Страница 31 из 121
, собираются вне сосудов, образуя здесь своей последовательной эмиграцией скопление гноя. Они таким образом оставили капилляры, чтобы прийти на помощь организму, которому угрожают опасные паразиты, и уничтожить их.
Это, несомненно, одно из самых замечательных явлений жизни, это усилие белых клеток мобилизироваться в целую армию, чтобы помочь атакованному организму. Едва только появится сигнал, как они спешат на поле сражения, и между враждебным паразитом и этими защитниками, нормально живущими в крови, загорается борьба.
Но изучить механизм выделения белых шариков было недостаточно, старались проникнуть в его причину, отсюда возник еще целый ряд в высшей степени интересных исследований, имевших исходным пунктом прекрасное наблюдение Leber'а (1888).
Он действительно установил, что некоторые вещества привлекают лейкоциты, другие химические агенты остаются к ним индифферентны.
В настоящее время этот факт прекрасно изучен. Экспериментами над различными микробами и веществами установлено, что отношение лейкоцитов различно. Из всех веществ, действующих притягательным образом на лейкоциты, наиболее активными являются те, которые извлекаются из питательного бульона для микробных культур.
Но не только микробы и их яды производят гной. На самом деле удалось доказать, что для образования гноя, т.е. для выделения белых кровяных шариков присутствие микробов не безусловно необходимо. Хотя чаще всего в гное находят именно гноеродных микробов, можно однако экспериментально доказать образование асептического гноя, т.е. гноя, не содержащего микробов, впрыскивая, например, ртуть, терпентинное масло и др.
вещества, которые при полной асепсии имеют способность раздражать лейкоциты.
Происходит, таким образом, удивительный факт, что в крови высших существ живут одноклеточные организмы, независимые от нервной системы, свободно плавающие в кровяной жидкости. Эти образования, которые можно было бы назвать нормальными паразитами крови, одарены замечательной чувствительностью к химическим раздражениям; как только в организме появится какое-либо химическое вещество, производящее разрушение или раздражение, тотчас целая армия лейкоцитов появляется, чтобы поглотить его, и так как вещества, фабрикуемые микробами, являются самыми могучими раздражителями этой химической чувствительности лейкоцитов, то отсюда следует, что последняя имеет способность направлять их деятельность на разрушение микробов.
Можно обобщить и объяснить химическою чувствительностью лейкоцитов одно общее явление при пищеварении. В самом деле, кажется, что усвоение жировых веществ зависит от деятельности лейкоцитов в кишечнике; проникая в кишечную трубку, они поглощают плотные частички пищевой смеси, затем со своею добычей возвращаются в лимфатическую систему, чтобы доставить крови жиры, которые они отыскали посреди растворенных питательных веществ.
Итак, живые клетки, лейкоциты и другие, одарены тонкой чувствительностью и способны на расстоянии подвергаться влиянию самых разнообразных химических веществ, подобно тому как высшие организмы, благодаря своим органам чувств, могут обнаруживать по отношению к различным предметам, их окружающим, явления притяжения или отталкивания. (Сост. по кн.: Шарль Ришэ. Самозащита организма. Спб., 1895 г.) d) Внешние яды
Как ни трудно дать определение слову "яд", однако можно согласиться, что яд - это всякое вещество, которое, благодаря своим химическим свойствам, действует гибельным образом на организм.
Существуют яды внешние и внутренние, т.е. вещества, поступающие извне или образующиеся внутри, так как и нормальное течение жизненных процессов в наших тканях влечет за собою выработку таких химических веществ, которые без опасности для организма не могли бы в нем накопляться.
Сначала займемся исследованием способов защиты организма против ядов, поступающих извне. Как по отношению к травме, так и относительно ядов существует предохранительное средство самозащиты. Подобно страху и боли, оно представляет психическую функцию и проявляется в виде чувства отвращения.
Так как яды не могут проникнуть через неповрежденную кожу, то для них остаются только дыхательные или пищеварительные пути; жидкие и твердые вещества поступают через пищевые пути, газообразные через дыхательные; вследствие того что большинство ядов тверды или жидки, а не газообразны, то, конечно, они чаще всего проникают в организм при посредстве пищевых путей.
