Страница 19 из 40
Преимущественная "внешнесть" аспектов, подлежащих симметрии, наталкивает на мысль, не являлась ли одной из главных целей автора симметричности организмов - миловидность для глаз?
Распределение симметричности "по аспектам" (выборочность аспектов, подлежащих симметрии)
составляло для автора организмов отдельную конструкторскую задачу.
Тяжело представить себе слепые мутации в роли такого автора.
Кровеносная система Возьмем еще кровеносную систему. От сердца идут длинные ветви сосудов.
Общая длина их в одном человеке почти втрое превышает периметр земного шара.
Артерии уносят от сердца свежую, обогащенную кровь, вены приносят обедненную.
Ни один насос не способен прокачивать ежесекундно 60‑90 мл жидкости через настолько развитую сетку сосудов.
- А этого и не требуется из-за особого строения системы: сердце создает небольшую разность давления между артериями и венами, а капилляры, располагающиеся между ними, благодаря капиллярному эффекту (
диаметр которых несколько микрометров), сами берут необходимое количество артериальной крови и сами передают ее к венам.
Капиллярные стенки прозрачны, так что каждая клеточка всегда имеет неограниченный резервуар питательных веществ.
Проложить к каждому участку тела свой акведук - неужели это работа мутаций?
А ведь нужно еще регулировать сосудистое давление!.. (Наиболее ярко важность регулировки давления видна в случае жирафа: если бы не мгновенное срабатывание системы клапанов, кровь просто разорвала бы жирафу голову при резком опускании головы.)
Нервная система А такая вещь, как нервная система, мозг - неужели это тоже продукт мутаций?
Тогда значит и сознание - продукт мутаций? Еще Зенон Элейский (490-430 до н.э.)
и Демокрит (460-371 до н.э.) принципиально разграничивали чувственное и рассудочное (
аналитическое). Все же, вопреки имеющейся принципиальной разнице, природа их сходна, поскольку аналитическое в глубине напоминает своего рода чувственное.
Сознание базируется, с одной стороны, на системах чувствования и, как их следствие, эмоциях.
С другой стороны, оно опирается на внутреннее "видение" (анализ, синтез, наблюдение, абстрагирование, распознавание категорий, идентификация отношений и т.п.)
, которое также можно назвать своеобразным чувством: мы ощущаем, что один предмет больше другого, что одно качество/мера выше другого и т.п.
Умственное и чувственное тесно переплетены в сознании. Даже интуиция - разве это тоже не своеобразное чувство, не распознавание/чувствование наиболее глубинных принципов и (мета)
образов? Сознание является единым целым, оно есть приемником, настроенным на детектирование/распознавание всех моментов действительности, на распознавание действительности как целого. (
Единое целое, настроенное на распознавание единого целого.)
Одни участки сознания распознают более грубые моменты ("знаки")
действительности, другие - более тонкие. Причем, высшие каскады принимают на вход "первично-обработанные знаки" со выхода предыдущих (
низших) каскадов, вырабатывая более сложные "(мета)знаки", так что имеется распределение образов/знаков на "внешние" и "внутренние" (
по источнику происхождения). Чувствование примитивных "образов", как, например, теплое/холодное, и "чувствование" высочайших абстракций, как, например, справедливое/несправедливое, принципиально подобны.
Разделение единого целого на чувственное, рассудочное и интуитивное весьма условно.
Разумеется, "аналитическое чувство" не является обычным чувством.
При "видении" сознание оперирует образами и ситуациями [Ситуация - совокупность образов и связей/отношений между ними], - и решение вырабатывается тоже в виде образа или ситуации.
Если бит является единицей "компьютерной/технической" информации, то единицей "природной" информации является элементарный образ/знак, минимальная единица "ситуационной информативности".
Аналитическая часть мозга и компьютер во многом подобны между собой.
Различие между ними состоит в кардинальном отличии основополагающих механизмов и алгоритмов.
Мозг обрабатывает "за один такт" несколько образов, целую ситуацию, а компьютер - всего несколько бит, пару чисел [Проф. И.И.
