Православные предлагают протестантам одно: примите Евангелие целиком, а не кусочками. Услышьте Его обращение: Покайтесь… Приимите… Сия есть Кровь Моя, за вас и за многих изливаемая во оставление грехов…

Протестанты склонны иногда признавать свое хлебопреломление действительным таинством****************.

Но даже если некий баптистский съезд заявит, что отныне в их чашах не вино, и истинная Кровь Спасителя – это еще не будет означать, что их надежда и в самом деле осуществится.

Для истинного Таинства нужно быть в истинной Церкви, а для этого нужно находиться в русле апостольской преемственности.

Почему апостольская преемственность столь важна для послеапостольского века?

Дело в том, что суть церковной жизни – это не усвоение «апостольского учения», которое можно было бы постичь лишь путем прочтения книг некогда живших людей или их современных адаптаций.

Церковная жизнь – это введение человека в Тело Христово, в Богочеловечество.

Как может ввести сюда постороннего кто-то, кто сам здесь чужой? Апостол Павел однажды вопрошает: «Что ты имеешь, чего бы не получил» (1 Кор. 4, 7).

А если не получил – что можешь передать?

Таинство создает Церковь, но само Таинство может быть совершено только в Церкви.

Таинством создана Церковь как Тело Христово, но Само Тело Христово может быть воспроизведено только в Нем же. Только к уже наличному Телу Христову могут присоединяться новые клеточки.

Поэтому необходимо продолжение той т?инственной жизни, что началась в Апостолах, поэтому необходимо апостольское преемство.

Но, следовательно, там, где нет Литургии, нет и Церкви.

«Чистое приношение одна только Церковь приносит Создателю, и все сонмища еретиков не делают приношения Богу. Наше же учение согласно с Евхаристией, и Евхаристия, в свою очередь, подтверждает наше учение», – свидетельствует святитель Ириней (Против ересей. 4, 18, 4-6).

Чистую Жертву может принести Богу только истинная Церковь, а истинной может быть только та Церковь, которая создана истинной Жертвой. Можно унести с собою из Церкви Библию. Можно унести учение. Нельзя унести Чашу Христову. А потому – не может быть self-made-Church, самодельной Церкви, воссозданной энтузиастами из исторической и онтологической пустоты. «Один хлеб, и мы многие одно тело; ибо все причащаемся от одного хлеба» (1 Кор. 10, 17).

Потому – «Никто да не обольщается! Кто не внутри жертвенника, тот лишает себя хлеба Божия» (святитель Игнатий Богоносец. Ефес. 5).

Человеку не дано воссоздать Церковь апостолов, он может лишь присоединиться к ней. К этому уже рожденному Телу можно прививаться, но его нельзя создать заново вне него и помимо него. Живое тело не может начать где-то расти второй раз, оно не может начать новую, отдельную жизнь, разорвав непосредственную физическую связь с тем телом, которое было дано при рождении. Это верно в отношении к человеческому телу.

Но точно так же и Тело Христово не может расти из пустоты. Апостольское преемство – не просто каноническая, но онтологическая реальность, онтологическое требование, условие бытия Церкви как Христова имения, как инобытия Бога. По слову апостола Павла, «Никто не может положить другого основания, кроме положенного, которое есть Иисус Христос» (1 Кор. 3, 11).

Литургия же как полнота Богочеловеческой реальности может прийти только от полноты. Отсюда – рефрен апостольской проповеди: «что мы приняли – то и передаем».

Воссоздать Церковь вне апостольского преемства можно было бы только через повторение Тайной Вечери. Но как раз та Жертва, по ясному слову апостола Павла, совершена единожды. Единожды Христос принес Себя в жертву, чтобы люди приняли Бога.

Для создания новой Церкви из пустоты, вне Предания, нужно требовать новой Голгофы от Сына Божия.