Страница 75 из 121
Замечательна была кончина Святейшего Патриарха Тихона, час которой ему очевидно был известен. Замечательны и последние слова его, произнесенные незадолго до кончины: "теперь я усну крепко и надолго... ночь будет длинная, длинная... темная, темная..." Как-то очень ясно, что под этой "длинной и темной ночью" он подразумевал не столько свою смерть, сколько мрак кровавого безбожия, опустившийся над всей столь любимой им Русской землей, Первоиерархом которой избрал его Промысл Божий. Страшная ночь эта, как мы видим, действительно оказалась "длинной, длинной... темной, темной", продолжающейся вот уже более половины столетия и конца-края которой пока все еще не видно!
Перед самой кончиной Святейший, лежавший с закрытыми глазами, вдруг как бы очнулся и спросил: "Который час?"
"Без четверти двенадцать" — ответили ему.
"Ну, слава Богу!" — сказал Святейший, точно он только этого часа и ждал, и стал быстро креститься.
"Слава Тебе, Господи", — сказал он и перекрестился.
"Слава Тебе!.." сказал он, занес руку для третьего крестного знамения и тут же предал Богу свою праведную душу.
Знаменательно, что почил он на 6-ой седмице Великого поста в среду, как раз в день смерти праведного Лазаря, а сразу после его погребения началась Страстная седмица.
Поклонение почившему продолжалось непрерывно и не прекращалось во время всех богослужений, начиная со среды и кончая праздником Входа Господня во Иерусалим. В сутки проходило у гроба не менее 160-170 тысяч людей, а очередь всех желавших поклониться праху Патриарха растянулась вне ограды Донского монастыря, где происходило отпевание и погребение, на полторы версты по четыре человека в ряд.
Величественное отпевание при участии множества епископов, священников и неисчислимого множества народа — собралась почти вся Москва — явилось настоящим триумфом почившего — последнего законно-избранного Патриарха Московского и всея России.
В настоящее время "тихоновцами", с полным правом, называют себя в порабощенной лютыми безбожниками России последователи Истинно-Православной Церкви, ушедшей в катакомбы, поскольку над Русской землей все еще стоит "ночь длинная, длинная... темная, темная", как предрек почивший пятьдесят лет тому назад наш Первосвятитель-Исповедник. Вечная ему память!
Верим, что молится он о нас у престола Божия, скорбя о тех заблудших сынах русского народа, которые до сих пор еще пребывают в своей губительной духовной слепоте и особенно о тех, которые думают, будто можно как-то совместить служение Богу и маммоне, Христу и Велиару.
Сила истинного покаяния.
"Блудами первее преисполнена всяческими,
Христова невеста днесь покаянием явися, ангельское жительство подражающи".
(Кондак преп. Марии Египетской.)
Кто эта «Христова невеста»? — Преподобная Мария Египетская, память которой св. Церковь всегда празднует в пятую неделю Великого поста. Силою покаяния она из величайшей грешницы стала величайшей праведницей, «ангельское естество» строгостью жития своего «удививши».
Но что имела в виду св. Церковь, устанавливая это празднование памяти этой необыкновенной ангелоподобной подвижницы? — А вот что!
В предшествовавший воскресный день —неделю 4-ую Великого поста — праздновалась память преподобного Иоанна, Игумена Синайской горы, по прозванью Лествичника. Живописуя перед нашим мысленным взором его дивный образ «пустыннаго жителя и в телеси ангела», св. Церковь призывала всех нас, христиан, подражая ему, идти путем христианского совершенства, следуя завету Христову: «Будите убо вы совершени, якоже Отец ваш небесный совершен есть» (Матф. 5, 48) и предлагала нам в руководство для этого составленную этим великим подвижником «Лествицу Духовную, возводящую на небо».
Но не все могут взять себе, как образец подражания, пример преподобного Иоанна Лествичника. Ведь он от самой юности своей, не изведав пучины страстей и порока, всем сердцем возлюбил Бога и, желая Ему Единому угождать, порвал все связи с греховным мiром, удалившись в иноческую обитель. Конечно, чистому и еще неиспорченному нравственно юноше, всю свою жизнь проведшему в иноческих подвигах, под мудрым руководством духовно-опытного старца, не трудно было достигнуть высот христианского совершенства, — но что делать тем, которые не щадили юности своей и с младых лет предавались разного рода страстям и порокам? Что делать тем, которые за давностью лет уже успели закоснеть в своей греховной порочной жизни? Возможно ли для них обращение и спасение? И как помышлять им о совершенстве христианском? Не погибли ли они окончательно?