Клетченков, частный разговор (1995)]. С компьютером все значительно примитивнее, чем могло казаться: элементная база арифметико-логического блока микропроцессора может состоять всего из двух функциональных элементов "и-нет" / "или-нет", а все операции над числами - сведены к операциям логического сложения, логического вычитания и инверсии.
В случае же мозга, аналитические процессы так тонко спрятаны и настолько далеки от всего известного, что даже подступиться к себе не дают.
Как происходит оперирование образами и как "само собой" вырабатывается решение ситуаций - это большая тайна, сверхсложный алгоритм.
Психика и сознание - целая отдельная Вселенная с психическими состояниями, категориями, понятиями, желаниями, целями и идеями.
Что такое Я? Кто когда-либо видел собственное Я? Как его себе вообразить?
Трудность для нашего сознания вопроса о "форме" и "местонахождении" самого себя является огромным парадоксом, свидетельствующим о чрезвычайной сложности устройства.
И очевидно, - неслучайного устройства. А что такое сон? Существенного прогресса в подобных размышлениях не видно.
- Так сложны мозговые процессы! Психологи с нейрофизиологами топчутся на месте в понимании "механизма чувствования", равно как физики - в понимании "структуры поля". (
Можно лишь посочувствовать, ведь это наифундаментальнейшие вещи в соответствующих областях.)
- Настолько сложным есть устройство человеческого интеллекта!
То, что животные имеют меньший мозг, не означает слабость их мозга.
Просто у каждого своя специализация. Щука -высококлассный специалист по карасям, а зайцы - мастера экстра класса по бегу на пересеченной местности. Паук (
можно ли разглядеть его крохотный мозг?) очень хорошо умеет плести паутину и дежурить на ней.
А для описания коллективно-координированных умений пчел и муравьев просто не хватает тут места.
Полноценного понятийного мышления животные не имеют, но они способны ко всем другим типам мышления: "И чувственно-образное, и техническое мышление, очевидно имеются и у высших животных (
обезьян, собак, котов, дельфинов и т.п.). Доказано, что высшие животные пользуются всеми известными обычной (
то есть формальной) логике методами - дедукцией, индукцией, синтезом, анализом, экспериментом, абстрагированием и т.п.
- вплоть до образования родовых понятий, то есть всеми теми методами, которыми используется человек.
" [Енгельс Ф. ДЁалектика природи. - К., 1977. - С. 201-202, как перефразировано в: Кочерган М.П.
Загальне мовознавство. - К.: АкадемЁя, 1999. - С. 39-40] Все животные рождаются чему-то "наученными" или готовыми к успешному овладению определенной "наукой".
Они все много чего знают и умеют. Но - только то, что им предназначено.
Обезьяна, к примеру, никогда не заговорит, поскольку ей не дано соответствующего речевого участка мозга.
Она может понять внешнее слово (иногда даже предложение), но сама не сможет составить предложение - ей недосягаемы понятия синтаксис и грамматика.
То же и с "речью" попугая. Неужели сложность мозга есть продуктом мутаций?
А кровеносной и нервной системами далеко не исчерпывается перечень систем организма.
И все они работают очень слаженно: та же кровеносная система тесно сотрудничает с дыхательной, эндокринной, лимфатической, пищеварительной и, конечно, нервной системами.
Примечание: Лимфатические сосуды собирают "лишнюю" кровяную сыворотку и пульсациями направляют ее к венам.
У многих животных есть специальные лимфатические сердца.
Попытки согласовать дарвинизм с данными палеонтологии Теория Дарвина является теорией постепенности, градуализмом.
Градуализм постулирует накопление многих сравнительно маленьких телесных изменений таким образом, что в результате получается новая полезная структура (
орган или система). Градуализм - это гипотеза постепенности развития новых структур небольшими шагами.
Тем не менее, учитывая чрезвычайную ограниченность коллекции вымерших видов, которые можно было бы рассматривать как промежуточные межвидовые звенья, многим палеонтологам 1950х-60х годов стало ясно, что градуализм исчерпал себя как не подтверждающийся фактами.