Можно сказать, что Евхаристия есть вершина всей таинственной жизни христианина в Церкви. Не случайно Дионисий Ареопагит называл ее "таинством таинств". - Какая связь между Литургией и временем? Что такое "литургическое время"? - Когда мы погружаемся в стихию Литургии, мы выходим из стихии времени, становимся неподвластны времени.

Литургическое время течет совершенно по-иному, чем время обычное. Каждая Литургия длится, конечно, какое-то время, полтора-два часа, но это время несоизмеримо с другими полутора-двумя часами, которые мы проводим в ином месте. Это можно сравнить с ощущениями космонавтов в космосе. Мы считаем их время по нашему календарю, а у них оно течет по-другому.

Преемство Евхаристии, которое идет от самой Тайной Вечери, - это наше вхождение в прошлое Церкви. Участвуя в Евхаристии, мы вбираем в себя весь тысячелетний опыт бытия Церкви - не только христианской, но и ветхозаветной, то есть практически опыт всего человечества. Это первое. А второе - то, что наше участие в Евхаристии определяет нашу будущую посмертную судьбу.

На Пасху мы поем в каноне, написанном преподобным Иоанном Дамаскиным: "Подавай нам истее Тебе причащатися в невечернем дни Царствия Твоего". "Истее" - значит полнее. И "невечерний день" указывает именно на отсутствие времени. В какой-то момент наша земная временная жизнь прекратится, и тогда мы перейдем в иное, вневременное бытие, где можем либо быть отлучены от Бога, если мы не причастны Ему, либо соединиться с Богом еще полнее, "истее", чем мы соединяемся с Ним в Причастии.

На земле мы соединяемся с Богом в Евхаристии под видом хлеба и вина, а тогда не будет уже хлеба и вина, но будет Сам Христос. И от того, причащаемся мы или нет, от того, становится ли Причастие для нас реальным опытом соединения со Христом, в конечном итоге и зависит то, что ждет нас в будущей жизни, какой будет степень нашей близости ко Христу или отдаленности от Него.

- Может ли Бог не допустить человека до Причастия, если человек совершает злые дела? - Бог всегда знает обо всем злом, что мы можем совершить, совершили, совершаем, или совершим в будущем. Но это не может быть для нас оправданием. Да, Бог нас не всегда останавливает. В каких-то случаях Бог полагает конец злой активности человека, но в большинстве случаев Он терпит греховные поступки людей.

Даже зная, что человек причастится "в суд и во осуждение", Он все-таки не отлучает его от Причастия. Но иногда Бог дает человеку какой-то видимый знак, заставляющий его задуматься о своем духовном состоянии. Все вы помните случай с Марией Египетской, когда она хотела войти в храм, но какая-то сила отталкивала ее? Осознав, что это был Божий знак, она потом все-таки вошла в храм и причастилась.

В тот момент она была еще явно не готова к Причастию, но оно стало для нее неким залогом, данным ей для того, чтобы она изменила свою жизнь. В этой поразительной истории, которую мы слышим во время Великого поста, интересно и другое. Мария Египетская, причастившись Святых Христовых Таин, ушла в пустыню и в течение многих лет не участвовала в Евхаристии, так как в пустыне не было ни храма, ни священника.

Однако встретившись много лет спустя с Зосимой, она просила его ее причастить. Во время ее пребывания в пустыне у нее не было текстов Священного Писания, тем не менее она смогла их выучить наизусть. Оказавшись в совершенно особых условиях, она не могла причащаться таким образом, как причащаемся мы, но очевидно, это происходило как-то иначе. Известно, что многие отшельники, жившие в пустынях, годами не появлялись в храмах, жили без Евхаристии.

Однако существует предание, что некоторых их них причащали ангелы. Как бы там ни было, это можно воспринять как указание на разнообразие путей, по которым люди идут к Богу, а также и на то, что некоторые святые уже в земной жизни причащались "истее", полнее, чем другие люди. - Можно ли до конца преодолеть в себе раздвоенность? - Не только можно, но и нужно.

Это задача, которая стоит перед каждым христианином. Именно ради этого мы и живем в Церкви - чтобы преодолеть в себе "ветхого человека" и возродиться к новой жизни. Церковь дает возможность человеку преодолеть раздвоенность и выйти на тот уровень, на котором человек обретает цельность, утраченную им вследствие грехопадения. О ПОСТЕ Для чего мы постимся?

В чем смысл поста для нас - и с духовной точки зрения, и с точки зрения телесного воздержания? Если мы обратимся к истокам, то увидим, что уже в ветхозаветные времена пост составлял один из основных элементов аскетической жизни. Постились люди в знак покаяния, постились пророки и учители Израилевы перед выходом на проповедь и служение. Постились и цари, и простолюдины для того, чтобы примириться с Богом, принести покаяние и через воздержание явить Богу свою любовь.

Мы знаем, что Христос начал Свое общественное служение после Крещения с того, что удалился в пустыню и провел там сорок дней в посте, после чего был искушаем диаволом. Иисус Христос, Который был Богом Воплотившимся, по человеческому Своему естеству нуждался в укреплении, в подготовке духовной, душевной и телесной к Своему служению. И именно поэтому перед выходом на проповедь Он удалился в пустыню и там постился - ничего не ел и не пил.

В Евангелии есть моменты, которые могут заставить нас думать, что Христос не очень высоко ценил пост. Например, когда фарисеи приступали к Христу и спрашивали: "Почему ученики Иоанновы и фарисейские постятся, а Твои ученики не постятся?" И Господь ответил им: "Могут ли поститься сыны чертога брачного, когда с ними жених? Доколе с ними жених, не могут поститься; но придут дни, когда отнимется у них жених, и тогда будут поститься в те дни" (Мк. 2:18-20).