Именно у входа пищеварительного аппарата и расположена защита, чтобы помешать опасной случайности смешения ядовитого вещества с пищею.
На этом именно месте должен был бы находиться чувствительный орган, способный заставлять нас чувствовать удовольствие от полезных веществ и неприятные ощущения при поступлении вредных. Предположим, например, что никакой инстинкт не предупреждает нас против опасности от ядовитых растений, или загнивших жидкостей, - тогда нельзя было бы отличить вредного растения от годного в пищу.
Отвращение или отталкивающий вкус вызывает состояние сознания, чрезвычайно напоминающее чувство боли.
Это действительно боль, но совершенно специфическая, вызывающая слюнотечение, тошноту и все главные рефлексы, сопровождающие довольно сильные боли. Когда отвращение выражено резко, то является полная невозможность глотания и, следовательно, отравления. Непреодолимое сокращение глотки и повторные, непобедимые приступы рвоты абсолютно мешают проглотить ядовитое вещество.
Таким образом, травоядное животное не отравляется на пашне, на которой произрастают и ядовитые растения; оно остерегается есть травы, плоды и растения, содержащие яд, и чтобы различить их, оно не нуждается в предварительном опыте; для распознавания полезного от вредного достаточно одного инстинкта.
Микробы невидимы, и, конечно, предварительная защита возможна только против вырабатываемых ими токсинов. Иначе говоря, если мы безоружны против микробов, ускользающих от наших чувств, то, благодаря вкусу или запаху (наприм., при гниении), мы можем бороться с их ядами, а следовательно, и с ними.
Наши ощущения зависят от потребностей нашего организма; вкус и обоняние внушают нам чувства отвращения или удовольствия, сообразно с опасностью или полезностью вещества.
Боль и рвота являются вторыми средствами самозащиты.
Если, в самом деле, яд почему-либо, несмотря на свой горький вкус, миновал глотку и проник в желудок, то он должен быть удален из пищеварительного аппарата; это происходит при посредстве рвоты.
Рвота является первым симптомом всякого отравления; это, очевидно, указывает на то, что природа искала средства против наиболее частого случая введения яда в смеси с пищею.
Если, несмотря на все предварительные усилия, яд миновал желудок и поступил в кишечник, он встречается там с органом весьма чувствительным и делающим большое усилие, чтобы освободиться от яда; желудок производит рвоту, кишечник - обильное отделение, чтобы одновременно разжидить яд, скопившийся в его полости, и облегчить его удаление посредством обильного поноса.
Таким образом, действительно, большинство неорганических ядов - и слабительные и рвотные одновременно.
Вот, приблизительно, способы защиты живых существ против ядов, введенных с пищей. Эти яды, быть может, не самые опасные; напротив, мы принуждены думать, что наиболее опасными ядами являются те, которые образуются при размножении в крови инфекционных микробов. В самом деле, удивительный опыт Пастера относительно куриной холеры показал нам, что симптомы микробной болезни могут быть вызваны не только самим микробом, но и химическими продуктами их жизнедеятельности.
Все последние исследования подтвердили этот великий принцип, по которому микроб вызывает смерть посредством отравления теми химическими ядами, которые он сам производит. Таким образом, микробные болезни - несомненные отравления. Яд не вводится с пищей, а фабрикуется внутри организма микробами, и токсичность некоторых из этих веществ гораздо выше многих известных ядов.
Против этих ужасных микробных ядов организм не беззащитен и обладает специальной реакцией: это лихорадка. Замечательно, что при минеральных отравлениях нет лихорадки, в то время как при микробных инфекциях она - неминуема.
Благодаря такому повышению температуры, организм может более активно защищаться против микробов, ослаблять и задерживать их развитие и поэтому легче излечиться.
Против ядов организм защищается еще и другим путем. Дело идет о замечательном свойстве крови вырабатывать антитоксины, нейтрализующие микробные яды. Наукой доказано, что кровь привитых животных, вспрыснутая восприимчивым животным, задерживает развитие болезни. Гг. Roux и Vaillard, Behring и Kitasato, Cattani и Tizzoni провели превосходные эксперименты и доказали следующих 3 существенных факта: 1)