Страница 93 из 239
А мы, отказавшись от возможности преуспеть в миру и чего-то достигнуть, подобно им начинаем искать здесь преимуществ в положении, в действительности ничего не значащем, или превосходства друг над другом; хотим друг друга обличить, "поставить на место", защитить свою позицию, свое положение, переживаем оттого, что, как нам кажется, нас унижают, снимая, допустим, с какой-то должности, переводя с одного послушания на другое. Хотя все это делается не потому, что кто-то к кому-то испытывает неприязнь, а исключительно с одной целью - ради душевной пользы того человека, с которым все это совершают, над которым, как ему кажется, издеваются. Нужно учиться смиряться не только перед настоятельницей, старицей или духовником (некоторые и этого не могут сделать), но и друг перед другом, перед каждой сестрой, и не смотреть - больше она, чем ты, или меньше, старая, больная и такая дряхлая, что и внимания на нее обращать не стоит, или же, наоборот, маленькая девочка, и поэтому для нас тоже ничего не значит, или какая-то, например, "неумеха", которую можно презирать за то, что у нее ничего не получается и из рук все валится.
К сказанному можно добавить еще и следующее: нужно всегда помнить изречение Спасителя: Без Мене не можете творити ничесоже (Ин.15:5), - то есть в любом богоугодном деле, особенно в исполнении евангельских добродетелей, мы должны надеяться не на себя, но на Господа Иисуса Христа, Сына Божьего, непрестанно к Нему прибегать, просить помощи - для того, чтобы всегда удерживать в памяти евангельское и святоотеческое учение и, вспоминая в нужный момент, исполнять его, находить в себе силы противиться искушению. Конечно, все это трудно: не так быстро происходит духовный рост, как бы нам хотелось, - постоянная борьба, преткновение, потом восстание, опять преткновение. Но все равно нужно над собой трудиться. Если мы будем забывать о столь важной вещи, то любой монастырь, да и вообще любое человеческое общество, может превратиться в какое-то сборище странных людей, которые, с одной стороны, от всего отказались, а с другой - вдруг вспомнили, что они все-таки кое-что из себя представляют. Это равносильно тому, как если бы нищие начали спор между собой, кто из них богаче. Если ты решила вести нищенский образ жизни, то забудь о богатстве; а если ищешь богатства, тогда нужно подумать, как и для чего ты оказалась в монастыре.
У одного подвижника монахи спросили: "Что нам делать, чтобы спастись?" Он говорит: "Вы Евангелие читали?" - "Да, читали". "Вот и исполняйте его", - был ответ. Монахи подумали, что никакого ответа они тем самым не получили, и в следующий раз, по прошествии некоторого времени, опять спрашивают его: "Отче, что нам делать, чтобы спастись?" А тот опять отвечает тем же вопросом: "Вы Евангелие читали?" Они уже решили сказать иначе: "Нет, не читали", на что получают такой ответ: "Ну вот прочтите его и исполняйте". В этой истории, в общем-то, и заключена вся истина. Мы должны постоянно перечитывать Евангелие, чтобы оно содержалось в нашей памяти. Конечно, нам полезно прочитывать и святых отцов, изъясняющих Евангелие. К сожалению, время от времени приходится напоминать такую простую вещь, что, оказывается, мы должны жить по Евангелию, а не по каким-то своим собственным принципам, потому что у нас иногда помимо Евангелия, помимо учения святых отцов складывается еще некое "местное" предание о том, как нужно себя вести, например, чтобы старица тебя уважала или чтобы тебя не перегрузили послушаниями и т.п. Таким образом, некоторые вместо того, чтобы приобретать опыт смирения, приобретают опыт, как нужно выкручиваться или лукавить, я бы сказал - отвоевывают себе в монастыре место под солнцем.
Но если такому человеку даже и удастся чего-то достигнуть при помощи своей изощренной хитрости, обманув остальных, то Бога он все равно обмануть не сможет. Он не только не приобретет Божией благодати, но и потеряет то, что имеет, совершенно опустошится. Об этом нам нужно всегда помнить.
