Анашкин М.Э.

? 5 ноября 1993 года приговором апелляционного суда Милана было установлено, что саентология является «преступным сообществом». Суд установил «состав преступления «мошенничество» в отношении беспомощных лиц при наличии слабоумия, установленного заключением экспертизы или иными медицинскими документами, а также воздействия членами организации на людей путем убеждения для получения денежных платежей в пользу саентологии. Был установлен состав преступления «мошенничество» во всех эпизодах, когда члены организации гарантировали выздоровление, хотя излечение было весьма маловероятно или когда обещался полный возврат денег в случае безрезультатности лечения, но затем, однако, возврат оказывался весьма трудноосуществимым. Был установлен состав преступления «вымогательство», когда виновные оказывали на потерпевших моральное давление и запугивали их, чтобы сломать их сопротивление и даже против их воли получить деньги в пользу организации. «Члены организаций совершали преступления по отношению к лицам, обратившимся в Институт дианетики, который позже стал «Церковью саентологии». Этот факт весьма поучителен уже сам по себе, так как ни в одной другой организации, ставящей не только законные, но, как она заявляет, даже благотворительные цели, не было установлено подобных фактов».

В связи с этим апелляционный суд Милана признал неправильным вывод трибунала о том, что вышеуказанные преступные действия принято рассматривать как единичный случай, то есть вне их взаимосвязи, а лишь как ошибочные действия отдельных членов объединения, которые исключительно по личной инициативе предпринимали противозаконные действия против людей, обращавшихся в организацию. Апелляционный суд Милана установил связь между вышеуказанными действиями и конкретным результатом директив руководителей саентологии. Апелляционный суд Милана отверг возражение защиты о том, что привлекается к суду религия только потому, что она отличается от официально признанных религий и что этим делом хотят ограничить конституционное право на свободу объединений только одной определенной религиозной практикой и что якобы суд не может контролировать религиозную деятельность организации или высказывать суждения о ее соответствии Конституции, поскольку такое расследование представляло бы собой недопустимое вмешательство в свободу религиозной практики.

В связи с этими возражениями апелляционный суд Милана, оценивая саентологию как преступное сообщество, подчеркнул, что «Суд никоим образом не намерен привлекать к ответственности Церковь саентологии из-за ее воззрений или определенных видов деятельности (например, сеансов одитинга, курсов очищения или других курсов) или заниматься сокровенным значением, которое могут иметь эти практики. Напротив, суд видит свою задачу в том, чтобы проверить, совместимы ли методы вышеназванных видов деятельности с правопорядком. Другими словами, следует проверить, было ли использованными при этом средствами нарушено другое, но в той же степени законодательно защищенное право отдельного человека на защиту от незаконных злоупотреблений и были ли отдельные лица уголовно наказуемым способом лишены всего своего имущества. Защита прав отдельного человека, а, следовательно, и саентологического объединения, безусловно, ограничивается защитой других, но в той же мере правовых интересов.

Западного типа правопорядок, хотя и разрешает объединению под названием «саентология» признавать себя религией и в то же время приобретать новых сторонников, а также предлагать им за плату курсы и сеансы для передачи своего исповедания, однако, в соответствии с правопорядком, недопустимо использование объединением добрых побуждений беспомощных лиц, чтобы угрожать им или применять к ним насилие и обманывать всех подряд с целью получить крупные суммы денег, которые оно не получило бы иным путем. Если будет установлено, что эти преступные действия были совершены в соответствии с ранее утвержденным планом и на основании указаний группы руководителей объединения, то неизбежно следует признать состав преступления «образование преступного сообщества», причем независимо от того, является ли саентология религией». Причем, апелляционный суд Милана подчеркнул, что лица, обращавшиеся в саентологическую организацию, не имели ни малейшего представления о том, что саентология - это религия. В приговоре апелляционного суда Милана сделана ссылка на показания свидетелей, один из которых, в частности, обратил внимание на название «церковь» и потребовал разъяснений, так как сын был убежденным католиком. На этот вопрос был получен ответ, что «название «церковь» было избрано только как завеса, и организация не имеет ничего общего с церковью».

Независимо от того, считали лица, вступающие в саентологическую организацию, это объединение религиозным или нет, в истории можно найти примеры организаций, которые имели все признаки религиозного объединения и одновременно признаки преступного сообщества. Как указано в упомянутом приговоре апелляционного суда, «при расследовании поведения членов саентологической организации и проверки того, связано ли это поведение с существованием преступного объединения, речь не идет о том, чтобы установить, являются ли воззрения этого объединения философскими, религиозными, чисто культурными или же они не обладают признаками таковых. Для правопорядка совершенно несущественно, следует ли называть религией отстаиваемое с 50-х годов Роном Хаббардом учение (в приговоре апелляционного суда Трента от 27.03.1990 г., который защита привлекла для поддержки своих утверждений, саентология называется религией), поскольку правопорядок в любом случае защищает все учения, а также право на свободное выражение мнений. Единственный вопрос, который суду надлежит расследовать и решать, касается методов, которые применяли последователи Рона Хаббарда в Италии для распространения своих идей и приобретения новых сторонников, и о том, выливаются ли методы саентологии в действия уголовного характера и были ли они результатом прежде заключенного соглашения организаторов и данных ими указаний.

Апелляционный суд Милана признал, что не может быть никакого сомнения в истинной сущности и характере организации, основанной Хаббардом, которая не имеет права выдавать свою деятельность как исключительно филантропическую, направленную на благо человека. Устанавливая обязательность дарения членами саентологии средств за услуги этой организации и повышения ежемесячно доходов от дарения на 10%, суд признал, что «ничто так резко не противоречит принципу безвозмездности дара, который должен быть спонтанным со стороны дарителя и производиться в установленном им самим размере, как предварительно заданное условие, по которому за каждую оказанную услугу должно быть заплачено вознаграждение, причем даже точно установлен размер принудительного дарения. Таким образом этим дарам не следует придавать значения, что и показывает тщательно просчитанный уровень повышения цен (то же самое было установлено также и в центрах «Нарконон», в которых цена за пребывание наркомана также была указана как обязательный дар в точно определенном размере)» [15].

Суд пришел к выводу, что основной интерес организации саентологии был направлен на материальные возможности тех, кто интересовался ее профессиональными услугами, и что число предлагаемых Институтом дианетики профессиональных услуг непосредственно зависело от денежных возможностей клиента: пока у клиента еще были деньги, ему постоянно рекомендовали все новые и новые курсы в качестве необходимых и при этом независимо от болезни, которой он страдал, - будь он спазматиком как А, эпилептиком как В или страдал множественным атеросклерозом как свидетельница С или настоящим душевным расстройством как О, Е, и Р. Напротив, если у клиента больше не было денег, то ни одно, сколь угодно тяжелое заболевание, не могло склонить саентологов ему помочь. В связи с этим в приговоре апелляционного суда был сделан акцент на то, что в одной из инструкций Хаббард пишет: «Может быть, вас интересует мой секрет: я раздаю бешеные суммы множеству людей и делаю этим кучу денег. Мой ответ на любую финансовую проблему гласит, что я делаю деньги. Я научу вас, как делают кучу денег для организации. Раздавайте бешеные суммы, - и делайте деньги. В деньгах вы должны быть хитрыми. Есть только деньги. Нужно делать деньги. И если вы делаете деньги, вы сможете иметь деньги. Если вы не делаете деньги, вы не сможете иметь деньги. Деньги не просто ждут, когда их поднимут».