Иов 11,12. Во-первых, это речь не Иова, не праведника, а его оппонента (Софара Наамитянина), чья позиция в конце концов была отвергнута Богом. Во-вторых, цель этой речи – о том, чтобы смирить человека, доказать ему, что тот не имеет права на вопрошание к Богу: «Можешь ли ты исследованием найти Бога? Можешь ли совершенно постигнуть Вседержителя? Он превыше небес, -- что можешь сделать? глубже преисподней, - что можешь узнать? Длиннее земли мера Его и шире моря. Если Он пройдет и заключит кого в оковы и представит на суд, то кто отклонит Его? Ибо Он знает людей лживых и видит беззаконие, и оставит ли его без внимания? Но пустой человек мудрствует, хотя человек рождается подобно дикому осленку». Вообще же по правилам речи и мышления, если человек чему-то уподобляется, то это никак не значит, что душа человека перевоплощается после его смерти в то, чему он был уподоблен…

Иов. 33,29 звучит в контексте так: «он вразумляется болезнью на ложе своем и жестокою болью во всех костях своих, - и жизнь его отвращается от хлеба и душа его от любимой пищи. Плоть на нем пропадает, так что ее не видно, и показываются кости его, которых не было видно. И душа его приближается к могиле и жизнь его - к смерти. Если есть у него Ангел-наставник, один из тысячи, чтобы показать человеку прямой путь его, - Бог умилосердится над ним и скажет: освободи его от могилы; Я нашел умилостивление. Тогда тело его сделается свежее, нежели в молодости; он возвратится к дням юности своей. Будет молиться Богу, и Он - милостив к нему; с радостью взирает на лице его и возвращает человеку праведность его. Он будет смотреть на людей и говорить: грешил я и превращал правду, и не воздано мне; Он освободил душу мою от могилы, и жизнь моя видит свет. Вот, все это делает Бог два-три раза с человеком, чтобы отвести душу его от могилы и просветить его светом живых». Как видим, речь идет о тех, кто лишь приближался к могиле, но не нисшел в нее. Речь идет о том, как Бог восставляет человека с одра болезни, давая ему возможность для покаяния.

Если сторонникам идеи реинкарнации пришлось так жестко обойтись с библейскими текстами, нагрузив их теми смыслами, которые им совершенно чужды, значит все-таки Библия – не то место, где звучит проповедь переселения душ.

Так когда и как появляется это учение у евреев? Первые упоминания о проявлении реинкарнационных взглядов на еврейской почве восходят к рубежу I-II веков по Р.Хр. Еврейский историк Иосиф Флавий приписывает допущение реинкарнации фарисеям: “Души, по их мнению, бессмертны; но только души добрых переселяются после их смерти в другие тела, а души злых обречены на вечные муки” (Иудейская война. II, 8, 14). “Фарисеи верят в бессмертие души и что за гробом людей ожидает суд; грешники подвергаются вечному заключению, а добродетельные люди имеют возможность вновь воскреснуть” (Иудейские древности. XVIII. 1, 3). “Тем, кто сохранил верность законам, Бог даровал право родиться вновь и получить лучшее, в сравнении с прежним, существование” (Против Апиона II, 30)84. Тут же Флавий отмечает, что это учение фарисеев весьма популярно в народе.

Блаватская в этой связи радостно восклицает: «То, чему Будда учил в шестом веке до Р. X. в Индии, Пифагор учил в пятом веке в Греции и Италии. Гиббон показывает, как глубоко у фарисеев запечатлелось это верование в переселение душ»85… Только теософ может сделать столько исторических ошибок на протяжении двух фраз. Пифагор жил не в пятом, а в шестом веке до Рождества Христова. Зато время жизни Будды в современном востоковедении принято полагать в V-IV веках до Р. Хр.uu Будда не проповедовал учение о «переселении душ» хотя бы потому, что он проповедовал учение «анатмана», то есть отсутсвие вообще какой бы то ни было души у человека: «переселяться» из тела в тело просто некомуvv. Книга Э. Гиббона, французского историка XVIII века «Закат и падение Римской империи», на которую ссылается Блаватская, никак не касается вопроса о верованиях фарисеев в реинкарнацию. Гиббон ограничивается лишь упоминанием о том, что фарисеи верили в бессмертие души)86. Что же касается веры фарисеев…

Лучше бы теософам не спешить соглашаться с Иосифом Флавием. Ибо именно с фарисеями Христос и не нашел общего языка... Так что теософы опять попадают в логическую ловушку: если они уверяют, что в иудаизме у самой массовой и уважаемой народом партии –(фарисеев) была вера в реинкарнацию - то зачем ее скрывал Иисус; а если уверяют, что Иисус ее скрывал, чтобы не раздражать иудеев - значит, у иудеев этой веры не было...

