ДОБРОТОЛЮБИЕ

20) Желающий получить царское благоволение, троякий употребляет к тому способ: или (приличными) словами умоляет его (царя), или молча стоит пред ним (в умоляющем положении), или повергает себя к ногам его, единаго могущаго помочь ему. И чистая молитва, соединив в себе ум, слово (внутреннее) и дух (сердце), словом имя Божие призывает, умом воззревает без парения к призываемому Богу, духом (сердцем) являет сокрушение, смирение, любовь — и таким образом преклоняет к себе безначальную Троицу, Отца, и Сына, и Святаго Духа, ЕдинагоБога.

21) Как разнообразие явств возбуждает желание ко вкушению их, так разныя виды добродетелей (духовных совершенств) пробуждают ревность ума (к стяжанию их). Почему шествуя мысленным путем, повторяй слова молитвы и беседуй к Господу, непрестанно вопия и не унывая: неотступно молись, подражая безстудию вдовицы, склонившей на милость неумолимаго судию. Тогда (это будет значить, что) ты духом ходишь, похотям плотским не внимаешь и мирскими помыслами не пресекаешь непрерывность молитвы, но бываешь храмом Божиим, в коем неразвлеченно воспевается Бог. Так проходя мысленную молитву, сподобишься ты наконец достигнуть непрестаннаго памятования о Боге, войти в недоступныя сокровенности ума и в таинственных созерцаниях зреть Невидимаго, един Единому уединенно служа Богу, в разумных одному тебе излияниях любви.

22) Когда увидишь, что начинаешь ослабевать в молитве, возьми книгу, и внимая читаемому усвояй смысл того; но пробегай слова будто мимоходом, но разсматривая их с разсуждением (доискиваясь смысла), слагай познанное в уме, как в сокровищницу. — Потом начинай разсуждать о прочитанном, так чтоб усладилось сердце твое уразумением того, и читаемое оставалось незабвенным. От этого возгорится в тебе теплота при размышлении о Божественных вещах, как говорит св. Давид: в поучении моем возгорится огнь (Пс. 34, 4). Как пища услаждает вкус, когда бывает хорошо разжевываема зубами, так и Божественныя слова питают ум и обвеселяют сердце, когда бывают вращаемы в душе разсуждением. Коль сладка, говорит тот же Пророк, гортани моему словеса твоя (118, 103). Заучивай также на память Евангельския слова и изречения св. блаженных отцев, и жития их изследуй, чтоб иметь тебе все сие предметом размышления в продолжении ночей.

23) Если нужно будет тебе, после чтения и размышления о Божественных словах, еще чем оживлять мысль, ослабевшую к молитве и снова делать ее живо–деятельною в ней, совершай устно псалмопение, тихим однакож голосом и со вниманием ума, не позволяя себе оставлять ничего из произносимаго языком неразумеваемым. Если при этом ускользнет что от внимания ума, опять начинай читать тот стих, сколько бы раз это ни случилось, пока наконец ум станет неотступно следовать вниманием за тем, что произносит язык. Ум силен и петь устами и памятовать о Боге. Учись этому из опыта. Как тот, кто ведет с кем либо беседу, и говорит с ним и глазами на него смотрит, так и поющий псалмы может устами петь, а оком ума к Богу воззревать.

24) Не оставляй коленопреклонений. — Преклонением колен изображается падение в грех, с подразумением в нем и исповедания греха; возстанем же с колен обозначается покаяние, с намеком на обет добродетельной жизни. Каждое коленопреклонение совершай с мысленным призыванием Христа, чтоб, припадая к Господу душею и телом, Бога душ и телес соделать к себе удобоприменительным.

25) Если при мысленной молитве будешь иметь рукоделие какое либо, неозабочивающее, то и это будет помощно тебе в притрудном молитвенном подвиге твоем. — Все показанныя делания, соединяемыя с молитвою, (как орудия), изощряют внимание, прогоняют уныние, душе сообщают юношескую живость и ум соделывают более острозорким и теплоусердным к упражнению в умном делании.

26) Как только ударят в било, иди из келлии, телесными очами в землю смотря, а мысль углубляя в памятование о Боге. Вошедши в храм и восполнив собою лик молящихся, ни языком не празднословь с близ стоящим монахом, ни умом не кружись в суетностях; но язык занимай одним псалмопением, а мысль держи в молитве. По окончании Богослужения, иди в келлию свою, и начинай делать, что положено твоим правилом келейным.

27) Пришедши в трапезу не осматривай братских частей, и не разбивай души своей не добрыми подсматриваниями. Но на то только, что положено пред тобою, смотря и того одного касаясь, давай телу пищу, слуху — слышание читаемаго, душе — молитву, чтоб, питаясь и телом и духом, всецело восхвалить исполняющаго во благих желание твое. Оттуда встав, скромно и молча войди в келлию свою, и как трудолюбивая пчела охотно берись за труд добрых деланий своих.

