Страница 9 из 30
И тут все создание — подчеркивается, что вся црирода на небе и на земле, то есть весь космос воспевает уже славу и Богу, и Агнцу, сидящему, на престоле, «и Агнцу благословение и честь, и слава и держава во веки веков». .
Тот, кто был Человеком, Тот, Кто был заклан, становится теперь одесную Бога. Иисус как Бог всегда находится в Троице, а как Богочеловек Он поднимается с земли — в этом тайна Вознесения — и входит в божественный мир. После этого идет раскрытие печатей, раскрытие тайны катастроф, которые предшествуют явлению Христа в силе и славе.
Число четыре — в том случае, когда говорится о четырех животных, — всегда в древности обозначало мировой круг, четыре страны света, полноту такого рода. И когда спрашивали — почему Евангелий четыре, то ранние христианские писатели отвечали: потому что четыре страны света. Многим этот ответ казался странным, но на самом деле это означало символическую полноту, как и квадратный Иерусалим в видении Иезекииля, как четверо ворот; это был такой вселенский, всемирный знак, произошло параллельное развитие, и вот было выбрано четыре Евангелия и четыре животных. Их изображали когда–то отдельно; четыре животных, четыре херувима, изображались в ранних христианских храмах, а уже потом — евангелисты, а потом они как–то слились. По поводу этого уже есть последующие толкования, но чисто произвольные, которые каждый может придумать.
Обычные традиционные толкования сводятся к тому, что евангелист Матфей символизируется человеком, потому что он начинает с человеческой родословной Христа. Евангелист Марк изображается со львом, потому что он начинает с описания пустыни и Крестителя. Евангелист Лука — с тельцом, потому что он начинает с описания жертвоприношения в храме, совершаемого Захарией. А апостол Иоанн, как орел, возносится в горние сферы. Это было принято в средние века, но на самом деле не имеет значения.
Как же быть с теми тварями, которые обладают вечной жизнью — с ангелами, с небесными силами, херувимами и т. д. и с душами в том числе? В какой мере они причастны к вечности или, приобщившись вечности, они должны потерять что–то от своей тварности, но во всех случаях они остаются тварями? Помните слова Спасителя: «Ангелы небесные не знают, когда будет день и час. — И Сын Человеческий не знает…»
Он не получил силу и славу, пока Он не поднялся туда, Он Себя умалил, и поэтому Он не мог стоять вне времени. Значит, и ангелы тоже как–то по–своему зависят от времени, они, может быть, более свободны от него, чем мы, но по–настоящему, полностью выйти из него, очевидно, они не могут.А в будущем, как и сказано, времени уже не будет, но до этого мы еще не дошли. А пока все пребывают во времени, и души тоже, недаром у нас отмечается сорок дней после кончины.
6
1 И я видел, что Агнец снял первую из семи печатей, и я услышал одно из четырех животных, говорящее как бы громовым голосом: иди и смотри. 2 Я взглянул, и вот, конь белый, и на нем всадник, имеющий лук, и дан был ему венец; и вышел он как победоносный, и чтобы победить.
3 И когда он снял вторую печать, я слышал второе животное, говорящее: иди и смотри. 4 И вышел другой конь, рыжий; и сидящему на нем дано взять мир с земли, и чтобы убивали друг друга; и дан ему большой меч.
5 И когда Он снял третью печать, я слышал третье животное, говорящее: иди и смотри. Я взглянул, и вот, конь вороной, и на нем всадник, имеющий меру в руке своей. 6 И слышал я голос посреди четырех животных, говорящий: хиникс пшеницы за динарий, и три хиникса ячменя за динарий; елея же и вина не повреждай.
7 И когда Он снял четвертую печать, я слышал голос четвертого животного, говорящий: иди и смотри. 8 И я взглянул, и вот, конь бледный, и на нем всадник, которому имя «смерть»; и ад следовал за ним; и дана ему власть над четвертою частью земли — умерщвлять мечом и голодом, и мором и зверями земными.
9 И когда Он снял пятую печать, я увидел под жертвенником души убиенных за слово Божие и за свидетельство, которое они имели. 10 И возопили они громким голосом, говоря: доколе, Владыка Святый и Истинный, не судишь и не мстишь живущим на земле за кровь нашу? 11 И даны были каждому из них одежды белые, и сказано им, чтобы они успокоились еще на малое время, пока и сотрудники их и братья их, которые будут убиты, как и они, дополнят число.
12 И когда Он снял шестую печать, я взглянул, и вот, произошло великое землетрясение, и солнце стало мрачно как власяница, и луна сделалась как кровь. 13 И звезды небесные пали на землю, как смоковница, потрясаемая сильным ветром, роняет незрелые смоквы свои. 14 И небо скрылось, свившись как свиток; и всякая гора и остров двинулись с мест своих. 15 И цари земные, и вельможи, и богатые, и тысяченачальники, и сильные, и всякий раб, и всякий свободный скрылись в пещеры и в ущелья гор, 16 и говорят горам и камням: падите на нас и сокройте нас от лица Сидящего на престоле и от гнева Агнца; 17 ибо пришел великий день гнева Его, и кто может устоять?
Комментарий
Откр. 6. Агнец Божий, Который является перед престолом небесным, снимает печати с книги таинств, с книги, в которой записаны будущие судьбы Церкви мира, полные борьбы, катастроф, испытаний и страданий, изображаемых в видении снятия семи печатей. Надо сказать, что апостол Иоанн употребляет число семь в тексте всего Апокалипсиса. Мы уже встречали послания к семи церквам, далее пойдут семь печатей, семь трубных звуков, семь гласов с неба, семь видений. Апокалипсис можно разделить условно на семь больших семерок, потому что он говорит об исполнении времен, о полноте, о том, что будет, когда завершится история мира.
Откр. 6, 1–8. Первые четыре печати, четыре всадника. Уже в книге пророка Исайи мы видим образы всадников–носителей бича Божия, грозы Божией. Всадники–посланники судеб Божиих изображались также в книге пророка Захарии. Кто же эти четыре всадника в Апокалипсисе? Это изображение тех катастроф, которые постигнут мир, самых трудных, переходных, критических эпох.
Первый конь — это Империя. В данном случае — это Римская империя, потому что это конь белый, торжествующий, всадник победоносный, с луком; он впереди. Во времена апостола Иоанна Римская империя объединяла мир. И каждый раз, когда появлялись империи, для церкви наступало тяжелое и трудное время. Второй всадник — рыжий конь — это война. Попытка насильственно объединить людей вместе приводит к нескончаемым войнам и взаимным убийствам.
Третья печать, третий всадник — это голод. Конь вороной, всадник, имеющий меру, то есть весы. «И слышал я голос… — хиникс пшеницы за динарий». В те времена, когда жил апостол Иоанн, повсюду начался массовый голод, больше того — за динарий можно было купить лишь горсточку пшеницы или ячменя. Между тем виноградинки давали огромный урожай, кладовые были полны сосудов с вином, повальное пьянство буйствовало в странах, где голод терзал людей. А в девяностые годы, в то время, когда, как полагают, писался Апокалипсис, император даже издал указ вырубать виноградники, потому что люди, вместо того, чтоб сеять пшеницу, сажали виноград. Вина и елея, то есть того, что не необходимо, без чего люди могут обойтись, — этого было достаточно, как иногда у нас бывает — стоит на прилавках вино, а необходимого нет. И вот здесь именно то самое — нет самого важного — хлеба, ячменя и пшеницы, а вино и елей есть.
Наконец, последние, завершающие в этом страшном шествии — два демона. В ханаанском пантеоне было два страшных божества, имена которых по–русски значат — Преисподняя и Смерть. Впоследствии в ветхозаветной терминологии так называли демонов смерти, и здесь апостол снова возвращает нас к этим образам: всадник на бледном коне, бледном, подобно умершему человеку. Его имя Мот, по–гречески смерть, и ад следовал за ним; за ним следовал Шивон, и они пришли получить власть над четвертой частью земли. Во все подобные периоды мы видим, какие катастрофические последствия влекут за собой насилие, война и отвращение человека от Бога.
Но в чем же дело? Что произошло в то время, когда писал апостол? Об этом нам говорит снятие пятой печати. «И когда Он снял пятую печать, я увидел под жертвенником души убиенных за слово Божие»…
(Откр. 6, 9–II). Вопль крови — это древний образ. Уже в книге Бытия, когда Авель был убит Каином, Господь говорит: «Кровь вопиет к небу». Значит, есть какой–то таинственный закон в мире, который греки называют законом Дикэ, который индийцы называют законом кармы, который мы называем законом воздаяния. Зло не может остаться неотомщенным, оно обязательно где–то — в том или этом мире — каким–то образом должно уравновеситься, о чем и говорят библейские слова «голос крови брата твоего вопиет ко Мне от земли». Она требует возмездия, а здесь не просто кровь — здесь души убиенных за слово Божие.