ДОБРОТОЛЮБИЕ

169.

Ибо в какой мере сердце перестает тревожиться внешними предметами, в такой же ум может от уразумения мыслей и дел Божественных доходить до постижения и изумления. Ибо душе обычно скоро заменят одну беседу другою, если постараемся показать малую рачителность.

170. Чтобы заменить одно собеседование другим (суетное, — душеспасительным), занимайся чтением Писания и житиями Святых. И когда станешь на молитву и на правило свое, то вместо размышления о том, что видел и слышал в мире, найдешь в себе размышление о Божественных Писаниях, какия прочел, и сим размышлением приведется в забвение, что памятовал о мирском; а таким образом приходит ум в чистоту. И сие значит написанное, — что чтение помогает душе, когда станет на молитву; и также: душа молитвою просвещается в чтении. И чтение опять, вместо внешней примеси, доставляет пищу разным видам молитвы, а потому чтением душа просвещается, чтобы всегда молиться неленостно и несмущенно.

171. Плотолюбцам и чревоугодникам входить в изследование предметов духовных также не прилично, как и блуднице разглагольствовать о целомудрии.

Тело крайне болезненное не терпит тучнаго в снедях: и ум, занятый мирским, не может приблизиться к изследованию Божественнаго.

Огонь не возгарается в сырых дровах: и Божественная горячность не возжигается в сердце любящем покой.

Как тот, кто не видит своими глазами солнца, не может кому либо списать его света по одному слуху, даже и не ощущает сего света: так и не вкусивший душею своею сладости духовных дел.

172. Если имеешь что лишнее для дневной потребности, раздай то нищим, и иди с дерзновением приносить молитвы свои, т. — е. беседуй с Богом, как сын с Отцем.

Ничто не может так приблизить сердце к Богу, как милостыня; и ничто не производит в душе такой тишины, как произвольная нищета.

Когда подаешь, подавай с великодушием, с ласковостию на лице, и снабди в большей мере, нежели сколько просят.

Не старайся распознать достойнаго от недостойнаго; пусть все люди будут у тебя равны для добраго дела. Ибо сим способом можешь и недостойных привлечь к добру, потому что душа посредством телеснаго скоро привлекается в страх Божий.

173. Очисти келлию свою от излишеств, потому что сие поведет тебя к воздержанию, хотя бы ты и не хотел. Скудость во всем учит человека воздержанию.

Одержавшие победу в брани внешней, — разумею брань, воздвигаемую на душу чувствами, — слухом, зрением и проч., — могут не бояться и брани внутренней.

Когда человек затворит врата градския, т. — е. чувства; тогда ратует внутри, и не боится злоумышляющих вне града.

Блажен, кто, зная это, не тревожит себя множеством дел, но всю телесную деятельность свою обратил на молитвенный труд.

174. В то время, как Бог внутренно приводит сердце твое в умиление, непрестанно твори поклоны и коленопреклонения.

Не попускай сердцу своему заботиться о чем–нибудь, если, в это время, демоны начнут убеждать тебя заняться другими делами, и тогда смотри, и дивись, что произойдет у тебя из этого.

Ничто другое в подвижнических борениях не бывает так важно и трудно, и не возбуждает такой зависти в бесах, как если повергает кто себя пред крестом Христовым, молясь день и ночь, и бывает как бы с связанными назади руками.

Хочешь ли не охладеть в своей горячности, и не обнищать слезами, займись этим, и блажен ты, если о сказанном тебе будешь заботиться день и ночь, и не станешь домогаться ничего другаго.

Если не будешь подвизаться, то не обретешь, и если не будешь с горячностию ударять в двери и непрестанно пребывать при них в бдении, то не будешь услышан.

175. Пока внешний человек не умрет для всего мирскаго, не только для греха, но и для всякаго делания, и также и внутренний человек — для лукавых мыслей, и неизнеможет естественное движение тела до того, чтобы не возбуждалась в сердце греховная сладость, дотоле и сладость Духа Божия не возбудится в человеке, члены его не приимут чистоты в жизни сей, Божественныя мысли не войдут в душу его и пребудут неощутимыми и незримыми. — И пока человек в сердце своем не приведет в бездействие попечения о житейском, кроме необходимых потребностей естества, и не предоставит заботиться о сем Богу; дотоле не возбудится в нем духовное упоение.

