не делаем и не служим другим, но, когда не видим услужения себе от других, негодуем, бранимся и ропщем, - как, говорю, мы дерзаем говорить, что служим Богу и никого не обижаем! Ибо, кто может кому послужить чем и не хочет им послужить тем, тот обижает их и делает себя повинным Страшному суду Господа, Который речет им: идите от Мене, проклятии, в огнь вечный, уготованный диаволу и аггелом его. Взалкахся бо, и не дасте Ми ясти и прочее (Мф.25:41 и далее). Был Я в болезни, и вы не послужили Мне. Как же и каким лицом будем мы смотреть на сего страшного Судию, когда Он приидет испытать дело каждого из нас?

Не прельщайтесь. Бог есть огнь, и когда пришел на землю и сделался человеком, вверг огнь на землю, как Сам говорит (Лк.12:49). Огнь сей всюду обходит, ища себе вещества, то есть доброго сердца и произволения, чтобы пасть внутрь его и возжечься. В ком возжигается он, в том восходит в пламя великое, досязающее до небес, и не даст уже ему быть в бездействии или предаваться покою. Он не опаляет души, в которой возгорается, хотя возгорание сие бывает не без восчувствования его душою, как думают некоторые из мертвых (душою). Душа не есть бесчувственное вещество, но есть существо чувствующее и разумное. Почему она в самом начале чувствует и сознает возгорание огня того, - и сие тем паче, что оно сопровождается чрезмерным и нестерпимым болезнованием (сердечным). Потом, когда огнь сей очистит нас совершенно от всякой скверны страстей, тогда навсегда уже делается внутрь нас и пищею, и питием, и светом, и радостию, - нас самих делает светом по причастию, - в той мере, в какой делаемся мы сами причастными света его.

Когда же все сие сгорит и естество души останется одно без страстей, тогда существенно с нею соединяется и божественный оный огнь и начинает гореть и светить в ней, тогда и она делается причастною сего мысленного огня, как печь причастною огня вещественного, - равно и тело причащается тогда сего божественного и неизреченного света и бывает огнь по причастию. Да ведаем, однако ж, что этому всему невозможно совершиться в нас, если мы не возненавидим мира и всего, что в мире, с готовностию даже и живот свой положить за сие дело Божие, как говорит Господь (Лк.14:26). И иным образом огнь сей в нас не возгорается.

Которые сподобились приять в себя сей огнь, те не только сами освободились совершенно от всех болезней душевных, но и других многих, которые были немощны и больны душевно, извлекли из сетей диавола и уврачевали, - и принесли их как дар Владыке Христу. Божественный огнь оный научал их всякому ведению и искусству духовному и всякой премудрости, - и они всю жизнь свою благоугождали Богу. Таков был Петр, божественный Апостол, приявший ключи царствия небесного; таков был Павел, восхищенный до третьего небесе, и прочие Апостолы. Таковы были святые богоносные отцы наши и учители, которые силою сего божественного огня пожгли, как терния, и уничтожили все ереси, которые повелевали демонам, как непотребным рабам, и те со страхом повиновались им. Таковыми были и бывают всегда те, которые так возлюбляли Бога, что не жалели ради угождения Ему самой жизни своей.

По заповеди Апостола, нам, во-первых, надобно преуспеть во всякой добродетели и соделать своего по Богу человека совершенным и всецелым, так чтобы в нем не было недостающим ни одного члена, то есть ни одной добродетели. И не иначе, как уже пришедши в меру сию, получим мы от небесного Царя благодать Духа, как воины получают оброк от царя земного. Тогда-то, наконец, как сделавшиеся уже мужами совершенными, достигшими в меру возраста исполнения Христова и сопричислившиеся к воинам и рабам Господа, тогда-то, говорю, как воины Христовы, поднимем мы решительную брань против врагов. Кто, как говорит божественный Апостол, воинствует своими оброки когда? (1Кор.9:7). - И что называет он оброком? Царский кошт. Если таким образом и мы не получим от Бога хлеб оный, который сходит с неба и дает живот миру, то есть благодать Святого Духа (ибо это есть духовный кошт, коим питаются делавшиеся воинами Христовыми, и в это облекаются они духовно вместо всякого оружия), то, скажи мне, каким образом можем войти в строй воинства Божия и сопричислиться к рабам Его?

Но приидите, умоляю вас, проснемся от тяжкого сна беспечности, все желающие освободиться от рабства страстей. Притечем ко Христу, истинному Владыке, с готовностию соделаться рабами Его. Восподвизаемся и мы явиться делом такими, какими слово наше изобразило истинных рабов Божиих. Перестанем с небрежностию относиться к делу спасения своего и обманывать себя самих, придумывая извинения себе во грехах своих и говоря, что никак невозможно быть сему, то есть достигнуть показанного совершенства в настоящем роде, - и философствуя таким образом в ущерб спасению нашему и на пагубу душ наших. Ибо, если захотим, возможно, и так удобовозможно, что одного произволения нашего достаточно к тому, чтобы воззвать нас на такую высоту. Где готово произволение, там нет уже никакого препятствия. И что говоришь ты, человече? Бог хочет соделать нас из людей богами (произвольно, однако ж, а не принудительно), - а мы время выставляем в предлог и отвергаем благодеяние. Не безумие ли это и не крайнее ли невежество? - Бог так сильно сего желает, что сошел на землю и воплотился именно для этого только. Почему если только восхощем и мы, то совершенно ничто не может уже воспрепятствовать сему, - только прибегнем к Нему с теплым покаянием. Когда же и Он приближится к нам и коснется сердец наших хоть лишь краем пречистого перста Своего, тогда возжжет светильники душ наших и не даст уже им погаснуть до скончания века, - и вовеки, - и еще. Ему подобает слава, честь и поклонение ныне и присно, и во веки веков. Аминь.