Можно еще добавить о послушаниях и способностях. Конечно, у разных людей разные способности: у кого-то, допустим, вокальные, певческие, у кого-то - художественные, у третьего - к определенному ремеслу. Человек начинает своими способностями превозноситься и презирать других. Но ведь в монастырь приходят не петь, и не плясать, и не рисовать, сюда приходят спасаться. Я уверен, что подавляющее большинство сестер (если не все) пришли сюда совершенно не думая о том, какое будут нести послушание, а здесь вдруг об этом забыли и начали "приспосабливаться к жизни". Нам нужно заботиться о самом главном и единственно важном - о спасении души, о своем сердце, о том, в каком состоянии оно находится, а не размышлять, достиг ли ты чего-либо в каком-то ремесле или нет. Хотя, конечно, если тебе дано послушание, в нем нужно стараться, сохраняя при этом и правильное душевное расположение. Есть люди, которые совсем никаких талантов не имеют и ни к чему не способны - что ж с того? человек, думающий о монашестве, о спасении души, должен быть самоотверженным и таким решительным, как будто идет на смерть, в бой. Если человек, идя в бой, думает не о том, чтобы победить врага, а как бы жизнь сохранить, то он уже не истинный воин. Так же и здесь: нужно быть решительным, и именно в самом важном, то есть подражать Господу Иисусу Христу в первую очередь в смирении.
Он откровенно к этому нас призывает, очень ясно, просто и многократно, например когда говорит: "научитеся от Мене, яко кроток есмь и смирен сердцем" (Мф.11:29) - или когда умывает ноги ученикам. Но мы хотим чего-нибудь другого, только не этого. Еще раз повторю: нужно смиряться друг перед другом. Я не буду говорить о тех людях, которых мы не знаем, - не надо нам про них думать, это слишком велико, чтобы мы смирялись вообще перед всеми людьми. Но давайте будем смиряться друг перед другом. Наш монастырь - это некий маленький мирок, вот и будем в своем маленьком мирочке жить по-евангельски. И конечно же, если нам необходимо смиряться перед равными или перед теми, которые нам кажутся меньшими, как говорит Евангелие - перед малыми сими, то тем паче мы должны смиряться перед большими: духовником, настоятельницей, старицами, старшими по послушанию. Итак, будем Евангелие исполнять, а не просто читать. Будем всегда о нем помнить, а если кто-то не может помнить, потому что не читал, тот пусть, по совету преподобного старца, прочтет его и исполняет. Ибо и апостол Павел сказал: Блаженны не слышатели закона, а исполнители его (см. Рим.2:13).
Вопрос. Что делать, когда послушание, на котором находишься, приносит душе большой вред?
Ответ. Когда послушание приносит, как тебе кажется, большой вред, тогда надо прийти к старице и рассказать; если старица сама не сможет решить, обратиться к настоятельнице и поступить так, как они вместе рассудят. Самому делать однозначные выводы, что я, мол, точно знаю, что мне определенное послушание приносит вред, - это неправильно. Может быть, действительно есть вред. А может быть, тебе только так кажется, а на самом деле польза, потому что когда человек смиряется, то вреда быть не может. Представим, что, действительно, при выборе послушания не учли какие-либо душевные свойства брата или сестры - например, человеку нельзя выходить в мир: он там искушается, соблазняется. Тогда тому брату или сестре нужно откровенно рассказать об этом старшим, и старшие будут искать выход из положения. Если тебе вдруг кажется, что старица неправильно тебя понимает, нужно обратиться к духовнику, к настоятельнице. Но я думаю, что как раз именно старицы больше и лучше знают своих послушниц, потому что те им постоянно все рассказывают, и ошибка едва ли возможна. В противном случае можно предположить, что либо сестра что-то скрывала и потому старица не знает какой-то важной подробности, связанной с ее послушанием, либо сама сестра ошибается и в действительности никакого вреда нет, а просто ей не хватает смирения и терпения.
Вопрос. Как оценить такое состояние души, когда в ней равно существуют и желание старшинства на послушании, и понимание того, что для меня это вредно?