И вот на этот тяжелый для совести многих вопрос св. Церковь и дает блистательный и глубоко-утешительный ответ, празднуя память преподобной Марии Египетской, которая с юных лет впала в бездну порока, стала величайшей грешницей, а затем сделалась ангелоподобной праведницей, очистив себя от всех страстей и, подобно преп. Иоанну Лествичнику, востекши на вершину безстрастия.
Итак, ликуйте грешники, — как бы так взывает Церковь, — не падайте духом, ибо и для вас возможно не только спасение, но и достижение всей высоты заповеданного Евангелием христианского совершенства. Помните, что как бы низко вы ни пали, всегда есть возможность возстать. Надо только искренно, всей душой, захотеть этого. Взирайте на пример преп. Марии Египетской и подражайте ее подвигу самоисправления!
Как же это сделать? Как возстать от падения человеку, глубоко впадшему в пучины порока?
Для этого есть могущественнейшее средство, которое изглаждает все греховные пятна нашей души и делает ее чистой и непорочной пред Богом.
Средство это — покаяние.
Умели мы подражать Марии Египетской в ее падении, потщимся подражать ей и в покаянии. Истинное и искреннее покаяние творит подлинное чудо с человеком-грешником, совершенно перерождает его, возрождая его к новой жизни, святой и Богоугодной.
Но будем помнить! Такую силу имеет истинное покаяние.
Придти к священнику на исповедь, обстоятельно перечислить ему все свои грехи, даже ничего не утаивая и не смягчая своей вины, и затем ждать от него прочтения разрешительной молитвы с тем, чтобы приобщиться св. Христовых Таин, это еще не значит — по-настоящему покаяться, особенно, если после этого мы с легким сердцем возвращаемся к своей прежней, вошедшей уже в привычку, греховной жизни, продолжаем, без особой борьбы с собой, грешить как и раньше.
Нет! это не есть покаяние истинное, и оно не только не имеет возрождающей силы, а еще может послужить нам в вящее осуждение.
Истинное покаяние всегда связано с искренним глубоким самоосуждением, с искренним сердечным сокрушением, с твердо-принятым в душе намерением не возвращаться больше к своим прежним грехам, с решимостью так или иначе загладить свои грехи противоположными им добрыми делами и самым коренным образом изменить свою жизнь к лучшему, в согласии с заповедями Божиими, одним словом — исправиться и начать жить совсем иначе, по-новому.
Вот такое только покаяние и имеет действительно возрождающую силу, делает человека совершенно другим, чем он был, из грешника делает его праведником.
Но возможно ли это?
На это можно ответить словами Самого Спасителя нашего Господа Иисуса Христа: «Невозможное человеком возможно Богу» (Лк.18, 27).
Для благодати Божией, спасающей человека, нет ничего невозможного, а благодать Божия привлекается свободным произволением самого человека, его горячей молитвой и собственными подвигами и трудами, доказывающими это свободное произволение и искреннее желание улучить спасение.
Все это мы и видим в примере преподобной Марии Египетской. И недаром в образец такой необыкновенно-животворной действенности истинного покаяния взята св. Церковью Мария Египетская, бывшая прежде блудницей.
Хотя в настоящее время многими, даже считающими себя «христианами», ни во что ставится этот грех, однако, надо знать, что блуд это один из самых тяжких грехов и всегда поставлялся св. Церковью наравне с отпадением от веры и с убийством. Недаром он весьма часто приводит человека и к тому и другому. В первые века христианства, когда господствовала особенная чистота нравов, блудники, наравне с отпадшими от веры и убийцами, вовсе извергались из Церкви, как негодные члены, осквернявшие чистоту ее. И только потом постепенно выработалась система принятия их обратно в Церковь спустя длительные сроки несения ими строгой церковной епитимии, с отлучением на многие годы от св. Причащения. Впадшие в блуд никогда не допускались до совершения над ними таинства священства, они не могли быть «ни епископами, ни пресвитерами, ни диаконами, ниже вообще в списке священнаго чина» (Апостольское правило 17-ое). А впадшие в блуд священнослужители, по церковным правилам, должны извергаться из священного чина – лишаются своего сана (Апостольское правило 25-ое, св. Василия Вел. правило 3-ье, 32-ое, 51-ое и 70-ое и Неокесарийского собора 1-ое) навсегда, безотносительно от принесения ими покаяния.