"Преувеличенное понятие о значении человека рождается при всяком принижении понятия о Божестве и доходит до максимума, если значение Бога доходит до нуля"[42].

Основа сатанизма подобна.

"Люди-язычники представляют себе, что всегда был хаос, первобытная "вода" и т. п., из которой каким-то образом самостоятельным процессом самозарождения развились центры концентрации, давшие в результате эволюцию мира с его крупными и мелкими "богами" и с самим человеком. Люди представляют себе это первобытное "бытие" в материальных формах. Сатанинская психология может такую же концепцию воды иметь о бытии духовном, с конкретными духовными силами, то есть предполагать вечное существование такого "духовного хаоса", духовной "первобытной воды", среди которой самостоятельно зародились ангелы как личная концентрация этой безличной духовной первобытности. В таком случае мыслимо себе представить, что Падший Ангел, хотя и не знает о существовании Бога, но верит в Его предсушествование "духовному" бытию. Падший Ангел мог видеть, что Господь Бог необычайно могущественен, но смотрит на Него все-таки как лишь на первого из равных" [43].

Из проведенного краткого анализа язычества вытекает следующий двоякий вывод. С одной стороны, язычество во всех своих разновидностях немыслимо без принципа эволюционизма. С другой стороны, идея эволюции всегда коренится в языческом мировоззрении и является его неотъемлемым признаком.

Соединить вполне языческую веру в эволюцию и христианскую веру в Божественное Откровение невозможно. Окажется синкретическое уродство, неизбежно родится гностицизм. Творец уравняется с творением и будет или оставлен за ненадобностью или подчинен законам тварного мира. "Бог же наш на небеси и на земли вся елика восхоте сотвори"(Пс.113.11). И Ему-то, Всемогущему Творцу, предлагается лакейская роль охранника "закона эволюции"! Ему достается сомнительная честь быть в лучшем случае Первопричиной бытия, либо просто диспетчером эволюции. Но такой безвольный и немощный бог не имеет ничего общего с исповедуемым Церковью Христовою Всемогущим Господом. А язычники при описании эволюции как-то всегда спокойно обходились без Истинного Бога. Политеистам, пантеистам и атеистам Он оказался вовсе ненужным, лишним, а гуманистам и сатанистам Бог христиан служит лишь объектом нападок, соперничества и брани.

Из сказанного становится понятным, что все попытки создать так называемые "православные" теории эволюции представляют собой сознательные или неосознанные посягания на церковное вероучение. Эволюционизм может быть последователен и даже изящен в построениях языческих, где он гармонирует с остальными частями мировоззрения. Но с библейским и святоотеческим мировосприятием эволюционизм совместим быть не может. Всякий "православный эволюционизм" представляет собой искажающую редукцию Откровения, либо синкретическую смесь язычества со знанием, исходящем из Божественного источника.

"Православный эволюционизм" еретичен по самой своей сути, во всех своих многочисленных проявлениях. Эволюционизм, прикрывающий свое языческое происхождение христианской фразеологией и библейскими цитатами, определенно представляет собой разновидность гностицизма. В самом деле, гностицизм первых веков нашей эры представлял собой попытку синтезировать Божественное Откровение и языческое суемудрие. Ровно тем же самым занимаются и современные "православные эволюционисты" (в чем они, между прочим оказываются сродными эзотерическим сектам). Подтвердим наше суждение мнением известного богослова 19 века проф. В.В. Болотова. В своих "Лекциях по истории древней Церкви" он заметил, что гностики ввели в круг своего аппарата христианские воззрения.

"Но при этом положительное содержание христианской религии представлялось им узким. Оно давало ответы на вопросы религиозно-нравственные, но оставляло в стороне вопросы чисто космологические, или, по крайней мере, решало их не в той формуле, в какой привыкла решать их наука этой эпохи" [44].