176. Кто с убеждением и чувством держит в уме, к какому равенству ведет общий всех конец, тот для отречения от житейскаго не имеет нужды в ином Учителе.

Кто не удаляется добровольно от причин страстей, тот невольно увлекается в грех. Причины же греха суть следующия: вино, женщины, богатство, телесное здравие; впрочем не потому, что это суть грехи по самому естеству, но потому, что природа удобно склоняется сим в греховныя страсти, и поэтому человек должен тщательно остерагаться сего.

Людям гнусна нищета, а Богу гораздо более гнусны душа высокосердная и ум парящий. У людей почетно богатство; а у Бога досточестна душа смиренная.

177. Если хочешь положить начало доброму деланию; приуготовься сперва к постигающим тебя искушениям. Ибо у врага в обычае, — когда увидит, что с горячею верою начал кто либо доброе житие, — встречать его разными страшными искушениями, чтобы пришедши от сего в страх, охладел он в добром произволении, и не имел бы уже горячности приближаться к Богоугодному деланию. Потому уготовься мужественно встретить искушения, какия насылаются на добродетели, и потом уже начинай их делание.

178. Заповеди Божии выше всех сокровищ мира. Кто стяжал их, тот внутри себя обретает Бога.

Кто упокоевается всегда в Божием попечении, тот Бога обрел домоприставником.

Кто вожделевает исполнения воли Божией, тот небесных Ангелов будет иметь путеводителями.

Кто боится грехов, тот безпреткновенно совершит страшное шествие, и во время мрака пред собою и внутри себя обретет свет.

Стопы боящагося грехов охраняет Господь, и во время поползновения предваряет его милость Божия.

Кто прегрешения свои почитает малыми, тот впадает в худшее прежняго и несет седмикратное наказание.

179. В смирении посевай милостыню, и пожнешь милость на суде.

Чем погубил ты доброе, тем снова приобретай оное. Погубил ты целомудрие; Бог не приимет от тебя милостыни, если пребываешь в блуде; потому что хочет от тебя святыни тела.

И всякий недуг врачуется свойственными ему лекарствами. Ты побежден завистию; для чего усиливаешься бороться со сном (а не против зависти)?

180. Пока проступок еще мал и не созрел, истреби его, прежде нежели пустил он ветви в ширину и стал созревать. Не предавайся нерадению, пока недостаток кажется тебе малым; потому что впоследствии найдешь в нем безчеловечнаго властелина и побежишь пред ним, как раб, узник. А кто в начале противоборствует страсти, тот вскоре возгосподствует над нею.

181. Кто может с радостию перенести обиду, даже имея в руках средство отразить ее, тот приял утешение от Бога по вере в Него. И кто со смиренномудрием терпит взводимыя на него обвинения, тот достиг совершенства, и ему удивляются Святые Ангелы. Ибо никакая иная добродетель не будет столько высока и неудобоисполнима.

182. Не верь себе, чтобы ты силен, пока не будешь искушен, — и найдешь себя неизменным.

Не полагайся на силу свою, чтобы не попущено было тебе пасть по немощи; и тогда по собственному своему падению дознаешь немощь свою.

Не доверяй своему знанию, чтобы враг, вошедши в посредство, не уловил тебя своею хитростию.

Не хвались никогда в речах своих делами своими, чтобы не быть постыжденным.

Во всем, чем ни хвалится человек. Бог попускает ему изменяться, чтобы он был уничижен, и научился смирению.

183. Возводи непрестанно око свое к Богу; потому что Покров и Промысл Божий объемлет всех людей, но Он невидим, а открывается разве только очистившим себя от грехов, и помышляющим всегда о Боге, и притом о Нем едином. Преимущественно же открывается им Промысл Божий, когда ради Бога входят они в искушение. Ибо тогда ощущают они Промысл Божий, как бы усматривая Его телесными очами, сообразно с мерою и причиною искушения, какое постигает каждаго из них, чтобы подвижников сих возбудить к мужеству, как было с Иаковом, Иисусом Навином, тремя отроками, Петром и прочими Святыми, которым Промысл являлся в человеческом некоем виде, ободряя и утверждая их в благочестии.