Страница 179 из 239
Вот в этом смысле я как бы и расхожусь немного с мнением святителя Игнатия, поскольку считаю, что именно в наше время без умного делания, без Иисусовой молитвы, никакие подвиги, никакие даже добродетели ничего человеку не дадут; без Иисусовой молитвы все останется пустым занятием, - я это испытал на себе лично. Когда я спрашивал у своего духовника о том, как упражняться, например, в памяти смертной, он только махал на меня рукой и говорил: "Молись и все". Действительно, как я всячески ни старался, все равно никакой памяти смертной не имел, а было у меня одно только воображение. Настоящие, неподдельные добродетели приходят прежде всего и более всего от занятия молитвой Иисусовой. И сам святитель Игнатий пишет, что при занятии этой молитвой сами собой являются и терпение скорбей, и память смертная, и прочие добродетели. Справедливо преподобный Иоанн Лествичник называет молитву матерью всех добродетелей. Кроме того, некая умеренность и осторожность святителя Игнатия могла происходить и от того, что он, возможно, ставил своей целью помочь, услужить всем: и более ревностным, и менее ревностным, и усердствующим в Иисусовой молитве, и придающим ей второстепенное значение. Поэтому когда мы читаем, допустим, его статью о самоукорении, или еще что-нибудь подобного рода, то нам может представиться, будто это делание возможно и совсем без Иисусовой молитвы.
И тогда мы уклоняемся в некое многообразие духовных занятий, отвлекающее нас от самого главного, от самого плодоносного, без которого все остальное превращается чуть ли не в пустое времяпрепровождение. По этой причине в том, что касается молитвы Иисусовой, я немного уклоняюсь в традицию, которую проповедует схимонах Василий Поляномерульский. Тем не менее нельзя не признать, что чтение святителя Игнатия, изучение его творений открывает нам глаза на то, что такое в действительности духовная жизнь. Между прочим, сам святитель Игнатий советует желающим заниматься молитвой Иисусовой, прочитать в первую очередь именно эти "Предисловия" старца Василия. Как я предполагаю, святитель, боясь смело, откровенно высказаться в пользу того, что без умного делания не может быть никакого преуспеяния и в то же время советуя прочитать именно эти творения, тем самым как бы говорит: в них вы найдете самое главное, что нужно для занятий молитвой Иисусовой. И действительно, там мы находим, что непрестанная молитва может заменить все келейное правило. Вообще мне кажется, что я не то чтобы расхожусь со святителем Игнатием по этому вопросу, а просто принимаю дополнительную точку зрения старца Василия.
Нужно также иметь в виду и то, что святитель не мог высказываться откровенно: его творения и без того воспринимались с большой настороженностью, так как он учил исключительно по святым отцам, и учил смело и последовательно. Если вы читали его биографию, то знаете, что его книги и публиковали-то с трудом, поскольку они чрезвычайно отличались от того, что писали в его время, - по стилю, по содержанию, по всему. Святитель Игнатий является выдающимся исключением, это действительно святой отец XIX века, таких великих писателей у нас в XIX веке больше не было. Если мы возьмем самых выдающихся российских богословов-проповедников того века, то никто из них неспособен сравниться со святителем. Разве что Феофан Затворник. Но он жил гораздо позже, в конце XIX века, был уже младшим современником.
По своим богословским произведениям святитель Феофан тоже представлял из себя исключительное явление, он был оригинальным богословом. Однако как аскетический писатель несомненно уступает святителю Игнатию, он даже и сам это понимал. Когда афонские монахи просили его написать что-нибудь об Иисусовой молитве, он сказал, чтобы они довольствовались тем, что написал преосвященный Игнатий, то есть считал творения последнего достаточными в этом отношении.
Без святителя Игнатия нельзя войти в правильное понимание аскетических произведений святых отцов вообще, в том числе творений современных ему писателей, таких как святитель Феофан или оптинские старцы и т.д. Можно сказать, что он является одним из самых выдающихся русских духовных писателей всех времен.
Вопрос. Батюшка, есть люди, которые ходят по горячим углям не обжигаясь. Это фокус или что-то бесовское?
