Страница 30 из 56
Тогда отвещав Иисус рече ей: о жено, велия вера твоя; буди тебе, якоже хощеши. И исцеле дщи ея от того часа. Теперь Иисус открыл причину, по которой Он откладывал вначале исцеление. Именно, чтоб обнаружились вера и благоразумие этой жены, Он не тотчас согласился на ее прошение и даже отсылал ее, а теперь, когда открылась вера и мудрость жены, хвалил ее, говоря: велия вера твоя. Слова же: буди тебе якоже хощеши, показывают, что, если бы она не имела веры, то не получила бы просимого. И нам, если захотим, нет препятствия получить желаемое, когда имеем веру [6]. Приметь здесь, что хотя и святые просят за нас, как за эту женщину апостолы, но получаем наипаче тогда, когда сами за себя просим. - Эта хананеянка служит знаком церкви из язычников. Ибо и язычники, прежде отверженные, после привлечены в число сынов и удостоены хлеба, то есть тела Господня. Напротив иудеи, сделавшись псами, стали питаться крупицами, то есть малою и скудною пищею - буквою. Тир означает удержание, Сидон - ловцов, а Хананея - уготованную смирением. Итак язычники, кои прежде заражены были злобою и имели у себя ловцами душ демонов, приготовлены были смирением, тогда как праведные приготовились высотою царствия Божия.
И прешед оттуду Иисус, прииде на море галилейское; и возшед на гору, седе ту. И приступиша к Нему народи мнози, имуще с собою хромыя, слепыя, немыя, бедныя и ины многи, и привергоша их к ногама Иисусовыма; и исцели их. Якоже народом дивитися, видящым немыя глаголющя, бедныя здравы, хромыя ходящя, и слепыя видящя, и славляху Бога Исраилева. Он не живет постоянно в одной Иудее, но бывает и в Галилее, поелику в иудеях было мало веры, а галилеяне более были расположены веровать. И вот какова их вера: не смотря на хромоту и слепоту, они восходят на гору, и не ослабевают, но смело идут и повергаются к ногам Иисуса, считая Его более, чем за человека, почему и получают исцеление. Взойди и ты на гору добродетели и заповедей Христовых, где восседит Господь, - и слеп ли ты и не в состоянии сам собою видеть доброе, хром ли ты и не в состоянии придти к Нему, глух ли ты и нем, так что не способен ни слушать наставление от другого, ни сам наставлять других, или рука у тебя согнута, и ты не в силах протянуть ее для подаяния милостыни, или ты одержим какою либо другою болезнию, - припади к ногам Иисусовым, коснись следов Его жизни, и - получишь исцеление.
Иисус же призвав ученики Своя рече (им): милосердую о народе сем, яко уже дни три приседят Мне и не имут чесо ясти: и отпустити их не ядших не хощу, да не како ослабеют на пути. Народ хотя и алкал, но не смел просить хлеба, пришедши за исцелением, посему Он, по человеколюбию. Сам заботится о людях. А дабы кто не сказал, что они имеют при себе съестные припасы, Иисус говорит: они уже три дня при Мне, то есть если и были у них припасы, уже истрачены. Показывает и то, что они пришли издалека, когда говорит, да не како ослабеют на пути. Это говорит Он ученикам, дабы расположить их сказать Ему: Ты можешь напитать и этих людей, как насытил пять тысяч. Но ученики были еще неразумны.
И глаголаша Ему ученицы Его: откуду нам в пустыни хлеба толицы, яко да насытится толик народ? Им должно было помнить, что Иисус прежде напитал в пустыне большое число народа, но они были еще неразумны. Поэтому, когда после увидишь их исполненными столь великой мудрости, подивись божественной благодати.
И глагола им Иисус: колико хлебы имате? они же реша: седмь, и мало рыбиц. И повеле народом возлещи на земли. И прием седмь хлебы и рыбы, хвалу воздав преломи, и даде учеником Своим, ученицы же народом. И ядоша еси и насытишася, и взяша избытки укрух, седмь кошниц исполнь. Ядших же бяше четыре тысящи мужей, разве жен и детей. Чтоб научить всех смирению, повелевает народу возлечь на земле. А дабы научить, что прежде принятия пиши нужно благодарить Бога, Он Сам благодарит, преломляя хлеб.
