Единственно правильный путь к исцелению от неврозов лежит через истинную Православную веру, покаяние и исправление своей жизни согласно заповедям Божиим. Главное для человека - понять греховные истоки своего заболевания, глубоко осознать свою немощь, возненавидеть демонические грехи гордости, тщеславия, гневливости, уныния, лжи, блуда; захотеть изменить себя, с искренним покаянием обратиться ко Господу.

Безусловно необходимым для больных является посещение православных богослужений, особенно в воскресные и праздничные дни, и участие в Таинствах Церкви - Покаяния (исповеди) и Причащения. В молитве, которую священник читает перед исповедью, есть такие слова: "Пришел еси во врачебницу духовную, да не неисцелен отыдеши" - то есть "Пришел в духовную больницу, да не уйдешь неисцеленным". Прибегать к Святым Таинствам надлежит часто и с сокрушением сердечным, глубокой верой и упованием на милость Божию.

Обязательно надо читать Священное Писание, особенно Евангелие, и исполнять заповеди Христовы, которые в нем содержатся. "Из всех недугов, обременяющих человеческую природу, нет ни одной болезни, ни душевной, ни телесной, которая не могла бы получить врачевства из Писания" (святитель Иоанн Златоуст).

Неоценимую помощь оказывает святоотеческая литература, в которой даны идеальные образцы для подражания, показано истинное предназначение человека, величие нравственной красоты, терпение и стойкость при встрече с трудностями.

Духовная жизнь невозможна без поста и молитвы. "Сей же род изгоняется только молитвою и постом" (Мф. 17, 21). Хорошо по благословению духовника заучивать на память отдельные псалмы и молитвы. Роль молитвы в обретении и хранении внутреннего покоя очень велика. Старец Сампсон (Сиверс) утверждал, что мир души у постоянно молящегося совершенно не зависит от внешней обстановки.

Укрепят душу посещения святых мест, православных обителей. Большую пользу принесут поминовение на Божественной литургии и молебнах; регулярное употребление Богоявленской воды с просфорой, частичкой артоса; окропление святой водой жилища, самого больного, его личных вещей. Благотворное влияние окажут частые сообщения с благочестивыми православными христианами.

Необходимо вырабатывать неусыпное внимание по отношению к самому себе. Святитель Игнатий (Брянчанинов) писал: "Душа всех упражнений о Господе - внимание. Без внимания эти упражнения бесплодны, мертвы".

Обязателен постоянный самоконтроль, в том числе надо следить за своими мыслями, ибо всякому дурному делу обычно предшествует дурная мысль. Следует решительно отсекать все отрицательное, греховное, мерзостное, не вступать ни в какие собеседования с греховными помыслами, а немедленно обращаться с молитвой за помощью ко Господу, испрашивая у Него помощи и поддержки. В Православной Церкви существует целое учение о том, как бороться с грехом в самом его зарождении, на уровне помысла.

"...Способ образования греха из мысли в дело у святых отцов определен с точностью, и с точностью тоже определена виновность каждого в сем ходе дела момента. Весь ход дела изображается так: сначала бывает прилог, далее внимание, потом услаждение, за ним желание, из него решимость, и, наконец, дело (см. Филофея Синайского. Добротолюбие, т. 3, гл. 34 и далее). Чем далее какой момент от исхода и чем ближе к концу, тем он значительнее, развратнее и грешнее. Верх виновности - в деле, и ее почти нет в прилоге.

Прилог есть простое представление вещи, от действия ли чувств или от действия памяти и воображения представшей нашему сознанию. Здесь нет греха, когда рождение образов не в нашей власти. Иногда, впрочем, посредственно переходит сюда виновность, когда, например, образ соблазнительный вспадает на мысль по причине допущенного позволения на мечты. Нередко и самодеятельно вызывается образ; тогда, по качеству его, сие дело становится грехом, ибо человек обязан держать ум свой в вещах Божественных.

Внимание есть установление сознания или ока ума на родившемся образе с тем, чтоб осмотреть его, как бы побеседовать с ним. Это есть медление в помысле единичном или многосложном. Сие действие более во власти человека, ибо родившийся против воли образ можно тотчас изгнать. Потому оно и более виновно. Кто внутренно смотрит на преступный предмет, тот обличает худое настроение сердца. Он походит на того, кто в чистый жилой покой вводит нечистое животное или вместе с честными гостями сажает отвратительного нечестивца. Иногда, правда, предмет приковывает к себе внимание своею новостию, поразительностью, но все, после того, как сознана его нечистота и прелесть, должно изгнать его вон, ибо иначе тут будет участвовать соизволение, и из невольного дело сие станет произвольным.

Вообще сей момент очень важен в нравственной жизни. Он стоит на переходе к делам. Кто прогнал помыслы, тот погасил всю брань, прекратил все производство греха. Потому и советуется все внимание обращать на помыслы, с ними воевать. Сюда преимущественно направлены и все правила святых подвижников. Отсюда само собой видно, какой цены грехи воображения и самовольных мечтаний. Где им соизволяется, там они грех. Но сей грех грешнее, если к тому употребляются какие-нибудь внешние средства, например, чтение, слышание, зрение, разговаривание. Сии последние также оцениваются как случаи ко греху.

Услаждение есть приложение к предмету вслед за умом и сердца. Оно приходит, когда, вследствие внимания к предмету, он начинает нам нравиться, и мы находим удовольствие в умном смотрении на него, лелеем его в мысли. Услаждение греховными предметами есть уже прямо грех. Ибо если сердце наше должно быть предано Богу, то всякое его сочетание с другими предметами есть нарушение верности Ему, разрыв союза, измена, духовное прелюбодеяние. Должно сердце свое хранить в чистоте, потому что из-за него помышления ума становятся злыми (Мф. 15, 18), когда, то есть, оно начинает услаждаться ими беззаконно.

Есть, впрочем, усладительные движения плоти и сердца, нисколько не зависящие от произвола, каковы все движения потребностей. Но и они, невинные вначале, тотчас становятся не безвинными, коль скоро сознаны и прикрываются благоволением к ним, или согласием на незаконное удовлетворение ими. Вначале они суть движения естественные, а потом становятся уже нравственными. Посему говорят, заметив их - вознегодуй. Отсюда само собою следует, чтj должно думать об эстетических наслаждениях. Они преступны в той мере, в какой их содержание или форма несообразны с чистотою сердца и нравов. То же и относительно мастерских произведений ремесленников: одобрять их умом за приспособленность к цели есть должное дело; а предавать себя их эффекту, ради пустого минутного услаждения, худо. Да и вообще, отходя ко сну, молимся о прощении, если доброту чуждую видев, тою уязвлены были сердцем - чтоб тем очистить сердце свое от всех увлечений днем. Во многих, впрочем, случаях услаждение вырывается необходимо или неудержимо. Тут одно правило: не соизволяй, отринь, вознегодуй.