ДУХОВНАЯ БРАНЬ

твердо христианин стоит на камне — Христе, то не падает, а если стоит на песке своего мудрования и страстей, то сильно падает.

Диавол внушает нам, нудит нас надеяться не на Бога, а на деньги, на пищу и питье, на человеческие связи, на чины, отличия и преимущества, на знатность рода, на ум, на образование, на книги, внушает нам искать наслаждения в пище, питье, одеждах, в концертах светских, в театрах, в смехотворстве, в празднословии, в игре слов. Но истинный раб Божий всегда и по всем полагается на Господа своего, действующего вся во всех, общего всех Отца и Промыслителя, слыша глаголющего: всю печаль вашу возверзите на Него, яко Той печется о вас. По начинающемуся в душе смущению и насилию узнавай велиара и противопоставляй ему тотчас камень — Христа; разобьет о Него свои зубы велиар, а до тебя не дойдет. Но смотри, люби исякого, как самого себя.

Диавол пленяет и побеждает человека в этом мире тем, что через меру возбуждает естественные душевные и телесные потребности человека, как-то: потребность пищи и питья (и как на деньги все получается, то и денег), потребность одеяния, потребность удовольствия, потребность чести и славы, доброго имени. Все это и подобные потребности человеческие, вложен­ные Богом в самую природу человека, диавол извращает непрестанно, доводя до крайних пределов, иногда без всякой нужды (например, в пище и питье), и тем топит душу и тело, отрывает душу от Бога через прилепление ее к чувственному, или через ниспадение ее в чувственность и в страсти злобы, гордости, зависти, уныния, чревоугодия, блуда, пьянства, ко­рыстолюбия, честолюбия и проч. Поэтому нужны: пост, девство, нестяжение, кротость, смирение, незлобие, вера, надежда и любовь, молитва, богомыслие.

Как яда смертельного беги холодности и равнодушия к разным бедам, напастям, болезням, нуждам людским ибо в сочувствии, особенно деятельном, выражается любовь и доброта христианина, а в любви есть весь закон, и, напротив — в безчувствии выражается наше самолюбие, наша злоба, недоб­рожелательство и зависть. Так молись за всех, за кого молиться велит Церковь или сам добровольно молишься, как за себя и не ослабевай в искренности, не теряй внутреннего уважения к лицу или к лицам, о коих молишься; не унывай от козней врага, подкапывающего сердце твое и усиливающегося поселить в сердце ко всем отвращение, вырвать из уст молитву о всех людях, которая есть лучшее доказательство евангельской любви к ближним.

Люди недоумевают и, сказать правду, многие не верят той чести, которая обещана праведникам в будущей жизни, потому что сатана унизил человечество в его собственных глазах. Но такая почесть действительно будет, на нее должно надеяться: человек — образ Божий; для того-то и воплотился Сын Божий, чтобы восстановить Свой образ.

Когда бываешь очень молод или живешь жизнию мира грешного, тогда знаешь и Христа Спасителя, и врага Божьего и человеческого, сатану всезлобного, только по одному имени, и думаешь, что Христос от тебя далеко — на небе, и диавол где-нибудь есть, только никак не близко, не около тебя, и хотя слышишь, что он зол, но думаешь, что злость его до тебя не касается; но когда будешь в зрелых летах и вступишь в жизнь подвижническую, когда будешь служить Богу чистою совестию, тогда испытаешь на сердце и благое иго Спасителя, и тяжкое, несносное иго сатаны, который оскорбляет нас.

Мы приглашаемся в сообщество херувимов, серафимов, престолов, господств, ангелов и архангелов вместо отпадших, возгордившихся духов. Эти возгордились и сказали в себе Богу: «Как-то Ты восполнишь наш недостаток, который для Тебя нестерпим и ощутителен, как для Премудрого, не терпящего ни в чем недостатка и дисгармонии в мире Своем?». А Господь в ответ и в посрамление диавола, изволил создать из персти человека и перстными существами восполнить недостаток ан­гельских миров вследствие отпадения гордых духов; и это безконечное посрамление — безконечно великое наказание гордецам; от того-то они все силы адские употребляют на погубление людей. Для большего показания любви Своей и для большего посрамления диавола Сам Господь облекся в перстное тело человека, чтобы исхитить его из власти диавола.

