Страница 38 из 42
Cambridge, 1981. P.70. В целом вопрос о том, как совмещались гонения на христианство и высокое положение церковных иерархов при дворе, остается открытым.
262. Alfoldi A. The Conversion of Constantine and Pagan Rome. Oxford, 1948. P.83.
263. Ср.: Barnes T.D. Lactantius and Constantine // JRS, vol.LXIII, 1973. P.29-46; Storch R.H. The Eusebian Constantine // ChH., vol. 40, 1971, №2. P.145-155.
264. Попова Т. Художественные особенности сочинения Евсевия Кесарийского Vita Constantini // BB, 1973, №34. С.125.
265. Об этом см., напр.: Кривушин И.В. Рождение церковной историографии: Евсевий Кесарийский. Иваново, 1995. С.34-35, 52-62.
266. Поснов М.Э. История христианской церкви (до разделения церквей - 1054 г.). Брюссель, 1988.С.336.
267. Поснов М.Э. История...С.337.
268. Бриллиантов А.И. К истории арианского спора до Первого Вселенского собора // ХЧ, ч.2, 1913; Лебедев Д. Антиохийский собор 324 г. и его послание к Александру, епископу Фессалоники // ХЧ, 1911; Idem. К вопросу об Антиохийском соборе 324 г. и о "великом и священном соборе в Анкире" // ТКДА, 1914-1915.
269. Лебедев Д.А. Вселенские соборы IV и V вв. СПб., 1904. С.17.
270. Сидоров А.И. Арианство в свете современных исследований // ВДИ, 1988, N 2. С.95.
271. Ibid., по: Luibheid C. The Arianism of Eusebius of Nicomedia // The Irish Theological Quartely, vol.43, 1976. P.3-23.
272. Сидоров А.И. Арианство...С.97, по: Simonetti M. La Crisi Ariana nei IV secolo. Roma, 1975. P.559.
273. Поснов Э.М. История... С.341; Elliott T.G. Eusebian Frauds in the Vita Constantini // Phoenix, vol.XLV, 1991, N 2. P.164.
274. Elliott T.G. Ibid. P.165-166.
275. Ibid. P.165.
276. Лебедев А.П. Вселенские соборы... С.23. В данном случае мы прибегаем к самому общему делению, хотя, учитывая нюансы различных позиций, можно насчитать и больше партий, что и делает Д.А. Лебедев, говоря о левых оригенистах и т.п. - Лебедев Д. К вопросу об Антиохийском соборе 324 года...С.342; В.В. Болотов одних арианствующих делит уже на 4 фракции.- Болотов В.В. Лекции по истории древней церкви...С.73.
277. Лебедев А.П. Вселенские соборы... С.36.
278. Поснов Э.М. История христианской церкви... С.343.
279. Лебедев А.П. Вселенские соборы... С.37.
280. Лебедев А.П. Вселенские соборы... С.39.
281. Поснов Э.М. История... С.345 по Athan. Hist. Arian. C.XLII.
282. Ramsay W.M. The Church of Lycaonia in the Fourth Century // Luke the Physician and other studies in the History of Religion. London, 1908. P.344. К сожалению, это замечание не послужило для Рамзея толчком к пересмотру взглядов на отношения Лициния и церкви (ср.: Ibid. P.343). Х. Паркер, обративший внимание на специфичность этих отношений в связи с существованием группировки евсевиан, однако высказал мнение, что с началом гонений Лициний полностью отошел от сотрудничества с церковью - Parker H.M.D. A History of the Roman World A.D. 138-337. London, 1935. P.259, что очевидно не соответствует действительности.
283. Jones A.H.M. The Later Roman Empire 284-602, vol.III,Oxford,1965. P.10, note 6.
284. Подобное отношение к христианству напоминает то восприятие этой религии, которое было типично для новообращенных варварских вождей последующих веков. Так, в "Церковной истории англов" Бэды Достопочтенного рассказывается о короле англов Редвальде, который "по обычаю древних самаритян" (которые, согласно Ветхому Завету, имели склонность принимать чужих богов и поклоняться им наряду со своими), казалось, одновременно служил и Христу, и божкам, которым поклонялся прежде; в одном и том же храме он держал алтарь для христианской службы и другой, поменьше, - для жертвоприношений демонам (Beda Venerabilis. Historia Ecclesiastica Gentis Anglorum.II,115 - цит. по: Гуревич А.Я. Средневековый мир: культура безмолвствующего большинства. М., 1990. С.46).