А ты впрочем знай, что четыре тысячи, то есть четыре добродетели вполне имеющие, питаются семью хлебами, то есть семью совершенными дарами; ибо семеричное число хлебов есть символ семи духовных даров. Они возлежат на земле, то есть, кладут ниже себя всякое земное мудрование, презирают земные мечты. Равно и пять тысяч, возлегшие на траве, служат знамением того, что они попрали плоть и славу земную; ибо всякая плоть - трава, и всякая слава человеческая - цвет травный. Семь кошниц осталось, чего не могли съесть; ибо оно означало духовное и совершеннейшее. Оставшееся поместилось в семи кошницах, то есть известное одному Св. Духу: Дух бо вся испытует и глубины Божия (1 Кор. 2, 10).
И отпустив народы, влезе в корабль, и прииде в пределы магдалински. Иисус уходит, потому что ни одно чудо не приобретало Ему столько последователей, как умножение хлебов. По словам Иоанна, Его хотели в это время сделать даже царем. Посему, желая научить нас убегать тщеславия, Он удаляется.
ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ.
И приступиша к Нему фарисее и саддукее, искушающе просиша Его знамение с небесе показати им. Хотя фарисеи и саддукеи разнились друг от друга учением, однако на Христа замышляли за-одно. Они просили знамения с неба, например, чтобы остановить солнце или луну. Ибо думали, что знамения земные совершаются дьявольскою силою и веельзевулом, а не знали глупые, что Моисей в Египте совершил много знамений на земле, напротив огонь, сошедший с неба на скот и на детей Иова, был от диавола, - из чего видно, что не все, приходящее с неба, от Бога, равно и не все бывающее на земле - от бесов.
Он же отвещав рече им: вечеру бывшу, глаголете: ведро, чермнуетбося небо. И утру: днесь зима, чермнуетбося дряселуя небо. Лицемери, лице убо небесе умеете разсуждати, знамений же временем не можете (искусити). Обличает искусительный их вопрос, называя их лицемерами, и говорит: как из явлений на небе одно служит признаком ненастья, другое - ведра, и никто, видя признак ненастья, не ожидает ведра, и наоборот; так должно думать и обо Мне: иное время Моего настоящего пришествия, и иное - будущего. Теперь нужны земные знамения, а небесные хранятся к тому времени, когда солнце померкнет, луна помрачится, небо изменится и совершится многое другое.
Род лукав и прелюбодейный знамения ищет и знамение не дастся ему, токмо знамение Ионы пророка. И оставль их, отъиде. Он называет их родом лукавым, потому что искушают Его, прелюбодейным - потому что отступают от Бога и прилепляются к диаволу. Он не дает им знамения с неба, хотя они и просят о том, но дает только знамение Ионы, то есть то, что, будучи три дня во чреве великого кита - ада. Он воскреснет. А сие знамение ты можешь назвать и небесным, поелику при смерти Его помрачилось солнце и вся тварь изменилась. Заметь выражение: знамение не дастся ему, токмо знамение Ионы пророка. Ибо знамения доселе давались им, то есть ради их, хотя они и не веровали. Посему-то оставив их, как неизлечимых, Он уходит.
И прешедше ученицы Его на онпол, забыша хлебы взяти. Иисус же рече им: внемлите и блюдитеся от кваса фарисейски и саддукейска. Как закваска бывает кисла и стара, так и учение фарисейское и саддукейское, проникнутое, как бы, кислотою и вводившее древние предания старцев, заражало души слушавших. И как квас состоит из смешения воды и муки, так и учение фарисейское состояло из слова и жизни растленной. Не сказал же им прямо: блюдитесь от учения, для того, чтоб напомнить им (прежние) чудеса над хлебами.
Они же помышляху в себе, глаголюще, яко хлебы не взяхом. Разумев же Иисус, рече им: что мыслите в себе, маловери, яко хлебы не взясте? Не у ли разумеете, ниже помните пять хлебы пятим тысящам, и колико кош взясте? Ни ли седмь хлебы четырем тысящам, и колико кошниц взясте? Како не разумеете, яко не о хлебе рех вам внимати, (но) от кваса фарисейска и саддукейска? Тогда разумеша, яко не рече хранитися от кваса хлебнаго, но от учения фарисейска и саддукейска. Они думали, что Он внушает им остерегаться осквернения пищею иудейскою, почему и говорили между собою о том, что не взяли хлебов. Иисус укоряет их за это, как неразумных и маловерных. И они действительно показывали неразумие, потому что не вспомнили, как немногими хлебами Он питал многих, - и маловерие, поелику не верили, что хотя они не купили хлебов у иудеев, Он мог напитать их. Когда же Иисус с силою обличил их, то они тотчас поняли, что Он квасом назвал учение. Так не везде уместна бывает кротость и много силы имеет благоразумное обличение.