ДОБРОТОЛЮБИЕ

12. Если придет тебе помысл осудить ближняго в каком–либо прегрешении, — подумай в себе, что ты нагрешил более его; о добре же, какое, кажется, творишь, не верь, что оно приятно Богу, — и не осудишь искренняго твоего. Самоуничижение есть место покоя внутренняго.

13. Авва Исаия, увидев однажды брата грешащаго срамным грехом, не обличил его, но сказал: если Бог, создавший его, видя это, не пожигает его, кто я, чтоб обличить его?

14. Опять говорил он же: будем помнить Того, Кто не имел где главу подклонить. Разумей сие человек, и не велемудрствуй. Кто Он и каким стал тебя ради? Владыка всяческих странен и дома не имеет. О сколь неизреченно человеколюбие Твое, Господи! Как столько смирил Ты Себя меня ради? Но, если все сотворивший словом, не имать где главу подклонити; что ты окаянный человек, много думаешь о суетном? Что слепотствуешь несытостию?

15. Стяжавший смиренномудрие, на себя берет вину брата своего, говоря: я согрешил. Считающий себя мудрым, презирает и укоряет брата своего; а уничижающий себя никогда не укорит брата.

16. Не в том мудрость, чтоб говорить, но в том, чтоб знать время, когда подобает говорить. С разумом молчи, с разумом и говори. Прежде начала речи, подумай о том, что сказать, чтоб дать подобающий ответ. Не хвались своим разумом. Больше всех знает тот, кто говорит: ничего не знаю. Венец мудрости — себя укорять и ставить себя ниже всех.

17. От пяти причин усиливается блудная брань: от празднословия, от тщеславия, от многоспания, от щегольства, от объядения. Хочешь ли избежать блудной брани, не поддавайся этим страстям, но вместо празднословия, вооружись псалмопением, вместо тщеславия возлюби смирение Христово, вместо многоспания огради себя бдением, вместо щегольских одежд носи портища и рубища, вместо объядения, свяжи себя воздержанием и постом. Ибо страсти, подобно звеньям цепи, держатся одна за другую.

18. Богач, понимающий дело, скрывает сокровища свои внутри дома; ибо сокровище, выставляемое на вид, возбуждает зависть и наветуется от князя. Так и монах добродетельный, но смиренномудрый таит свои добродетели, как тот богач свои сокровища. Такой монах не творит своих хотений; но на всякий час укоряет себя, и обучает себя тайному поучению, по слову Писания: согреяся сердце мое во мне, и в поучении моем возгорится огнь (Пс. 38, 4). Какой это огнь? Слышите слово Писания, которое говорит: Бог наш огнь поядаяй есть (Евр. 12, 29). Как от огня тает воск и изсушается тина скверных нечистот, так и от тайнаго поучения изсушаются скверные помыслы, увядают душевныя страсти, просвещается ум, ясною творится мысль и сердце исполняется радости. Тайное поучение уязвляет бесов, и отгоняет злые помыслы; ибо просвещает внутренняго человека. Кто вооружает себя тайным поучением, тот и от Бога укрепляем бывает, и от Ангел силу приемлет, и у людей славится. Тайное поучение и чтение есть дом души, в который нет прохода, есть столп неподвижный, есть пристанище тихое и безмятежное, в котором несомненно спасется душа. Много мятутся и молвят бесы, когда инок вооружает себя тайным поучением, т. — е. молитвою: Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя, — и чтением в уединении Божественнаго Писания. Это сокровенное поучение есть зерцало ума и светильник совести.

Сокровенное поучение изсушает блуд, укрощает ярость, отгоняет гнев, отнимает гордость, отревает напраснство (скорбное чувство напраслины), тлит уныние. Сокровенное поучение просвещает владычественный ум, отгоняет леность, раждает умиление, вселяет страх Божий, приносит слезы. Сокровенное поучение доставляет монаху нелестное смиренномудрие, благоумиленное бдение, несмущенную молитву. Оно есть сокровище молитвенное, отгоняющее неподобные помыслы, поражающее бесов, очищающее тело. Сокровенное поучение учит долготерпению, воздержанию причастником делает, возвещает геенну. Сокровенное поучение соблюдает ум немечтательным, настроивая его помышлять только о смерти. Сокровенное поучение исполнено всякаго дела благаго и украшено всякою добродетелию, от всякаго же сквернаго деяния удалено: оно негде далече есть от этого.

4. О хранении ума: 27 глав.