285. Burckhardt J. The Age of Constantine the Great. English transl. by M.Hadas. New-York, 1948. P. 261.
286. Ibid.
287. Frend W.H.C. The Donatist Church. Oxford, 1952. P.165.
288. Ibid.
289. Elliott T.G. Eusebian Frauds in the Vita Constantini // Phoenix, vol. LV, 1991. P.165.
Заключение
Первая публикация на сайте Аристей
Рудоквас Антон Дмитриевич
Очерки религиозной политики Римской империи времени императора Константина Великого
Подводя итог рассмотрению проблем, связанных с различными аспектами религиозной политики Константина, представляется необходимым сформулировать основные положения и выводы данной работы.
По нашему мнению, Константин считал себя христианином, что доказывается прежде всего его собственными письмами, а также радикальным характером и мотивацией правовой реформы, имевшей место во время правления этого императора. Его мировоззрение было весьма своеобразным и несло в себе черты языческого религиозного сознания, и, кроме того, соприкасалось со взглядами новациан. Противоречивость наших источников относительно времени Константина объясняется влиянием идеологического "римского мифа", оказавшего доминирующее влияние на формирование позиции языческой аристократии в отношении этого императора.
Позиция Константина Великого по отношению к арианскому расколу во многом продиктована политическими мотивами, по крайней мере в той же степени, как и мировоззренческими, а так называемые гонения Лициния являются фальсификацией Евсевия Кесарийского, пытавшегося скрыть истинные причины этих событий.
Арианство и православие в первые годы своего существования были достаточно расплывчатыми идейными течениями, и их оформление непосредственно в церковные партии произошло после введения на Никейском соборе термина omoousio".
В заключение нашей работы также хотелось бы сказать несколько слов по поводу общего характера взаимоотношений церкви и императорской власти при Константине Великом. Важность этого вопроса несомненна, так как уже сами византийцы осознавали, что основа социально-политической структуры их государства была заложена во время правления этого императора. Мы уже затронули ряд аспектов этой проблемы, и теперь хотелось бы сделать несколько общих выводов. Как отметил Г.Л. Курбатов: "В современной историографии все более активно ставится проблема своеобразия позднеантичной церкви как "городской", ее зависимости, на локальном уровне, от полисных традиций и институтов, интересов гражданской городской общины, в немалой степени превращавшей местную церковь, епископскую власть в инструмент защиты ее интересов."290 Эпоха Константина Великого является хорошим подтверждением этого тезиса. Благодаря признанию юрисдикции епископского суда равной юрисдикции суда гражданского, церковь становится в определенном смысле параллельной властью в каждой конкретной епархии. В условиях христианского города церковь оказывается выразительницей интересов не только специфически церковных, но и муниципальных. Практическим выражением этого процесса становится строительство нового типа церкви - basilica291.
Закрытие языческих храмов осуществляется местными христианами, а решение об этом принимается на муниципальном уровне. Смещение того или иного епископа вызывает общегородской бунт и необходимость специальных посланий императора к населению города.
Все это особенно ярко проявилось в период арианского и донатистского расколов, и показало, что новые социальные связи, возникшие в связи со становлением церкви как реальной политической силы "мира сего", на востоке империи значили едва ли не больше, чем привычная социальная стратификация римского общества.
Таким образом, если западная часть империи при Константине сохраняла в основном черты общества античного, то более развитый и динамичный восток уже имел большее сходство с последующим, византийским периодом, чем с традиционным античным греко-римским миром. Как пишет А. Момильяно: "Церковь стала привлекательной для ярких и образованных людей из высших классов. Лидерство в церкви обеспечивало некоторую автономию от светских властей, возможность собственной инициативы, больший почет и стабильность, чем при светской карьере... Церковь начала брать на себя функции, с которыми не справлялось государство - организацию строительства и общественной и муниципальной жизни, защиту своих приверженцев от произвола местных чиновников, а при необходимости и вооруженную защиту городов от варваров"292.