А вот другой пример: мать, горячо любящая своего малыша, вдруг ловит себя на мысли, что может его задушить. Мысль эта ужасает ее, она не соответствует ее нравственным представлениям, не продиктована никакими реальными внешними обстоятельствами - напротив, абсурдна, лишена всякого здравого смысла. Но словно заноза, цепко укоренившись в сознании, начинает причинять боль своей жертве, которой порой и стыдно в этом кому-то признаться.

Навязчивые мысли часто начинаются с вопроса: "А вдруг?" Далее они автоматизируются, укореняются в сознании и, неоднократно повторяясь, создают существенные затруднения в жизни. Чем больше борется человек, желая от них избавиться, тем более они овладевают им.

Важной причиной развития и самого существования невротического страха является развитое чувственное воображение, мимо чего обычно проходит посвященная этой тематике специальная литература. Ведь человек, к примеру, не просто боится упасть с высоты, но и всячески "распаляет" вымышленную ситуацию, представляя свои похороны, себя лежащим в гробу и прочее.

Кроме того, в подобных состояниях имеет место слабость психической защиты (цензуры) из-за природных особенностей данной личности или в результате ее греховного разрушения. Хорошо известен, скажем, факт повышенной внушаемости у алкоголиков. Существенно ослабляют душевную крепость блудные грехи. Сказывается также и отсутствие постоянной внутренней работы по самоконтролю, духовному трезвению и осознанному управлению своими мыслями (эти делания описаны в аскетической святоотеческой литературе).

Можно также с большей или меньшей долей очевидности полагать, что некоторые мысли действительно имеют чуждую для человека природу, являясь демоническими. По святоотеческому учению, человек часто не способен определить подлинный источник своих мыслей и душа его является проницаемой для демонической стихии. Лишь опытные подвижники святости и благочестия, уже очищенные молитвенным подвигом и постом, в состоянии обнаруживать приближение духов тьмы. Покрытые же греховным мраком души зачастую не ощущают и не видят этого, ибо темное на темном плохо различается.

Святитель Игнатий (Брянчанинов) говорит: "Духи злобы с такой хитростью ведут брань против человека, что приносимые ими помыслы и мечтания душе представляются как бы рождающимися в ней самой, а не от чуждого ей злого духа, действующего и вместе старающегося укрыться".

Преосвященный Варнава (Беляев) пишет: "Ошибка нынешних людей заключается в том, что они думают, что страдают только "от мыслей", а на самом деле еще и от бесов... Так, когда пытаются победить мысль мыслью, то видят, что противные мысли - не просто мысли, но мысли "навязчивые", то есть с которыми сладу нет и перед которыми человек бессилен, которые не связаны никакой логикой и для него чужды, посторонни и ненавистны... Но если человек не признает Церкви, благодати, святых таинств и драгоценности добродетелей, то есть ли ему чем защищаться? Конечно, нет. И тогда, раз сердце пусто от добродетели смирения и с нею от всех прочих, приходят демоны и делают с умом и телом человека, что хотят (Мф. 12, 43-45)".

Эти слова владыки Варнавы в точности подтверждаются клинически. Неврозы навязчивых состояний лечатся значительно труднее всех остальных невротических форм. Зачастую они совершенно не поддаются никакой терапии, изнуряя своих обладателей тяжелейшими страданиями. В случае упорных навязчивостей человек стойко лишается трудоспособности и попросту инвалидизируется. "Страх причиняет большой вред,- пишет в одном из писем Оптинский старец Макарий,- тело расслабляется от упадка духа и лишения спокойствия, и без болезни болезнь приключается". Опыт показывает, что подлинное исцеление может наступить только по благодати Божией.

Святые отцы указывают на то, что за страхом часто кроется тщеславие. В этом плане показателен страх перед публичным выступлением или страх общения, продиктованный тем, что в глубине души человек боится показаться менее умным или талантливым, чем он, по его представлению, есть на самом деле. И вот что примечательно: когда человек осознает это обстоятельство, смиряется, позволяет себе ошибку или промах, больше думает не о том, как сказать, а что сказать, чтобы прежде всего угодить Богу,- ситуация решительно исправляется, в душе обретаются мир и покой.

И еще очень важный момент. Каждой душе человеческой органически не только присущ, но и необходим страх - страх Божий, но этот великий дар часто извращается и подменяется своего рода животной трусостью. Страх Божий имеет несколько ступеней, первая из которых заключается в боязни нарушить Божественные заповеди, согрешить, сделать что-либо мерзкое, недостойное, оскорбительное в глазах Бога. Вторая его степень присуща уже более совершенным подвижникам благочестия и заключает в себе боязнь отпасть от Бога, лишиться Его благодати, святого чистого мира, ибо это отпадение означает духовную смерть, сообщая душе мрак, тоску, разочарование, чувство бесцельности бытия.

"Страх Господень есть истинная премудрость",- говорится в Священном Писании (Иов. 28, 28). "Живя без страха Божиего, нельзя совершать ничего благородного и удивительного",- пишет вселенский учитель Церкви святой Иоанн Златоуст.

Как представляется, именно страх Божий помогает исцелиться от многих неврозов: когда человек имеет в душе сей высший, Богом данный дар, то этим великим страхом поглощаются все те мелкие, мирские, часто нелепые по своей сути страхи мышей, тараканов, острых предметов и прочего. Как большая волна на море вбирает мелкую рябь, так и истинный страх Божий поглощает невротические страхи - фобии.

И наконец, последний аспект, касающийся причин возникновения страха, который также не рассматривается в научной литературе. Указание на него мы находим в Священном Писании: "В любви нет страха, но совершенная любовь изгоняет страх, потому что в страхе есть мучение" (1 Ин. 4, 18). Оказывается, наличие страха в душе и сердце человека означает отсутствие или недостаток любви.

Возьмем события недавней войны в Чечне. Матери пленных русских солдат ехали туда, где гремели выстрелы, в разгар боевых действий. Невзирая на угрозу для своей жизни, они встречались с чеченс-кими боевиками, умоляли вернуть своих сыновей. Что помогало этим женщинам преодолевать страх смерти? Ответ очевиден: материнская любовь к своим чадам. Итак, любовь изгоняет страх, "в любви нет страха!". Задумайтесь над этим поглубже...