нельзя воспользоваться для доказательства хульного мнения, то необходимо должно то же сказать и об остальном. Но милостиво советует нам отстать от заблуждения и ука­зывает истину, какую сам измыслил: Тот, Который был в начале, говорит он, Словом и Богом, сей сотворен, по учению Апостола Петра. Но если бы он толковал нам сны и возвещал искусство разгадывать их, то, может быть, не было никакой опасности дозволить ему излагать как угодно гадания во­ображения.

Но так как он говорит, что изъясняет Божественное слово, то нам уже не безопасно дозволить ему по произволу истолковывать изрече­ния Писания. Что же говорит Писание? «Яко и Господа и Христа сотворил есть Бог, сего Иисуса, Егоже вы распясте». Так как здесь все относится к одному, - слово (сего), указывающее на имя человеческое (Иисуса), обви­нение совершивших убийство, страдание на кресте, - то по необходимости это место следует разуметь о видимом (во плоти).

А Евномий говорит, что Петр, говоря это, словом «сотворил» указал на предвечную сущность. Но нянькам или бабушкам неопасно дозволять шутить с детьми и свои снови­дения выдавать за действительность, а когда нам для истолкования пред­лежит боговдохновенное слово, то пусть великий Апостол запрещает до­пускать старушечье пустословие. Ибо, слыша о кресте, я разумею крест и, находя человеческое наименование, вижу естество, означаемое именем.

Итак, наученный Петром не сомневаюсь сказать, что Господом и Христом соделан Тот, Который был пред очами нашими; особенно когда друг с другом согласны святые как во всем ином, так и в этом отношении. Ибо как Петр говорит, что распятый соделан Господом, так и Павел говорит (Флп.2,8-9), что Он превознесен после страдания и воскресения; посему превознесен не как Бог (

ибо что выше Божественной высоты, о чем бы можно было сказать, что Бог возвысился до сего?). Но вознесена, говорит он, уничиженность человеческого естества, указывая, как думаю, сими словами на уподобление воспринятого человека высоте Божеского естества и со­единение с ним. Итак, верим, что это именно означает великий Петр, когда говорит, что Иисус соделан Господом на кресте, то есть (по человеческому естеству)

через единение по всему с Божеством сделался тем, что есть Божество. Но если кто и согласится с ним в толковании Божественного изречения, то и тогда его слово не будет служить в пользу ереси. Пусть Петр говорит о Том, Кто был в начале, что «Господа Его и Христа сотворил есть, сего Иисуса, Егоже вы распясте». Находим, что и от этого хульное мнение не получает какой-либо силы против истины.

«Господа Его», говорит, «и Христа сотворил есть Бог» ; к чему из сказанного должно отнести «сотво­рил» ! К какому из находящихся в сем изречении слов отнесем это выраже­ние? Ибо три подлежащих: «сей Господь» и «Христос», - с которым из них со­единим слово «сотворил» ? Никто не будет так дерзок против истины, что­бы сказать, что слово «сотворил» относится не к Христу и Господу, ибо Его, сущего тем, чем уже был, Господом и Христом соделал Отец, говорит Петр.

Не мое это слово, но самого сражающегося против нас словом. Ибо в том самом, что предлежит нашему исследованию, он говорит следующими словами: «блаженный Петр рассуждает о Том, Кто был в начале и был Бог, и научает, что сей соделан Господом и Христом». Итак, Евномий говорит, что Тот, Кто пребыл тем, чем некогда и был, соделан Христом и Господом; подобное и о Давиде повествует история: что, будучи сыном Иессея и при­ставником стад, помазан был в царя.

Не человеком соделало его тогда по­мазание, но пребывшего по естеству тем, чем и был, из простолюдина из­менило в царя. Итак, сильно ли доказывается, что сущность Сына сотворе­на, если, как говорит Евномий, Того, Который был в начале и был Богом, Бог соделал Господом и Христом? Господство не есть наименование сущ­ности, но власти, и название Христа означает царство; но иное — царство, иное — естество.

Но Писание говорит о Сыне Божием, что Он соделан Господом и Христом. Итак, посмотрим, как разуметь это более благочести­во и последовательно. О ком приличнее сказать — о Боге или человеке, что он приобретает что-либо высшее через приращение совершенства? Кто так малосмыслен, чтобы думать, что Божественное стремится к совер­шенству через прибавление чего-либо?

Предполагать подобное о чело­веческой природе — нет ничего неприличного, когда евангельское слово ясно свидетельствует о возрастании Господа по человечеству; «Иисус», говорит оно, «преспеваше премудростию и возрастом и благодатию» (Лк.2,52). Итак, что соответственнее заключать из слов Апостола - то ли, что сущий в начале Бог через преуспеяние соделан Господом, или, что смиренное естество человеческое через общение с Божеством возносится к высшему достоинству?

Ибо и Пророк Давид как бы от лица Господа гово­рит: «Аз же поставлен есмь царь от Него» (Пс. 2, 6), почти то же говоря, что соделан Христом. И еще как бы от лица Отца говорит к Сыну: «господс­твуй посреде врагов Твоих» (Пс. 109, 2), одно и то же говоря с Петром: будь Господом врагов твоих. Посему, как возведение на царство означает не со­здание сущности, но возвышение в достоинстве, и повелевающий гос­подствовать не повелевает быть тому, чего не было, но тому, который уже есть, дает начальство над неповинующимися; так и блаженный Петр, гово­ря, что соделан Христом, то есть Царем всех, прибавил «сей», чтобы разде­лить понятие сущности и того, что усматривается при ней; будучи тем, что есть, Он «сотворен» тем, о чем говорено.

Если бы можно было сказать о ес­тестве, все превосходящем, что оно сделалось чем-либо через приращение достоинства, как например, из простолюдина - царем, из низкого - высо­ким, из раба - Господом, тогда, может быть, прилично было бы и слова Петра относить к Божеской сущности Единородного. Но поелику мы ве­рим, что Божеское, каким оно когда-либо было, всегда остается таким же - высшим всякого приращения, недоступным уменьшению, то совершен­но необходимо относить слова (Писания) к человечеству.

Ибо Бог Слово чем был в начале, тем и ныне есть и навеки пребывается Царем, всегда Господом, всегда Всевышним и Богом, ничем из сего не соделавшись через усовершенствование, но будучи всем, что исчислено силою естества. Но кто от человека через восприятие возвысился до Божества, о том в собс­твенном смысле и справедливо говорится, что Он соделан Христом и Господом, потому что Бог из раба соделал его Господом, из подчиненного - Царем, из подданного - Христом, превознес смиренное и имеющему имя человеческое «дарова Ему имя, еже паче всякаго имене» (Флп. 2, 9).