А. Д. Рудоквас

Любой гонитель христианства сразу представлялся бездарным и порочным человеком, и никакое его начинание успешным и полезным быть не могло. Более того, обращает на себя внимание то, что большинство языческих авторов не в состоянии признать того, что Константин отошел от традиционного культа в пользу христианства. Как отмечает Г. Буасье: "Ни Аврелий Виктор, ни Евтропий не упоминают об обращении Константина, и, читая их, кажется, что все императоры IV века продолжают почитать древние культы"59. Даже из рассказа Зосима следует логический вывод, что Константин обратился к христианству как раз потому, что был уверен в силе языческих богов и прорицателей и пытался найти им хоть какой-то противовес в лице христиан, которых Зосим, по-видимому, считает просто мошенниками.

К числу языческих источников, значимых для освещения времени Константина, мы считаем возможным отнести так называемый "Аноним Валезия" - составленный неизвестным автором сборник биографий Константина и Феодосия. Мы солидарны с точкой зрения А. Момильяно, считающего его первую часть - Origo Constantini Imperatoris примером языческого breviarium, адаптированного христианами путем добавления нескольких пассажей христианского характера60. К этому мнению нас приводит прежде всего умолчание Анонима о гонениях Лициния против христиан61, а также соответствие всех отрывков христианского характера соответствующим пассажам из Орозия (Orosius. Hist. Adv. Pag., VII,28,29; 28,30; 28,31 etc). В целом по своим смысловым акцентам биография Константина в этом произведении выдержана в духе Евтропия и Аврелия Виктора.

Учитывая все вышеизложенное, можно сделать вывод о том. что языческие авторы являются лучшим доказательством того, что сведения авторов-христиан о религиозной политике Константина в общем соответствуют действительности. В самом деле, напрашивается только один ответ на вопрос о том, чем можно объяснить упорное нежелание язычников говорить на эту тему. По-видимому, ответ здесь один - ничего хорощего о религиозной политике этого императора они сказать не могли, а плохого говорить не хотели. Именно это обстоятельство является хорошим аргументом против тех, кто заявляет о том, что христианские авторы преувеличили благосклонность императора к этой религии, и даже что Константин был приверженцем солярного культа. Если бы он, подобно императору Аврелиану, являлся таковым, то это обстоятельство нашло бы отражение в языческих источниках, особенно учитывая то, с какой скрупулезностью языческие писатели собирали единичные примеры, которые можно было истолковать как проявление верности Константина традиционным культам. Таким образом, этот император, по крайней мере в глазах язычников, не был их единоверцем, и в исследовании его религиозной политики мы можем опираться на христианскую традицию.

Глава I

ПРИМЕЧАНИЯ

1. Курбатов Г.Л. Политическая теория в Ранней Византии. Идеология императорской власти и аристократической оппозиции // Культура Византии IV - пер. пол. VII в. М., 1984. С.106.

2. Курбатов Г.Л., Фролов Э.Д., Фроянов И.Я. Христианство: Античность. Византия. Древняя Русь. Л., 1988. С.113.

3. Курганов Ф.А. Отношения между церковной и гражданской властью в Византийской империи. Казань, 1880. С.10

4. Солоневич И.Л. Народная монархия. М., 1991 [репринтное воспроизведение издания : Буэнос Айрес, 1973]. С.73.

5. Об этом см., например: Архиепископ Серафим (Соболев). Русская идеология . СПб., 1992 [1 изд.: София, 1939].

6. Луковская Д.И. Типы и формы преемственности в развитии политико правовой мысли // Закономерности возникновения и развития политико-юридических идей и институтов. М., 1986. С.23.

7. Тихомиров Л.А. Монархическая государственность. СПб., 1992 [репринтное воспроизведение издания 1923 г.]. С.138.

8. Ibid. С.141

9. Этот комплекс представлений условно может быть назван "византизмом".

10. Развитие русского права в первой половине ХIХ века / Отв. ред. Е.А.Скрипилев. М., 1993. С.23.

11. Под "неюридическим" характером системы имеется в виду отличие jus от mos, права в узком смысле этого слова от обычая.

12. Леонтьев К.Н. Византизм и Славянство. М., 1876.

13. Катков М.Н. О самодержавии и конституции. М., 1905. С.12.

14. Тихомиров Л.А. Монархическая государственность... С.135 и далее.

15. Фролов Э.Д. Русская историография античности (до середины ХIХ в. ). Л., 1967. С.11.

16. Голиков И.И. Сравнение свойств и действий Константина Великого со свойствами и делами Петра Великого. М., 1810.