Когда делаешь какое дело вместе с братиями, пусть руки работают, уста же молчат, а ум памятует о Боге. Если бы кто подвигся на празднословие, то для пресечения сего безчиния, вставай и делай поклон.

28) Помыслы отгоняй, и не позволяй им пробегать чрез сердце и закосневать в нем. Закоснение страстных помыслов оживляя страсти, умерщвляет ум. Почему как только приразятся они, с перваго их появления в уме, спеши поразить их стрелою молитвы. Если они будут настаивать, толкая в двери внимания и возмущая мысль, то знай, что они получают подкрепление от скрытнаго предварившаго сие нападение возжелания их; почему как бы право какое имея на душу, ради того, что пошатнулось уже произволение, они тревожат и докучают. В таком случае надобно предавать их поруганию чрез исповедание; ибо злыя помыслы тотчас обращаются в бегство, как только бывают оглашаемы. Как при появлении света отбегает тьма, так перед светом исповедания исчезают страстные помыслы, которые и сами суть тьма. Когда, напр., в помыслах имели место тщеславие и похотная страсть, то они тотчас прогоняются стыдом при исповедании их, и злостраданием при несении наложенной за них епитимии. После сего всякаго рода помыслы, находя мысль свободною уже от страстей и занятою непрестанною сокрушенною молитвою, стремительно отбегают со стыдом.

29) Если подвижник напрягаясь пресечь (молитвою) смущающие его помыслы, отсекает их на время и уничтожает частое их появление, совсем же не освобождается от них, но остается в состоянии борющаго и боримаго: то это от того, что он лелеет причины смущающих его помыслов — покой плоти и мирское честолюбие, из–за которых он не спешит и исповедать свои помыслы. Почему и покоя не имеет, держа в себе то, что дает врагам право ратовать против него. Кто, захватив чужия вещи, не бывает истязуем за них теми, кому оне принадлежат? И кто, будучи истязуем и не возвращая того, что зле удерживает, может чаять свободы от соперников своих? — Но когда подвизающийся, укрепившись памятованием о Боге, возлюбит уничижение и озлобление плоти, и исповедует помыслы свои, не боясь стыда, враги тотчас удаляются, и мысль сделавшись свободною, непрестанную держит молитву и не пресекаемое созерцание божественнаго.

30) Всякое подозрение, поднимающееся в сердце против кого нибудь, отсекай в конец, потому что оно разстроивает мир и любовь. Всякую же беду, находящую совне, принимай мужественно, потому что она дает повод к спасительному терпению, — терпению, за которое на небесах дарованы будут покой и отрада.

31) Так проводя дни свои, благодушно проживешь настоящую жизнь, воодушевляясь блаженными надеждами, по смерти же с дерзновением преставишься отселе и вселишься в места упокоения, уготованные тебе Господом в воздаяние за здешние труды твои, чтоб соцарствовать Ему. Ему подобает всякая слава, честь и поклонение, со безначальным Его Отцем, и всесвятым и благим и животворящим Его Духом, ныне, и присно, и во веки веков. Аминь.

Того же Феолипта митрополита.

о том же девять глав.

1)Ум удаляясь от внешняго и собираясь во внутрь, возвращает к себе самому, и таким образом соединяется с естественным своим мысленным словом; и словом сим, существенно сосущим ему, берется за молитву; молитвою же восходит к сознанию Бога со всею любительною силою и расположением сердечным. Тогда похоть плоти отходит; всякое сластолюбивое чувство престает, и все красоты земныя не бывают приятны. Ибо тогда душа, завергши за себя все, в теле и около тела сущее, в след красоты Христовой влечется Ему, последуя честными делами и чистою мыслею, и поя: приведутся Царю девы в след Его (Пс. 44, 15); Христа представляя и предзря со словом Пророка: предзрех Господа предо мною выну, яко одесную Мене есть (Пс. 15, 8); ко Христу прилепляясь любовию и взывая: Господи пред Тобою все желание мое (Пс. 37, 10); ко Христу всегда взирая и вопия: очи мои выну ко Господу (Пс. 24, 15), со Христом беседуя чистою молитвою, Его ею услаждая в радовании, и говоря: да усладится Ему беседа моя, аз же возвеселюся о Господе (Пс. 103, 34). Ибо и Бог, приемля молитвенную беседу, и как любимый, и как именуемый, и как на помощь взыскуемый, неизреченную подает радость молящейся душе; и душа, поминая Бога, в молитвенной беседе, возвеселяется о Господе, говоря с Пророком: помянух Бога и возвеселихся (Пс. 76, 4).