Страница 10 из 32
Да если бы апостолам не приходила мысль о том, чтобы священнослужители не били верных согрешающих или неверных обидевших, то как апостол мог требовать от Тимофея, чтобы он "с кротостию наказывал (наставлял) противные" (2Тим.2:25-26)? А что это правило действительно апостольское, это подтвердил один из поместных соборов в Константинополе (двукратный в 861 году): "Апостольское и Божественное правило подвергает извержению священников, дерзающих бити верных согрешивших, или неверных, нанесших обиду. Сие правило не знаменует токмо биющих своеручно, но и посредством повеления простирающих истязания за биения вообще: то и мы согласно определяем" (9 пр.).
После всех тех доводов, какие мы привели в пользу апостольского происхождения двадцать седьмого правила, нетрудно уже убедиться в апостольском происхождении и шестьдесят шестого правила, которое подвергает наказанию клирика и мирянина за то, если кто-нибудь из них в ссоре ударит кого-либо и одним ударом убьет. Устрояя церковный быт верующих так, как подобает в дому Божии жити (1Тим.3:15), апостолы старались оградить нравственность клира и мирян от всех пороков. А потому они могли издать правила, определяющие наказания и за такие преступления, которые, хотя и не совершались при них, но могли совершиться в другое какое-либо время, тем более что они давали правила, устрояющие церковный быт верующих не для своего только времени, но и на все будущее время. Если апостол Павел высказал, что служителю Божию "подобает быти не бийце, не сварливу, не дерзу, не гневливу" (1Тим.3:3; Тит.1:7-8), что "рабу Господню не подобает сваритися, но тиху быти ко всем, незлобиву" (2Тим.2:2,4), а так как легко может случиться то, что человек в пылу гнева и ударит кого-либо, то неудивительно, что апостолы, желая предупредить подобные случаи, постановили такое правило: "Аще кто из клира в сваре кого ударит и одним ударом убиет: да будет извержен за продерзость свою. Аще же мирянин сие сделает, да будет отлучен".
Дрей, а за ним и Биккель думают, что двадцать восьмое апостольское правило заимствовано из четвертого правила Антиохийского собора. Но рассматриваемое нами правило гораздо древнее Антиохийского; апостольское правило гораздо короче Антиохийского, а это явно показывает, что последнее было подражанием первому. Апостольское правило читается так: "Аще епископ, или пресвитер, или диакон, праведно за явные вины изверженный, дерзнет коснутися служения, некогда ему порученного: таковый совсем да отсечется от церкви". Между тем как Антиохийское правило читается гораздо полнее: "Аще который епископ, изверженный от сана собором, или пресвитер и диакон своим епископом, дерзнет совершати какую-либо священную службу, епископ ли по прежнему своему обычанию, или пресвитер, или диакон, таковому отнюдь не позволяется на другом соборе ни надежду восстановления в прежний чин имети, ниже до принесения оправдания допущену быти. Но все сообщающиеся за ними да будут отлучены от церкви, и наипаче, когда зная осуждение, произнесенное противу таковых, дерзнет имети общение с ними". Из такого сравнения обоих правил нельзя не видеть, что Антиохийское правило есть только повторение с дополнением и применением апостольского правила к современному состоянию церкви. Гораздо ранее Антиохийского собора высказал подобное же определение касательно пресвитеров и II Карфагенский собор (8 пр.).
Вообще нужно сказать, что правило нисколько не чуждо апостольского происхождения. Апостолы, излагая разные правила, подвергающие священнослужителей лишению сана то за те, то за другие преступления, без всякого сомнения позаботились постановить правила и касательно лишенных сана.
