Так же учит и Святой Василий Великий:

"Отпрыск тростника не производит маслины, а напротив того, от тростника бывает другой тростник, и из посеянных семян произрастает сродное им. И таким образом, что при первом сотворении изникло из земли, то соблюдается и доныне".[136]

Так же учили и другие святые Отцы. Очевидно, что сторонники "христианского эволюционизма" водятся не святоотеческим Духом. Их предшественниками могут служить или ариане, или монофизиты признававшие возможность изменения природ. Первые говорили, что Христос будучи тварью стал Богом, а вторые — сливали в Нем две различные природы. Достойные предшественники новых еретиков!

Что же будет, если мы попытаемся подогнать под эволюционные басни православное вероучение? Тотчас возникнет необходимость объяснить, чью природу принял Бог Сын. Ведь если человек есть усовершенствованная обезьяна — лемур — крыса — пресмыкающееся — амфибия — рыба — беспозвоночное, то само понятие человеческой природы теряет всякий смысл. А если это так, то почему нельзя будет сказать, что Христос это богорыба или какое-либо подобное богохульство. Сам халкидонский догмат потеряет всякий смысл, ибо почему Господь в двух (а не в ста) природах познается. Почему тогда Церковь на Пятом Вселенском Соборе отвергла учение Оригена, говорившего о возможности многих воплощений? Так эволюционизм приведет нас к тому, что мы легко сможем принят басни язычников о многих воплощениях Божества в виде различных животных. Как можем мы смеяться над рассказами о явлении Зевса в виде быка или лебедя, если человек и есть по природе своей тоже, что бык и лебедь? Почему мы не кланяемся вместе с египтянами луку и чесноку? Ведь эволюционизм не дает нам никаких четких границ между ними и человеком. А если человек-это особая форма чеснока или крокодила, и если не существует самих понятий природы, существующей в ипостасях, то почему бы не считать, что бог эволюционистов не воплотился и в таких созданиях.

Надо сказать, что такое смешение природ приводит к тому, что теряется смысл всякая нравственность. Ведь если человек — просто животное, то почему нельзя блудить или прелюбодействовать? Ведь многие из них не имеют постоянных пар. Почему скотоложество является крайней гнусностью, если любой скот то же, что и человек? Почему вызывает такое неприятие идеи фашизма, если борьба за существование эволюционистами считается великим благом, ведущим к улучшению вида (что это такое, впрочем, теория не знает)? Не даром среди эволюционистов уже некоторые выступают за легализацию людоедства, ведь чем отличается мясо человека от мяса свиньи, если природа их одна?

Очевидно, что принятие эволюционизма ведет к полному уничтожению всего христианства.

Теперь нужно коснуться теории, утверждающей что человек — преображенная обезьяна (аллегорически называемая прахом земным), в которую Бог вдунул душу. Кроме уже указанного противоречия с халкидонским догматом эта теория прямо осуждалась Отцами. Очень мудрый ответ дает нам на это св. Ириней Лионский, также сталкивавшийся в борьбе с гностиками-валентинианами, с отрицанием буквального понимания этих слов. Объясняя чудо исцеления слепорожденного, этот великий святой пишет:

"Заблуждаются также и последователи Валентина, говорящие, что человек создан не из этой земли, а из жидкой текучей материи. Ибо из какой земли Господь образовал зрение, из той, очевидно, и в начале человека создал. Было бы несообразно, если бы глаза были созданы из одного, а остальное тело из другого, как несообразно то, чтобы один создал тело, а другой — глаза".[137]

Этот глубокий аргумент основан на словах Писания: