Страница 29 из 56
ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ.
Тогда приступиша ко Иисусовы иже от Иерусалима книжницы и фарисее, глаголюще: почто ученицы твои преступают предание старцев? не умывают бо рук своих, егда хлеб ядят. Хотя книжники и фарисеи были во всех местах [Иудеи], но иерусалимские пользовались большею честью. Они-то особенно были завистливы, как люди более других честолюбивые. Иудеи по древнему преданию имели обычай не есть неумытыми руками. Видя теперь, что ученики нарушают это предание, (книжники и фарисеи) подумали, что они презирают старцев. Что же Спаситель? Он ничего не отвечал им, но напротив спросил их самих.
Он же отвещав, рече им: почто и вы преступаете заповедь Божию за предание ваше? Бог бо заповеда, глаголя: чти отца и матерь: и, иже злословит отца, или матерь, смертию да умрет; вы же глаголете: иже аще речет отцу, или матери: дар, имже бы от мене пользовался еси: и да не почтит отца своего, или матере: и разористе заповедь Божию за предание ваше. Фарисеи обвиняли учеников за то, что они преступали заповедь старцев; а Христос обличает их самих в нарушении заповеди Божией. Ибо они учили, что дети ничего не обязаны давать родителям, а должно положить, что имеют, в сокровищницу храма. В храме находилась кружка, в которую усердствующие делали вклады, и которая называлась газа, а сокровище, собиравшееся в ней, раздавалось бедным. Таким образом фарисеи, внушая детям ничего не давать родителям, а полагать, что могут, в казнохранилище храма, учили их говорить отцу или матери так: то, чем ты хочешь воспользоваться от меня, поступило в дар, то есть посвящено Богу; и так книжники делили с детьми имение их, а родители оставались на старости лет без пропитания. Так же поступали и с заимодавцами. Если кто-нибудь из них давал в займы деньги, а должник потом оказывался неисправным и не отдавал долга, то говорил заимодавцу: то, чем я тебе должен, есть корван, то есть дар, посвященный Богу.
Таким образом должник, взявши в займы деньги, делался должником Божиим, и по неволе отдавал долг, который книжники принимали от него. Так фарисеи лицемеры поступали и учили детей презирать родителей, и чрез то нарушали заповедь Божию.
Лицемери, добре пророчествова о вас Исаиа, глаголя: Приближаются Мне людие сии усты своими и устнами чтут Мя; сердце же их далече отстоит от Мене. Всуе же чтут Мя, учаще учением, заповедем человеческим. Словами Исаии показывает, что их отцы в отношении к Отцу Его были такими же, каковы они в отношении к Нему. Ибо, будучи лукавы и лукавыми делами удаляя себя от Бога, они только устами произносили слово Божие. Так напрасно чтут Бога и почитают себя чтителями Его те, кои бесславят Его делами лукавыми.
И призвав народы, рече им: слышите и разумейте: Не входящее во уста сквернит человека, но исходящее изоуст, то сквернит человека. С фарисеями, как неисцелимыми, уже не хочет более говорить, но с народом. Призывая же его, Он хочет оказать ему некоторую честь, чтоб он принял Его учение: словами же - внемлите и разумейте, побуждает народ ко вниманию. Так как фарисеи обвиняли учеников за то, что они ели неумытыми руками; то Господь говорит, что никакая пища не оскверняет человека, то есть не делает нечистым. А если пища не оскверняет, то тем более вкушение ее неумытыми руками; ибо только душа человека оскверняется, когда он говорит, чего не должно. Этим Господь указывает на фарисеев, осквернявших себя своими завистливыми речами. Заметь Его премудрость: Он не дает правила вкушать пищу неумытыми руками и не запрещает, а научает совсем другому, именно: не выносить из сердца худых речей.
Тогда приступлше ученицы Его, реша Ему: веси ли, яко фарисее слышавше слово соблазнишася? Ученики говорят, что фарисеи соблазнились, но они и сами смутились. Это видно из того, что Петр подходит и спрашивает о сем. Итак, услышав, что фарисеи соблазнились, Иисус говорит:
Он же отвещав рече: всяк сад, егоже не насади Отец Мой небесный, изкоренится. Оставите их: вожди суть слепи слепцом: слепец же слепца аще водит, оба в яму впадут. Говорит об искоренении преданий старческих и заповедей иудейских, а не закона, как думают манихеи. Ибо закон есть насаждение Божие, а потому Христос не говорит, чтобы он искоренился. Корень его, то есть сокровенный дух остается, - опадают только листья, то есть видимая буква; и мы понимаем закон не по букве слова, а по духу. Поелику же фарисеи были безнадежны и неизлечимы (неисправимы); то Он и сказал: оставите их. Из этого научаемся, что, когда кто добровольно соблазняется и остается неизлечимым, для того это вредно, а нам не приносит вреда. Слепыми учителями слепых называет их Господь для того, чтоб отвлечь от них народ.
Отвещав же Петр рече Ему: скажи нам притчу сию. Петр знал, что закон запрещает употреблять в пищу все без разбора, но боясь сказать Иисусу: Твои слова - можно есть все и не оскверняться - противозаконны и соблазнительны, - показывает вид, что не понимает Его, и предлагает вопрос.
Иисус же рече (им): единаче ли и вы без разума есте? Не у ли разумеваете, яко всяко еже входит во уста, во чрево вмещается, и афедроном исходит? Исходящая же изоуст, от сердца исходят, и та сквернят человека. От сердца бо исходят помышления злая, убийства, прелюбодеяния, любодеяния, татьбы, лжесвидетельства, хулы. Сия суть сквернящая человека; а еже не умовенныма рукама ясти, не сквернит человека. Спаситель обличает учеников и укоряет за неразумие, или потому, что они соблазнялись, или потому, что не понимали того, что Он сказал. Итак Он говорит: неужели вы не поняли того, что для всех понятно и известно? Пища не остается внутри, но выходит, и потому нисколько не оскверняет души человека, так как не задерживается внутри; напротив помыслы рождаются и остаются внутри, а выходя наружу, производят неприличные действия и оскверняют ими внутреннего человека. Так блудный помысл, оставаясь в душе, сквернит человека, а переходя в дело, не только оскверняет его, но и доводит до погибели.
И изшед оттуду Иисус отьиде во страны Тирския и Сидонския. И се жена хананейска от предел тех изшедши, возопи к Нему, глаголющи: помилуй мя. Господи, Сыне Давидов, дщи моя зле беснуется. Он же не отвеща ей словесе. Для чего запретил ученикам идти на путь языков, а Сам идет в Тир и Сидон, города языческие? Знай, что не для проповедания пришел Он туда, потому что, как говорит Марк (7, 24), никого же хотяше, дабы его чул. А можно сказать и так: Он перешел к язычникам, поелику видел, что фарисеи не принимают учения Его о брашнах. - Почему хананеянка говорит: помилуй меня, а не дочь мою? Потому, что та была бесчувственна. Помилуй меня, она говорила, потому что я терплю и чувствую страдания дочери. И не говорит: приди и исцели, а только - помилуй. Но Господь не отвечает ей ни слова, не потому, чтоб презирал ее а потому, что желал показать, что пришел прежде для иудеев, дабы предотвратить клеветы их, и дабы в последствии они не сказали, что Он благодетельствовал язычникам, а не им. С тем вместе Он желал показать твердую веру сей женщины.
И приступлше ученицы Его, моляху Его, глаголюще: отпусти ю, яко вопиет в след нас. Он же отвещав рече: несмь послан, токмо ко овцам погибшым дому Исраилева. Ученики, соскуча воплем жены хананейской, просили Иисуса отпустить, то есть отослать ее. Это делали они не потому, что не чувствовали сожаления, но более потому, что хотели убедить Господа помиловать ее. Но Он сказал: Я послан только к иудеям, овцам погибшим от порочности тех, коим они вверены. А этим еще более обнаруживал веру сей женщины.
Она же пришедши, поклонися Ему, глаголющи: Господи, помози ми. Он же отвещав рече: несть добро отъяти хлеба чадом, и поврещи псом. Она же рече: ей Господи, ибо и пси ядят от крупиц, падающих от трапезы господей своих. Увидев, что Апостолы не имели успеха в своем ходатайстве, женщина снова и с жаром приступает к Иисусу и называет Его Господом. Когда же Христос назвал ее псом, так как язычники вели нечистую жизнь и осквернялись идольскою кровью, а иудеев назвал чадами, хотя они явились после чадами эхидниными; то она разумно и весьма мудро отвечает: хотя я и пес и недостойна принять хлеб, то есть какую либо силу благодати и особенное знамение, но не лиши меня сего; для Твоей силы это маловажно, а для меня весьма важно, - не лиши меня только крупиц, которые для ядущих хлеб не важны, а для псов важны, ибо они питаются ими.