По мнению Дрея, двадцать девятое апостольское правило, подтверждающее извержение из сана и отлучение от церкви как принявшего рукоположения, так и рукоположившего за деньги, есть сокращение второго правила Халкидонского собора, бывшего в 451 году, и оно не могло явиться ранее этого собора, потому что во время сильных гонений никто не желал покупать за деньги епископство [104]. Но это несправедливо; уже Сардикийский собор (бывший в 347 году) знал подобные случаи. Так, он говорит во втором правиле: "Аще же кто возмнит некое извинение имети в таком деле, утверждая, что от народа прислано ему послание: явно есть, яко могли некие прельщенные воздаянием и ценою скопища составити в церкви, аки бы желая его имети епископом". Ясно, что собор здесь осуждает злоумышление и симонию. И святой Василий Великий (составивший правила между 370-378 годами) постановил также правило против симонии (90 пр.). А потому совершенно несправедливо, что рассматриваемое нами правило взято из Халкидонского собора; скорее нужно допустить, что Халкидонский собор имел в виду апостольское правило и повторил его с дополнением и усилением строгости. Смело можем сказать, что это правило произошло от самих апостолов. "Туне приясте, туне дадите" (Мф.10:8), заповедывал Иисус Христос апостолам, сообщая им сокровища своей Божественной благодати ко спасению верующих.
И апостолы, верные этому слову Спасителя, так и поступали в церкви Христовой. Так, апостол Павел говорит: "Сребра, или злата, или риз ни единого возжелах; вся сказал вам: яко тако труждающимся подобает заступати немощные и помышляти, яко блаженнее есть паче даяти, нежели принимати" (Деян.20:33,35). А потому, когда Симон волхв думал за деньги приобресть от апостолов дары Святого Духа для чудотворений, то апостол Петр в ответ сказал ему: "Сребро твое да будет с тобою в погибель, яко дар Божий непщевал ecu сребром стяжати" (Деян.8:18-20). Таким образом, теперь несомненно, что Симон волхв подал повод к тому, чтобы апостолы из желания остановить распространение симонии предали такое положительное правило на все времена.
Против апостольского происхождения тридцатого правила, которое запрещает получать епископский сан при помощи светской власти, некоторые ученые возражают, что "дух времен апостольских не дозволяет допустить того, чтобы мирские власти, которые в то время были неприязненны к христианам, содействовали кому-либо к получению епископского сана". Хотя мы соглашаемся с тем, что при апостолах языческие светские власти были неприязненны к христианам и потому не могли принимать участия в поставлении на епископские места, однако же это самое нисколько не должно поколебать нашего убеждения об апостольском происхождении рассматриваемого нами правила. Нам нисколько не представится странным, как апостолы могли постановить подобное правило, если мы только обратим внимание на то, что и между христианами немало в то время было таких, которые занимали знатнейшие должности в сенате и при дворе и имели в своих руках светскую власть, как об этом свидетельствует Тертуллиан [105]. А потому нет ничего невероятного в том, что апостолы из одного опасения, дабы как-нибудь не получили епископского сана по милости таких начальников люди недостойные, могли постановить правило, читающееся так: "Аще который епископ, мирских начальников употребив, чрез них получит епископскую власть: да будет извержен и отлучен, и все сообщающиеся с ним".
Что действительно это правило существовало в первые века, в этом мы легко убедимся из свидетельства святого Афанасия Великого, который, доказывая, что Георгий Каппадокийский незаконно возведен на Александрийский престол как получивший сан епископа услугами и помощию мирских властей, без всякого сомнения, имеет во внимании двадцать девятое и тридцатое правила апостольские. Он говорит: "Это и законы церковные нарушает, и язычникам подает случай хулить нас и думать, что постановления в церковные степени бывают у нас не по Божественному закону, но с торгов и по ходатайству" [106]. Хотя эти правила здесь названы не апостольскими, а церковными, во всяком случае мы смело можем думать, что святой Отец имел в виду именно апостольские, а не какие-либо другие, как потому что другие правила об этом предмете до времени святого Афанасия еще не были изданы, так и потому, что апостольские правила могли быть названы в то время церковными в том смысле, что они сначала хранились в предании, которое, по свидетельству святого Иринея (в те времена) можно было найти во всякой церкви [107]. Весьма вероятно также, что и VII Вселенский собор ссылался на рассматриваемое нами апостольское правило, когда говорил: "Всякое избрание во епископа, или пресвитера, или диакона, делаемое мирскими начальниками, да будет недействительно по правилам.