HOW SHOULD WE TREAT ISLAM AFTER BESLAN?
Все клонится к "нулевому варианту": Россия еще пару лет будет считать, что Чечня - часть Федерации. Чеченцы же до времени (до референдума) не будут мешать русским так думать. Наконец через полгода или год пройдут выборы, которые определят - кто станет новым лидером Чечни, и новый парламент на основаниях уже менее сомнительных, чем те, что были у Дудаева, вновь потребует суверенитет. На месте чеченцев я бы постарался перенести момент решительного голосования по вопросу о том, быть ли Чечне в составе России, на возможно более дальний срок: пусть сначала Москва восстановит разрушенную войной инфраструктуру чеченской экономики, чтобы было с каким приданым откалываться от нее.
Я не чеченец. Я - русский (хоть и с чеченской, может быть, фамилией). И я пробую представить, что будет значить для России и русских "нулевой вариант" в Чечне. В Грозном разрушены прежде всего многоквартирные здания, населенные в основном русскими (чеченцы предпочитают жить в частных домах). Сейчас федеральными силами и средствами эти дома будут восстанавливаться. Но я все равно не представляю, как после этой войны смогут жить русские в Грозном. Они будут стараться уехать; чеченцы их в этом стремлении будут поддерживать (не деньгами, конечно, а иными, площадными средствами). Но уехать им будет некуда потому, что в России для них квартир никто строить не станет. Так надо ли в Грозном строить для бездомных русских квартиры, которые те через два года будут вновь бросать? Не проще ли сразу построить эти дома на Кубани или на обезлюженном севере Руси?
Как и чем рассчитывает Россия удержать Чечню? Любовью - не удалось. Силой - не получается. Значит, остается - экономикой, деньгами. Но нужна ли России провинция, из-за которой метрополия живет беднее?
Чечня была нужна России в прошлом веке-когда мы жили в состоянии перманентной войны с Турцией и когда империя лелеяла мечту о покорении Константинополя и Иерусалима под ноги православного русского царя. Сегодня эти грезы вряд ли посещают мечты президента или сон патриарха. Значит, контроль над Главным Кавказским хребтом вряд ли имеет военно-страте ическое значение для нас. Что же нам там надо? Нефть? Но ее можно, видимо, контролировать даже в том случае, если Чечня останется за административными границами России.
Можно - если, уходя из Чечни, наши политики не проявят той же недальновидности, что и при уходе из Прибалтики. Насколько я понимаю, в политическом торге всегда важно помнить - какой из сторон, вовлеченных в тяжбу, важнее итоговая договоренность. То есть надо взвешивать - кто в чем нуждается. Чечне свобода нужнее, чем России - Чечня. Значит, в роли просителя выступает Чечня, а не Россия. Не мы должны умолять Чечню остаться в наших пределах на любых условиях - но Чечня должна умолять отпустить ее, и тоже на любых условиях.
Мне лично кажется, России реалистичнее согласиться с суверенитетом Чечни и тем самым встать в позицию стороны, диктующей условия, а не просящей чего-то. Вам нужен суверенитет? - Берите. Но мы вам его продаем за такую-то цену.
Первое: Мы не признаем нынешней территориальной целостности Чечни. Пусть референдум с точностью до одной станицы определит, какие земли и селения останутся в Чечне, какие отойдут в Ингушетию, какие - в Россию.
Второе: Грозный финансирует переселение в Россию русскоязычных граждан и всех, желающих сохранить российское ражданство. По крайней мере, правительство Чечни обязуется выкупать у будущих переселенцев их квартиры по такой цене, чтобы они могли купить аналогичную жилплощадь в крупных городах России.
Третье: Минимум религиозных, культурных, языковых, экономических и политических прав закрепляется за русскоязычными гражданами, принявшими подданство Чечни и оставшимися в ней жить, а также за теми, кто, сохранив российское подданство, останется жить на территории Чечни.
Четвертое: Формулируются льготные условия грузового транзита российских грузов и грузов, следующих в Россию (в том числе нефти) через территорию Чечни.
Пятое: Нефтяные предприятия Чечни передаются в собственность российско-чеченскому концерну, в котором доля российской стороны заранее оговаривается (например, 50 процентов плюс одна акция).
Шестое: Обустройство новой государственной границы России будет осуществляться по инициативе Грозного - так пусть Грозный и платит за осуществление своей прихоти.
Седьмое: Оговариваются условия сохранения российских военных баз в Чечне (без арендной платы за землю и без налоговых обложений), а также условия их пополнения призывниками.
Восьмое: Особый протокол фиксирует обязательство Чечни не вступать в военные союзы, участником которых не является Россия.