Впрочем, вряд ли стоит в этом вопросе слишком доверять Иосифу Флавию.

Скорее всего, Флавий просто стилизует под нормы греческой философии традиционную библейскую веру в воскресение плоти. Еврейская религия и сам еврейский народ презирались язычниками. Даже Марк Аврелий - философ на троне" - был преисполнен антисемитизма. "Рассказывают, что когда Марк Аврелий на пути в Египет проезжал через Палестину, то, испытывая отвращение к вонючим и нередко производившим смуты иудеям, скорбно воскликнул: “О маркоманны, о квады, о сарматы! Наконец я нашел людей хуже вас” (Аммиан Марцеллин. Римская история. 24,5,5). Соответственно, иудейские книжники старались оправдать веру своих отцов перед судом покорителей Палестины. Еврейские интеллектуалы встают на защиту своего народа и своих святынь. Они идут тем же путем, которым чуть позже пойдут христианские "апологеты": стараются найти параллели между Библией и эллинской культурой (философией, поэзией, религией). Иосиф Флавий и Филон Александрийский дают примеры приспособления религии своих предков ко вкусам языческой философской среды. Флавий "опускает или старается оправдать то, что могло казаться недостойным его нации. Совершенно опущены рассказы о продаже Исавом первородства, убийстве египтянина Моисеем, о золотом тельце и др. Рассказывая о чудесах, он старается дать им рационалистическое толкование... Изложение библейских чудес показывает, что автор сам не верил в них... Фарисеи и саддукеи изображаются им как философские школы, интересовавшиеся проблемами свободы и бессмертия... Разумеется, при таком освещении у Иосифа не получается действительная история.... В пользовании источниками можно видеть даже иногда искажения"87. Не ограничиваясь лишь указанием на действительно близкие места Библии и греческой философии, они порой создают их сами.

Похоже, что и превращение Иосифом Флавием палестинских фарисеев в подобие стоического философского кружка относится к такого рода попыткам. Это не столько рассказ о прошлом, сколько попытка сотворения желательного будущего - такого будущего, в котором римляне считали бы евреев равными себе.

Сообщению Иосифа о фарисеях, таким образом, не стоит придавать много веса. Во-первых, потому, что оно исходит из источника, который не скрывает своей тенденциозности.

Во-вторых, потому, что это сообщение не подтверждается другими свидетельствами о вере фарисеев. Так, в Евангелиях фарисеи предстают как оппоненты саддукеев и вполне одобряют ответы Христа, защищающие Воскресение (Лк. 20,39; Мк.12,27; Деян. 23,8-9). Фарисей Никодим (Ин. 3) слова Христа о необходимости нового рождения первоначально понимает именно буквально (“неужели войти в утробу матери своей и родиться?”), но это не вызывает в нем никакого энтузиазма и даже понимания.

В-третьих, потому, что слишком уж фантастично выглядит логика, которую Флавий приписывает своим фарисеям.

Насколько неорганична идея реинкарнации для ветхозаветной религии, видно из того, сколь неуклюже обосновываются первые попытки интеграции этой идеи в еврейскую религию, предпринятые вскоре после новозаветной перемены в судьбе Израиля. Согласно Флавию, фарисеи полагали, что “вторая попытка” может быть дана только праведникам (в то время как грешники наследуют вечные муки). Переселение служит средством возвращения к Богу только тех людей, которые не сошли совершенно с пути спасения. В отличие от обычных реинкарнационных систем, не грешник, но праведник посылается в новую земную жизнь. Перевоплощение - не кармическая кара, понуждающая душу еще раз облечься в плоть, но награда. Почему это так, Иосиф Флавий не поясняет. Позднее, в каббалистической традиции появляется такое объяснение этого пути: поскольку нельзя спастись, не исполнив весь закон, то реинкарнация может быть нужна для того, чтобы исполнить-таки всю полноту Закона. В Законе 613 заповедей. И даже при полной праведности может просто не представиться случай исполнить их все. Например, если кто не имеет злой жены, тот не разводится с ней, и, следовательно, не выполняет заповеди, предписанной в книге Второзакония (24,1), по которой он обязан выдать злой жене разводную. Поэтому он должен родиться еще и вступить в несчастный брак88.

Это все равно, как если бы мы сказали, что в православной Церкви есть 7 таинств — и они только в совокупности спасительны. Потому, если кто в этой жизни не принял таинства священства — он должен это сделать в следующей, а если кто избрал, напротив, монашеский путь и не познал таинства брака — то должен будет сюда вернуться и в следующей жизни венчаться.