Дьявол нападает на человека чаще всего тогда, когда его молитва успешна, когда молящийся имеет уже внутреннее свидетельство, что Господь услышал его молитву, когда в мыслях его наступил мир и на сердце его стало сладостно и легко; тогда обыкновенно к концу молитвы при самом малом расслаблении и невнимательности в сердце молящегося прони­кает тяжесть, огонь, преодолевающий сердце — и человек начинает чувствовать крайнюю тяжесть от молитвы и отвраще­ние к ней вместо прежней легкости и расположения. Это — козни, хитрые, подводные действия врага, любящего посмеяться над нами, особенно в конце наших благочестивых занятий, чтобы мы впали в уныние, в отчаяние и посчитали бы свои груды в святом деле потерянными... Примечательно, что это происходит с более совершенными, особенно со священниками, и то чаще на большие праздники, когда дьявол старается привести нас в отчаяние неожиданными болезнями, телесными искушениями или внезапными ссорами и крайним безчувствием и холодностью.

Так как Дух Божий есть грозная сила, страх и мука демонов, то демоны всеми своими адскими кознями противятся Духу Божию и хулят Его. Так как Дух Божий есть дух спасающий, дух единения, любви и мира, то они всеми мерами противятся единению, любви и спасению людей. Из-за них произошло разделение церквей — на Восточную и Западную; заметьте; из-за догматов о Св. Духе и произошло разделение. Еще демоны всячески силятся исторгнуть — и исторгли — из сердец христиан веру в Евангелие и в Церковь Христову, что есть также хула на Духа Святаго; всеми мерами стараются погрузить христиан в дела плотские и в скверны плотские, чтобы .не пребывал в людях Дух Божий, как в допотопных людях; и не видим ли мы, что люди преданы сребролюбию, обьядению, пьянству, распутству в огромных размерах?.. Еще духи злобы нападают на Духа Божия в мыслях и сердцах отдельных людей; веру в Него колеблют; горе нам: да не похулим Духа Святаго Божия животворящего.

Не садись за стол с возмущенным какою-либо страстию духом, чтобы враг не обратил тебе во вред пищу и питье — в болезнь, а не в здоровье, ибо враг через все коварствует и ищет повредить человеку. Садись всегда за трапезу с миром, благо­даря Господа, и пища с питьем будут тебе во благо и во здравие.

Когда сердце твое поражено врагом, гнездящимся в тебе и производящим в тебе смущение, тесноту и упадок духа, не говори тогда проповеди, чтобы она вместо пользы не принесла соблазна, вместо питания духовного не сделала духовного головокружения и тошноты; не делай и выговоров в это время: они раздражают только, а не исправят. Вообще, когда враг гнездится в душе, тогда надо более молчать, ибо мы тогда недостойны слова, которое есть дар Слова Ипостасного. Про­гони врага, водвори мир в сердце — и тогда говори.

Никогда не отчаивайся в милости Божией, какими бы грехами ни был связан по искушению диавольскому, но молись всем сердцем с надеждою на помилование, толцы в двери милосердия Божия — и отверзется тебе. Я, грешный иерей, пример тебе: как я ни согрешу иногда по действу диавольскому, однако по раскаянии все, все Владыко прощает, особенно по достойном причащении Св. Тайн: как снег или волна, убедишься Кровью Христовою; мир пренебесный будет обитать в сердце твоем; и легко, легко тебе будет на сердце, блаженным сдела­ешься. Забудешь все возмущения, тревоги и тесноту диавольскую, совсем новым сделаешься и как будто из мертвых воскреснешь. Не отчаивайтесь, братие, какие бы грехи вы ни сделали, только сердцем сокрушенным и духом смиренным покайтесь.

Любовь не раздражается, а ты раздражаешься. Смотри: краг коварствует над тобою, ибо в сердце при гневе погасает пера в Бога и теряется дерзновение пред Богом.

Диавол иногда действует в уме, как безпокойный совоп- росник о непостижимом, как дерзкий посягатель на непреступ­ные тайны трех Лиц Божества, на их взаимные отношения. С благоговением и крайне осторожно нужно мыслить о троичности Божества.

Враг безплотный крепко борет нас во время Богослужения, потому что в это время совершается наше посредство благодатию Божиею возрождение душ наших; потому да не унываем от наветов вражиих, но да мужаемся и крепимся.