Изучая ближе явления кожного потовыступления, мы находим все тот же двойной процесс защиты, как и при дрожи. Мы можем наблюдать отделение пота рефлекторного и центрального происхождения.

Рефлекторный пот мы наблюдаем, например, тогда, когда входим в нагретую камеру. Прежде, нежели изменяется температура тела, возбуждение кожных нервов вызывает рефлекторным путем отделение пота. Нервная система, уведомленная кожной чувствительностью, посылает потовым железам импульс, отделяется пот, который немедленно испаряется и производит охлаждение.

Но такое образование пота происходит и при том согревании тела, когда температура внешней среды не изменяется. Субъект, совершающий большую мышечную работу, обильно потеет, чтобы охладиться. Понятно, что такое отделение пота не рефлекторного происхождения, так как температура внешней среды не изменилась; но он потеет, потому что нервные центры, будучи согреты, возбуждаются таким образом, что вызывают отделение пота.

Итак, дрожь и пот представляют примеры двойного механизма, рефлекторного и центрального, как процесса самозащиты организма.

Многие млекопитающие животные и птицы не отделяют заметного количества жидкости на своей поверхности. Человек и лошадь потеют больше всех других животных. Природа создала для тех другой аппарат для испарения. Охлаждение достигается постоянно посредством того же физического явления, т.е. испарения известного количества воды; но эту функцию выполняют весьма различные аппараты.

Когда собакам жарко, вследствие ли пребывания на солнце или быстрого бега, то они всегда дышат очень часто, задыхаясь и запыхавшись, с высунутым языком; механизмом и целью такого ускоренного дыхания интересовались мало. Я в нескольких словах укажу на природу этой важной функции.

Для простоты мы назовем это ускоренное дыхание одышкой.

Если летом подвергнуть собаку влиянию солнечных лучей, то через несколько минут ритм дыхания ускоряется и остается таким все время, пока собака на солнце. Конечно, в этом случае раздражение рефлекторно, потому что, с одной стороны, ее собственная температура не изменяется, с другой стороны, если парализовать центральную нервную систему, то одышка не появляется.

Опыт бывает весьма нагляден, если действию солнечных лучей подвергнуть двух собак, из которых одна хлорализована. Последняя будет дышать с прежним ртом, и температура ее сильно повысится. Напротив, нормальное животное начнет дышать с большей скоростью и, охлаждаясь посредством легочного испарения воды, сохранит свою температуру нормальной.

Вообще анестезия посредством хлорала прекрасно демонстрирует роль нервной системы как регулятора тепла и защитника организма против чрезмерного нагревания и охлаждения. Когда нервная система парализована, то невозможна никакая регуляция.

Но такая одышка бывает и центрального происхождения, как это мы видели по отношению к центральной дрожи и такому же отделению пота. Если, в самом деле, вместо перемены во внешней среде мы каким-либо образом нагреем кровь, напр., усиленным бегом, то мы увидим, что когда температура повысится (у собак весьма точно до 41,7°), то появится одышка; последняя не зависит от периферических нервов, потому что среда осталась той же.

Очевидно, согретая кровь возбуждает нервные центры и вызывает одышку.

Природа, кажется, поставила еще один аппарат, чтобы помочь первому, когда он становится недостаточным. Чаще всего, при обычных условиях существования, рефлекторная одышка является достаточной; но если, несмотря на этот способ охлаждения, организм согревается и доходит до опасного состояния, тогда начинают действовать нервные центры и производят еще большее ускорение дыхания.

Есть два способа действия на нервные центры: во-первых, раздражение чувствительных нервов и, во-вторых, изменение температуры самой крови.