Мученичество было плодом истинного Богопознания, даруемого верою.
Мученичество было делом веры. Это дело похулили и хулят те, которые высоко ценят дела падшего естества человеческого: они в ослеплении своем называют этот великодушный, святейший подвиг, дарованный человечеству Богом, следствием умоисступления.
Так важна каждая мысль богопреданных догматов, что святые исповедники, подобно мученикам, запечатлели православное исповедание догматов томительными страданиями и потоками крови.
По важности веры в деле спасения, и грехи против нее имеют особенную тяжесть на весах правосудия Божия: все они смертные, то есть с ними сопряжена смерть души, и последует им вечная погибель, вечная мука в адских пропастях.
Смертный грех — неверие: он отвергает единственное средство к спасению — веру во Христа.
Смертный грех отречение от Христа: он лишает отрекающегося живой веры во Христа, являемой и содержимой исповеданием уст.
Смертный грех ересь: она содержит в себе богохульство и делает зараженного ею чуждым истинной веры во Христа.
Смертный грех отчаяние: он — отвержение деятельной, живой веры во Христа.
Исцеление от всех этих смертных грехов: святая, истинная, живая вера во Христа.
Существенно важно в делах веры исповедание уст: великий законодатель израильтян Боговидец Моисей только что произнес, при деле веры, слово с некоторым признаком сомнения, как лишился входа в землю Обетованную [1129].
Ученик некоторого египетского пустынножителя в беседе евреем едва произнес, по простоте своей, двусмысленное слово о вере христианской, и немедленно отступила от него благодать крещения [1130].
Церковная история повествует, что в первые времена христианства, во времена гонений, некоторые язычники притворно, в шутку и насмешку, произносили устное исповедание Христа, и внезапно осеняла их благодать Божия: они мгновенно претворялись из закоренелых язычников в ревностных христиан и запечатлевали кровью то исповедание, которое сначала произнесено было как кощунство [1131].
Страдания и смерть за заповеди евангельские — также дело живой веры во Христа, также мученичество [1132]. И преимущественно принадлежит это мученичество святым инокам.
Одушевляемые живою верою, святые, иноки, подобно Аврааму, оставляли отечество и дом родительский, подобно Моисею, предпочли земным наслаждениям страдания о Христе, подобно Илии, полуобнаженные, избрали местом жительства пустыни и вертепы, очами веры они взирали на небесное мздовоздаяние.
В пустынях своих, вдали от человеков, вдали от развлечения и занятий тленных они вступили в подвиг против греха, извергли его из действий, из помышлений, из чувствований своих, и в чистые души их нисшел Дух Святой, наполнил их дарами благодатными. Живая вера во Христа и во Евангелие даровала преподобным силу выдержать подвиг против греха, соделала их сосудами Святого Духа.
Вера — мать терпения, мать мужества, сила молитвы, руководительница к смирению, подательница надежды, лествица к престолу любви.
Вера во Христа, являемая и исповедуемая видимо и невидимо исполнением заповедей Христовых, содержит невредимым залог спасения, а тем, которые оставили мир для того, чтоб всецело посвятить себя евангельской деятельности, доставляет христианское совершенство.
В достигших христианского совершенства усиленная вера, по действию Святого Духа, взирает с особенною ясностию на обетования Божии, как бы видит, как бы осязает вечные блага. И бывает она, по учению Апостола, в полном смысле уповаемых извещение, вещей обличение невидимых [1133].
Обогатившиеся живою верою во Христа изменяются в отношении к видимому миру и земной жизни: закон и приговор тления, изменения и конца в тленных предметах видимого мира делается для чистых взоров их очевидным; земные преимущества, как маловременные, пред этими чистыми взорами ничтожны.
Обогатившиеся живою верою во Христа перелетают, как крылатые, чрез все скорби, чрез все затруднительнейшие обстоятельства. Упоенные верою во всесильного Бога, они в труде не видят труда, в болезнях не ощущают болезней. Они признают единым деятелем во вселенной Бога, они соделали Его своим живою верою в Него.