Страница 9 из 57
И не думайте говорить в себе: «отец у нас Авраам», ибо говорю вам, что Бог может из камней сих воздвигнуть детей Аврааму.
Им служило в погибель то, что они полагались на свое благородное происхождение. Под камнями разумеются язычники, из коих многие уверовали. Но Иоанн говорит просто, что Бог и от камений может воздвигнуть чад Аврааму. Ибо и утроба Сарры по бесплодию была камнем, однако ж она родила по Божию изволению. Воздвиг же Господь чад Аврааму от камней тогда, как при распятии Его многие, увидев расседшиеся камни, уверовали.
Уже и секира при корне дерев лежит.
Секирою называет суд Христов, а древами – каждого человека. Итак, неверующий иссекается с корнем за неверие свое и ввергается в геенну.
Всякое дерево, не приносящее доброго плода, срубают и бросают в огонь.
Не сказал: которое не принесло, но «не приносящее», потому что непрестанно должно приносить плоды добродетели. Если ты вчера оказал милость, а ныне похищаешь, то какие плоды приносишь и как будешь приятен Богу?
Я крещу вас в воде в покаяние, но Идущий за мною сильнее меня.
Иоанн сказал им: «принесите плод», теперь показывает, какой плод, то есть плод веры в грядущего по нем. А по нем шел Христос. Он был и по рождению позднее его шестью месяцами, и по явлению, ибо сперва явился Предтеча, а потом Христос, о Котором он свидетельствовал.
Я не достоин понести обувь Его.
Я, говорит, не достоин быть и последним рабом Его или носить сапоги Его. Под сапогами разумей и двоякое сошествие Его – одно с неба на землю, другое с земли в ад, ибо сапоги суть кожа плоти и умерщвление. Этих двух схождений не мог понести Предтеча, ибо не понимал, как они совершились.
Он будет крестить вас Духом Святым и огнем.
То есть щедро исполнит вас благими дарами Духа, тогда как мое крещение не дает ни благодати Духа, ни отпущения грехов. Но Он отпустит вам грехи и щедро даст Духа.
Лопата Его в руке Его.
Когда креститесь от Него и потом будете грешить, не думайте, что Он простит вас. Нет, Он имеет и лопату, то есть рассмотрение и суд.
И Он очистит гумно Свое.
То есть церковь, в которой хотя много крещеных, подобно как на гумно собираются с поля все, но из них одни оказываются плевелами, каковы легкомысленные и направляемые к злу духами злобы, другие – пшеницею, те, которые приносят пользу и другим, питая их учением и делом.
И соберет пшеницу Свою в житницу, а солому сожжет огнем неугасимым.
Неугасим огонь геенский. Поэтому обманывался Ориген, когда говорил, что мукам будет конец.
Тогда приходит Иисус из Галилеи на Иордан к Иоанну креститься от него. Иоанн же удерживал Его и говорил.
Крестится чистый, чтобы нас омыть и показать нам, что, приступая к крещению, должно наперед очиститься, чтобы впоследствии не осквернить крещения, падая в грех по худому навыку. Возбраняет же Ему Иоанн для того, чтобы зрители не подумали, что и Он, подобно многим другим, крещается в покаяние.
Мне надобно креститься от Тебя, и Ты ли приходишь ко мне?
Предтеча имел нужду очиститься от Господа, ибо и он, происходя от Адама, заимствовал от него скверну, порожденную преслушанием, а воплотившийся Христос очистил всех. Не смел сказать: и Ты ли крестишься от меня? но и «Ты ли приходишь?» Так был он смирен!
Но Иисус сказал ему в ответ: оставь теперь, ибо так надлежит нам исполнить всякую правду.
Теперь, говорит, уступи. Будет время Моей славы, но теперь Я не обнаруживаюсь. Правдою называет закон. Человеческая природа, говорит, подверглась проклятию, потому что не могла исполнить закона. Поэтому Я исполнил все предписания закона, остается одно: то есть креститься. Совершив это, Я освобожу человеческое естество от клятвы. Это Мой долг.
Тогда Иоанн допускает Его. И, крестившись, Иисус тотчас вышел из воды.
Иисус крестится, будучи тридцати лет, так как до этого возраста человек совершает все грехи. В первом возрасте преобладает неразумие, во втором, то есть юношеском, – сильный пыл похоти и гнева, а в тридцать лет, когда человек делается совершенным мужем, – любостяжание. Таким образом, Иисус выждал этот возраст, чтобы во всех возрастах исполнить закон и очистить нашу природу и подать нам силы побеждать страсти. Манихеи говорят, что Он тело свое сложил в Иордане и принял другое, призрачное тело. Но их лукавые уста заграждаются сими словами: «вышел Иисус», то есть вышел не другой, а тот же, кто сошел в воду.
