Поэтому: священник, капеллан или мирянин, каждый член церкви должен сам сделать что?то для обновления в своей малой или большой области жизни. Много замечательного в общинах и во всей церкви началось благодаря инициативе отдельных людей. Именно в современном обществе индивидуум имеет возможности позитивно влиять на церковную жизнь. Разными способами он может настаивать на лучшем богослужении, более понятной проповеди и соответствующем эпохе душепопечении, на экуменической интеграции общин и христианской активности в обществе.

Мы должны выступать вместе: одного члена общины, который идет к приходскому священнику, не принимают в расчет, пятеро могут вызвать проблему, пятьдесят меняют ситуацию. Один священник в епархии не принимается в расчет, на пятерых обращают внимание, пятьдесят непобедимы.

Поэтому: официально созданные приходские советы, священнические советы, пастырские советы могут стать мощным инструментом обновления в общинах, епархиях и целых нациях – везде, где индивидуумы решаются и бесстрашно выступают за конкретные цели в своей собственной области и во всей церкви. Но сегодня, чтобы достичь прорыва в некоторых церковных делах, нельзя обойтись и без добровольных ассоциаций священников и мирян. Ассоциации священников и солидарные группы достигли много в разных странах. Среди прочего они также заслуживают мощной публицистической поддержки. Совместная работа различных групп не должна страдать от сектантской замкнутости, напротив, такое сотрудничество следует развивать ради общей цели. В частности, группы священников должны поддерживать контакты с многочисленными женатыми священниками, потерявшими свое служение, в целях их возвращения к полному церковному служению.

Мы должны стремиться к промежуточным решениям: только дискуссии не помогают. Часто нужно показать, что мы настроены серьезно. Давление на церковные власти в духе христианского братства может быть легитимно там, где функционеры не соответствуют своим должностям. Национальный язык в католическом богослужении, изменения определений о смешанных браках, утверждение толерантности, демократии, прав человека и многое другое в церковной истории было достигнуто только путем постоянного давления снизу в духе лояльности.

Поэтому: там, где мера, предпринятая вышестоящей церковной властью, совершенно очевидно не соответствует Евангелию, сопротивление может быть дозволенным и даже необходимым. Там, где вышестоящая церковная власть недопустимо затягивает принятие неотложных мер, для сохранения церковного единства можно мудро и сдержанно реализовывать промежуточные решения.

Мы не должны сдаваться: величайшее искушение или часто удобное алиби при обновлении церкви – это предлог, что все это не имеет смысла, что продвинуться вперед нам не удастся и потому лучше прекратить усилия: эмиграция вовне или внутрь. Но если нет надежды, то не может быть и действия.

Поэтому: именно в фазе стагнации важно в доверяющей вере спокойно продержаться до конца и сохранить выдержку. Противостояния следовало ожидать. Однако без борьбы невозможно никакое обновление. Следовательно, важно не терять из виду цель, действовать спокойно и решительно, сохраняя надежду на церковь, более преданную христианской вести и потому более открытую, человеколюбивую, достойную доверия, кратко говоря: более христианскую.

Почему есть основание для надежды?