»[iiiiiiiiiii] Эта независимость от механизма всей природы» человеческой личности, которая, одновременно, через свое тело и через свой теоретический разум тотальным образом подчинена как раз законам природы, характеризует свободу как способность актуально бесконечную. Только в этом случае она может противостоять всем склонностям и страстям, или, говоря кантовским языком, всем объектам способности желания.

Другим свидетельством этой абсолютности, как актуальной бесконечности человеческой свободы служит совесть. «Человек может хитрить сколько ему угодно, чтобы свое нарушающее закон поведение, о котором он вспоминает, представить себе как неумышленную оплошность, просто как неосторожность, которой никогда нельзя избежать полностью, следовательно, как нечто такое, во что он был вовлечен потоком естественной необходимости, и чтобы признать себя в данном случае невиновным; и все же он видит, что адвокат, который говорит в его пользу, никак не может заставить замолчать в нем обвинителя, если он сознает, что при совершении несправедливости он был в здравом уме, т.е. мог пользоваться своей свободой...

»[jjjjjjjjjjj] Этот «неумолимый обвинитель» опять апеллирует к данной человеку свободе, как бесконечной мощи нравственного самоопределения, способной сопротивляться, по Канту,любому чувственному принуждению... Тем самым, связь кантовских постулатов практического разума с бесконечностью следующая: Бог — безусловно актуально бесконечен, человеческая свобода — бесконечна, бессмертие души — можно мыслить и как актуально, и как потенциально бесконечным. § 8. Заключение Подведем итоги.

Кантовская наука — кантовский теоретический разум — характерно потенциально бесконечны. Последовательно проводя свое разделение на мир вещей в себе и мир явлений, Кант постоянно подчеркивает, что идея актуально бесконечной совокупности могла бы быть действительной только для вещей в себе. Что же касается мира науки, мира феноменов, она может выступать здесь только как регулятивная идея, т.е.

правило разума, побуждающее рассудок искать в опыте полноты ряда условий, которой он, вместе с тем, никогда в принципе не сможет достигнуть. Естествознание у Канта всегда остается подобным потенциально бесконечным «сизифовым трудом». То же относится и к математике, как изучающей априорные формы любого возможного опыта: пространство и время. Так, говоря в своих «Метафизических началах естествознания» о делении пространства, Кант пишет: «Ведь части, как относящиеся к существованию явления, существуют лишь в мыслях, т.е. в самом делении.

Деление, правда, можно продолжить до бесконечности, но оно никогда не дано как бесконечное; следовательно, на том основании, что деление делимого возможно до бесконечности, нельзя сделать вывод, что делимое само по себе и вне нашего представления содержит бесконечное множество частей»[kkkkkkkkkkk] . Однако, к этому времени уже больше сотни лет существуют дифференциальное и интегральное исчисления, сознательно использующие в своих фундаментальных конструкциях актуально бесконечно малые величины! Маркиз Г.-Ф.

де Лопиталь, один из учеников и соратников Лейбница в деле развития и пропаганды дифференциального исчисления, в своей книге «Анализ бесконечно малых» — первом полном курсе дифференциального исчисления, вышедшем в 1696 году, прямо вводит «...требование или допущение: требуется, чтобы можно было рассматривать кривую линию как совокупность бесконечного множества бесконечно малых прямых линий, или же (что то же самое)

как многоугольник с бесконечным числом бесконечно малых сторон...»[lllllllllll] «Бесконечное число бесконечно малых сторон», — т.е. предполагается, что пространство сложено из этих бесконечномалых... Трудно представить, что Кант не был знаком с подобнымисочинениями. Более правдоподобным нам кажется предположение о том, что кенигсбергский философ, будучи достаточно осведомлен о дискуссиях по поводу оснований дифференциального исчисления, не рисковал, однако, пускаться в спекуляции об актуально бесконечном, в которых запутывался и сам основатель метода бесконечно малых в анализе — Лейбниц[mmmmmmmmmmm] ...

Строго проведенное кантовское разделение всего сущего на мир феноменов и мир вещей в себе служило как-бы своеобразной «плотиной», сдерживавшей напор «стихии» вечных проблем, связанных с актуально бесконечным... В сфере же практического разума Кант признает наличие актуально бесконечных сущностей — Бог, свобода, бессмертие (последнее с определенными оговорками, см. выше).

Однако, делается это уже совершенно особым методом: разум не познает эти сущности, а постулирует их для своего практического применения, т.е. для того чтобы могло существовать целостное моральное учение. Это постулирование есть начало создания своеобразной «религии в пределах разума» и актуально бесконечное оказывается связанным именно с этой сферой.

Эти философские построения Канта находятся в определеном согласии и с исторической перспективой «легализации» идеи актуальной бесконечности в европейской культуре[nnnnnnnnnnn] .   СОВРЕМЕННЫЙ НАУЧНО-ТЕХНОЛОГИЧЕСКИЙ ПРОГРЕСС И ЕГО РЕЛИГИОЗНО-НРАВСТВЕННЫЕ ПЕРСПЕКТИВЫ: НЕКОТОРЫЕ ПРИНЦИПИАЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ Прогресс современных научных технологий безудержно изменяет образ мира, в котором мы живем.

Мир становится для нас, с одной стороны, все более близким и достижимым, комфортным, с другой, — мы открываем в нем все новые и новые измерения таинственного и бесконечного. В XX веке человек начал процесс перестройки собственного тела: пересадка органов, эмбриональная инженерия, искусственное зачатие, клонирование и т.д. Параллельно с этим прогрессивно развивается и процесс генетической перестройки всей биосферы.

На повестке дня науки – решение проблемы соединения человека и компьютера, создание новых техногенных форм жизни, беспрецедентных для всей прошедшей истории. В связи с этим, все более остро встает вопрос об антропологической и теологической перспективах, в которых нам следует рассматривать этот прогресс. Здесь можно сформулировать следующие ключевые вопросы: Можем ли мы надеяться технологически справиться со смертью?

Сначала, со смертью ныне живых, а потом и решить проблему воскрешения умерших поколений? Подобный цивилизационный проект предлагался в работах русского религиозного философа Н.Ф.Федорова. И тогда встает вопрос: действительно ли смерть связана с человеческим грехом и преодоление ее требует вмешательства Бога в творение (Второе Пришествие) или же с ней можно справиться чисто человеческими технологическими средствами?