И се, отверзлись Ему небеса.
Адам заключил их, а Христос отверзает, чтобы ты знал, что и ты отверзаешь их, когда крестишься.
И увидел Иоанн Духа Божия, Который сходил, как голубь, и ниспускался на Него.
Сходит Дух во свидетельство того, что Крещаемый больше крещающего. Иоанна иудеи почитали великим, а Христа не так. Все видели, что Дух сходил на Иисуса, чтобы не подумали, что голос:
И се, глас с небес глаголющий
относился к Иоанну, но чтобы все, видя Духа, уверовали, что сей глас относился к Иисусу. Сошел в виде голубя по причине незлобия и кротости голубя. Притом голубь есть самая чистая птица, так что он и не садится там, где есть нечистота, так и Дух Святой. С другой стороны, как при Ное голубица возвестила прекращение потопа, принеся масличный сучец, так и теперь Дух Святой возвещает разрешение грехов в виде голубя: там – сучец масличный, здесь – милость Бога нашего.
Сей есть Сын Мой возлюбленный, в Котором Мое благоволение.
То есть в Котором Я успокаиваюсь, в Котором милостив.
Глава четвертая
Тогда Иисус возведен был Духом в пустыню.
Сим учит нас, что после крещения особенно надобно ожидать искушений. Отводится Духом Святым, ибо Он ничего не делал без Духа. Отводится же именно в пустыню, чтобы показать нам, что диавол искушает нас тогда, когда видит, что мы одни и без помощи других. Поэтому нам не должно оставаться без совета и полагаться только на себя.
Для искушения от диавола.
Диавол называется так, то есть клеветником, потому что клеветал на Бога Адаму, когда сказал ему: Бог завидует вам. Он и ныне клевещет на добродетель.
И, постившись.
Постится, чтобы показать, что пост есть такое же сильное оружие против искушений и диавола, как пресыщение служит источником всякого греха.
Сорок дней и сорок ночей.
Постится столько времени, сколько Моисей и Илия, а если бы дольше, то воплощение Его показалось бы призрачным.
Напоследок взалкал.
Когда уступил природе, тогда и взалкал, чтобы алканием дать случай диаволу подступить к Себе и сразиться с Собою, и таким образом поразить его и низложить, а нам даровать победу.
И приступил к Нему искуситель и сказал: если Ты Сын Божий, скажи, чтобы камни сии сделались хлебами.
Слышал этот разбойник голос с неба: «Сей есть Сын Мой», но вот видит, что он взалкал, и недоумевает, как может алкать Сын Божий. Почему, желая удостовериться, искушает Его. Словами «если Ты Сын Божий» он льстит Ему, надеясь тем что-нибудь выкрасть у Него.
Вопрос: Но что за грех было претворить камни в хлебы?
Ответ: Знай, что послушаться диавола в чем бы то ни было – грех. Притом диавол не сказал: да камень сей будет хлебом, но «камни сии», желая вовлечь Христа в излишество, тогда как для голодного совершенно довольно и одного хлеба. Поэтому Христос и не послушал его.
Он же сказал ему в ответ: написано: «не хлебом одним будет жить человек, но всяким словом, исходящим из уст Божиих».
Это свидетельство заимствовано из Ветхого Завета. Именно так говорит Моисей. И евреи питались манною не как обыкновенным хлебом: поскольку она, по слову Господню, удовлетворяла всякой нужде их и заменяла все, чего бы – кто ни захотел есть. Рыбы ли хотел иудей, яйца ли, сыра ли, молока ли, мяса ли, манна удовлетворяла всякому требованию вкуса его.
Потом берет Его диавол в святый город и поставляет Его на крыле храма.
Это была боковая часть храма, представлявшаяся крылом.
И говорит Ему: если Ты Сын Божий, бросься вниз, ибо написано: «Ангелам Своим заповедает о Тебе, и на руках понесут Тебя, да не преткнешься о камень ногою Твоею».
Словами «если Ты Сын Божий» хочет возбудить тщеславие. Я не верю голосу с неба, как бы так он говорит, покажи мне, Сын ли Ты Божий. Проклятый! Неужели потому, что Он Сын Божий, Ему должно было броситься вниз? Твоей жестокости свойственно низвергать беснующихся, а Богу – спасать. А то, что написано: «и на руках понесут Тебя», написано не о Христе, но о святых, которые нуждаются в ангельской помощи. Христос же, как Бог, не нуждается в ней.