Ответ. Да, есть такие, например, в Болгарии - нестенары. Они берут икону, читают "Отче наш" и ходят по горячим углям не обжигаясь. Это имеет какое-то отношение к ереси богомилов, очень распространенной среди болгар. Я думаю, что это, конечно, прелесть; бесовское - не в смысле колдовства, а в смысле прелести. Зачем искушать Бога, ходить по горячим углям?
Вопрос. Получается, что природа человека может изменяться не только из-за святости (подвижники, например, ступали по воде), но и из-за прелести (как в случае хождения по углям)?
Ответ. Что значит "природа человека может изменяться"? Какая-то сила действует и предохраняет человека, но это еще не значит, что изменяется природа. Благодатью, действительно, можно менять природу человека, претворить его до какой-то степени в другого. В мощах святых угодников мы видим нетление, являющееся частью того нетления, которого человек сподобится в будущем веке, а дьявол изменять природу не в состоянии, он лишь какой-то силой ее поддерживает. В житии апостола Иоанна Богослова, например, описываются чары колдуна, который на несколько часов опускался в воду. Мы знаем случаи, когда некоторых йогов закапывали в землю, через сутки откапывали, и они оказывались живыми и невредимыми. Что это такое? Конечно, действие демоническое, или колдовство, или прелесть. И это доказывается, например, тем, что Симон-волхв, с помощью колдовства поднявшийся на воздух, после молитвы апостолов Петра и Павла упал и разбился, поскольку демон его оставил. Также и колдун утонул после молитв Иоанна Богослова, когда демоны перестали колдуну помогать. Так что природа человеческая в подобных случаях не меняется, просто имеет место демоническое воздействие.
Вопрос. Недавно смотрели фильм, в котором сняты документальные кадры смерти Сталина. Там было высказано предположение, что митрополит Николай (Ярушевич) перед смертью его исповедал и причастил. Что Вы можете об этом сказать?
Ответ. А что это за фильм? Где вы взяли такую ересь? Предположить можно все, что угодно. Сталин был чудовищем, коварным, злобным и одновременно исполненным сатанинской гордостью. Да, собственно, ему и было чем гордиться: он сумел завладеть огромной страной, да еще разгромить таких врагов. Он считал себя за нечто великое, перед ним трепетали все. Кто бы мог его исповедать, кого бы он пригласил, если он был безбожником? Кроме того, инсульт ведь у него случился внезапно и он лежал в таком состоянии, что его сначала даже приняли за мертвого. Когда же затем собравшиеся вокруг него начали тут же вслух делить империю, должности, а он вдруг открыл глаза, то все просто ужаснулись. Сталин после инсульта так и не приходил в сознание и через несколько дней умер. К нему даже боялись вызвать врача, потому что привыкли делать только то, что скажет Иосиф Виссарионович, а он-то уже ничего сказать и не мог. И вдруг предположить, что приходил к нему кто-то из священства, - абсурд какой-то, никогда не поверю. Такие легенды ходили, но это же ничего еще не значит. Когда он умер, то в церкви его поминали, но ведь это все делалось просто так, в угоду властям. Когда умер Брежнев, его тоже поминали, но это же не свидетельствует о том, что он был ревностным христианином.
У нас в Одесском Успенском монастыре тоже служили по нему панихиду, но даже боялись сказать: "раба Божиего Леонида", а называли его просто Леонидом: "Упокой, Господи, Леонида"! Нельзя назвать "рабом", ведь он же не раб, он - господин! Это просто такая политика.
Вопрос. Батюшка, сколько четок можно иметь? У меня четки одни, а я вижу, что у некоторых сестер для службы есть специальные.
Ответ. Я уже говорил, что если у тебя грязная работа и ты во время этой работы молишься, то в таком случае можно иметь еще дополнительные четки; или если ты молишься в кровати, когда ложишься спать, - уж не знаю, насколько это обязательно или не обязательно. Некоторые люди имеют четки на разные праздники: богородичные, мученические, святительские Но я думаю, мы этого делать не будем.