17. Голиков И.И. Сравнение свойств и действий Константина... С.III-IV.

18. Голиков И.И. Сравнение свойств и действий Константина... С.58.

19. Характерно, что этот юбилей был проигнорирован не только таким изданием, как "Вестник Европы", но и журналами "Русский Вестник" и "Сын Отечества", использовавшими в ту пору любой повод для антизападнической, русофильской патриотической пропаганды.

20. Как симптом частичного разрыва с традицией в "петербургский период" русской истории, разрыва, так окончательно и не преодоленного до 1917 года, может рассматриваться хотя бы тот факт, что в серии книг "Сто великих людей", вышедшей уже в 1895 году в серии "Дешевая библиотека", предназначенной для широких масс населения, Константину Великому, так же, как и другим деятелям церковной истории, места не нашлось, хотя там же присутствуют и Юлий Цезарь, и Марк Аврелий, и Карл Великий.

21. В целом труд И.И. Голикова предвосхищает взгляды М. Юзефовича и К.Леонтьева, считавших, вопреки воззрениям чистых "славянофилов", что гений Петра наиболее полно воплотил идею "христианской монархии".

22. Керенский В.А. Литература о св. К22. Керенский В.А. Литература о св. Константине // ПС, 1913, № 9. С.380.

23. Бердников И. Государственное положение религии в Римско-Византийской империи. Казань, 1881; Бриллиантов А.И. Император Константин Великий и Миланский эдикт 313 года. Пг., 1916; Курганов Ф.А. Отношения между церковной и гражданской властью в Византийской империи. Казань, 1880; Лебедев А.П. Константин Великий, первый христианский император // ХЧ, 1912, №6. С.676-700; Лебедев Д.А. 1) Обращение Константина Великого в христианство // Собр. соч. СПб., 1902, т.9. С.30-50; 2) Первый христианский император на троне римских цезарей // Там же. С.51-68; Спасский А.И. Обращение императора Константина Великого в христианство. Сергиев Посад, 1905; [Без автора]. По вопросу из истории Константина Великого // ПО, т.I, 1890. С.72-99 и др.

24. Гроссу Н.С. Миланский эдикт // ТКДА, т.30, 1913, кн.10. С.247 - 278; Епископ Анатолий. Знаменитый документ // ПС, 1913, №9. С.I-VIII; Иеромонах Афанасий. Слово в день празднования 1600 летней годовщины Миланского эдикта // Ibid. С.VIII-XVIII; Касторский А. Константин Великий, Святой и Равноапостольный // Ibid. С.347-358; Курганов Ф.А. Император Константин Великий // Ibid. С.255-304; Успенский Ф. Миланский эдикт Константина Великого // Ibid. С.305-346; Фармаковский М. Миланский эдикт // Гермес, 1913, №20. С.537, 541 и др.

25. Курганов Ф.А. Император Константин Великий // ПС, 1913, №9. С.297.

26. Ibid. С.299-301.

27. Ibid. С.303.

28. Касторский А. Константин Великий... С.354.

29. Успенский Ф. Миланский эдикт Константина Великого // ПС, 1913, №9. С.331. по: Du-Voisin. Dissertation critique sur la vision de Constantin. Paris, 1774.

30. Гиббон Э. История упадка и разрушения Римской империи. Пер. В.Н. Неведомский, ч.1. М.,1883. С.496-543.

31. Burckhardt J. The Age of Constantine the Greate. English translation by M.Hadas, New-York, 1948.

32. Обзор гиперкритической историографии нашего столетия дан по: Drake H.A. In Praise of Constantine: Historical Study and New Translation of Eusebius' Tricennial Orations//University of California Publications: Classical Studies, vol.15, 1976. P.27-28.

33. Гарнак А. Церковь и государство до установления государственной церкви // Общая история европейской культуры // Под ред. И.М. Гревса, Ф.Ф. Зелинского, Н.И. Кареева, М.И. Ростовцева, т.V., СПб., 1896. С.266.

34. Duruy V. Histoire des Romains depuis les temps les plus recules jusqu'a l'invasion des Barbares, vol.VII, Paris, 1875. Невозможно согласиться с мнением о том, что Дюрюи не был исследователем, и что его труды получили популярность лишь благодаря живости изложения - Машкин Н.А. История Древнего Рима. М., 1950. С.51. Если эта оценка и справедлива для других частей многотомного произведения французского историка, то последний, седьмой том его работы демонстрирует тщательность исследования и охват источников, едва ли не больший, чем труды корифеев современной историографии Поздней Римской империи.