1. Уму по естеству свойствен гнев на страсти. Без гнева и чистоты не бывает в человеке, — если, т. — е., не будет он гневаться на все, всеваемое в него врагов. Хотящий придти в этот, естественный уму гнев, отсекает все свои хотения, пока не поставит себя в состояние, характеризуемое умом (умное, духовное состояние, в котором душа и тело подчинены во всем духу).

2. Если, противостоя врагу, увидишь, что полчище его, ослабев обращается в бегство от тебя, да не обрадуется тем сердце твое; потому что эти враги устроили для тебя злохитрый ков позади себя. И там–то они готовят тебе брань злейшую первой. Выступая против тебя, они оставили за городом в засаде значительную часть полчища своего, приказав им не двигаться. И вот, когда ты воспротивился им и выступил против них, они побежали от лица твоего, будто бессильные; но если сердце твое вознесется тем, что ты прогнал их, и ты таким образом оставишь город, тогда поднимутся и те, кои остались позади в засаде, остановятся и эти бегущие впереди тебя, — и охватят бедную душу со всех сторон, так что ей не останется уже никакого убежища. Город есть молитва; противостояние врагам есть противоречие помыслам во Христе Иисусе, а выступление против них есть гнев.

3. Станем же, возлюбленные, в страхе Божием, храня и соблюдая практику добродетелей; не давая претыкания совести нашей, но внимая себе в страхе Божии, пока и она освободит себя вместе с нами, так чтобы между нами и ею было единение, и она сделалась наконец нашею блюстительницею, показывая нам все, в чем может преткнуться. Но если мы не станем слушаться ея, то она отступит от нас и оставит нас. Тогда впадем в руки врагов наших, которые уже не выпустят нас из них, как научил нас Владыка наш, говоря: буди увещаваяся с соперником твоим скоро, дондеже еси на пути с ним, и проч. (Матф. 5, 25). Говорят, что соперник этот есть совесть, потому что она противится человеку, хотящему творить волю плоти своей. Если он не послушает ея, она предает его врагам его.

4. Когда Бог увидит, что ум покорился Ему всею силою, и не ожидает помощи ни откуда, как только от Него Единаго, тогда укрепляет его, говоря: Не бойся, яко избавих тя, и прозвах тя именем Моим: Мой еси ты. И аще проходиши сквозе воду, с тобою есмь, и реки не покрыют тебе: и аще сквозь огнь пройдеши, не сожжешися и пламень не опалит тебе. Яко Аз Господь Бог твой, Святый Израилев, спасаяй тя (Исаии 43, 1—3).

5. Когда ум услышит такое воодушевление, тогда смело обращается к врагам и говорит: Кто хочет бороться со мною? Пусть станет против меня! И кто хочет судиться со мною? Да приближится ко мне! Се Господь помощник мой, кто озлобит меня? Се все вы обветшаете, как одежда от моли.

6. Если сердце твое, вполне возненавидев грех, напрягается побеждать его, и отстранившись от всего, что раждает грех, положило пред очами твоими муку (вечную), то ведай, что Помощник твой сопребывает с тобою, — и ты ни в чем не оскорбляя Его, но плача пред лицем Его, говори, внимая сердцу своему: Милость Твоя, Господи, да избавит меня; сам же я не силен избежать из рук вражеских без Твоей помощи! И Он сохранит тебя от всякаго зла.

7. Монах должен затворить все двери души своей, т. — е. чувство, чтоб не пасть чрез них. Когда, таким образом, ум увидит, что ничто не вторгается, чтоб овладеть им, то готовится к безсмертию, собирая все чувства свои во едино и делая их единым телом.

(Мысль: ум, не развлекаемый внешним чрез чувства, сосредоточивается в себя и преселяется в оный век. Мысль и Василия Великаго).

8. Когда ум станет свободен от всякой надежды на что бы то ни было видимое мирское, то это есть признак, что грех умер в тебе.

9. Когда ум станет свободен от страстей, тогда средостение, которое было между им и Богом, падает.

10. Когда ум освободится от всех врагов своих, и возсубботствует, тогда он есть в ином веке, новом, новое созерцая и нетленное. Идеже убо труп, тамо соберутся орли (Матф. 24, 28).

11. Притаиваются иногда на время демоны с коварством, не даст ли свободы человек сердцу своему, подумав, что почил уже (от брани). (Если случится точно так), внезапно наскакивают они на бедную душу, и схватывают ее, как малую птичку. И если они окажутся сильнее ея и преодолеют ее, то без милости смиряют ее (унижают) всяким грехом, злее прежних, прощение которых она вымолила было. Будем же непрестанно стоять в страхе Божием и строго блюсти сердце, неопустительно совершая делания свои (подвижническую практику), и храня добродетели (умно–сердечный строй), кои полагают препону злобе врагов.