Страница 234 из 420
Второй конец нашего креста составляют все труды и неприятности житейские. Мы ищем довольства, добрых отношений со всеми и благоприятного течения наших дел; но во всех этих сторонах нашей жизни почти поминутно происходит расстройство скорбное, а иногда и бедственное. Желая избавиться от неприятностей, мы боремся с препятствиями и тянем жизнь свою похоже на то, как будто кто идет среди терна и шиповника: то и дело-зацепки и царапины. Это крест житейский.
Третий род креста слагается из трудов по исполнению обязанностей. Каждый из нас обложен своими обязанностями; каждая обязанность имеет свой круг занятий; каждое дело требует труда и терпения, чтобы довести его от начала до конца в том духе, порядке и полноте, какие составляют его существо, с преодолением всех неизбежных препятствий. Стало быть, всякое обязательное для нас дело есть ноша, а все они, в совокупности, составляют нелегкое иго долга, которое мы несем и должны нести до гроба. Это крест служебный Господу, обществу и нашим ближним.
Нет никого на свете, кто не был бы обложен этими крестами или своим трехсоставным крестом. Но одни несут этот крест во спасение, другие на пагубу себе. Господь, возлагая на нас крест, хочет, чтобы мы творили им спасение свое. Если же кто, пытаясь сбросить с себя этот крест, уязвляется им насмерть, то виноват сам неразумием своим и невниманием к попечительным указаниям спасающей нас благодати Божией. Господь хочет, чтобы, борясь с собою, мы приобретали опытность в различении добра и зла и очищались; чтобы, терпеливо неся тяготу житейскую, смирением преклоняли Бога на милость; чтобы, исполняя свой долг с преодолением всех трудностей, достойно стяжали венец правды! Таким образом, когда, входя в эти благие намерения Божии, мы держим себя именно в таких отношениях к своему кресту, мы несем его спасительно. В противном же случае крест наш не во спасение нам, а в пагубу (116, 31-32).
"Кто хочет идти за Мною, отвергнись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною" (Мк. 8, 34). За Господом, пронесшим Крест на Голгофу, нельзя идти без креста, и все идущие за Ним непременно идут с крестом. Что же такое этот крест? Всякого рода неудобства, тяготы и скорби, налегающие и извне, и изнутри на пути добросовестного исполнения заповедей Господних в жизни по духу Его предписаний и требований. Такой крест так сросся с христианином, что где христианин, там и этот крест, а где нет этого креста, там нет и христианина. Всесторонняя льготность и жизнь в утехах не к лицу истинному христианину. Задача его-очистить себя и исправить. Он как больной, которому нужны то прижигания, то отрезания, а как это может быть без боли? Он хочет вырваться из плена сильного врага, а как это может быть без борьбы и ран? Радуйся же, чувствуя на себе крест, ибо это знак, что ты идешь вслед Господа, путем спасения, в рай. Потерпи немного. Вот-вот конец и венец! (107, 75-76).
Среди Великого поста предлагается поклонению Честной Крест, чтобы воодушевить постных тружеников к терпеливому несению поднятого ими ига до конца. А в сентябре для чего это делается? Так случилось? Но у промыслительной Премудрости, все устрояющей, нет случаев. Вот это для чего: в сентябре убирают с поля, по крайней мере у нас. И так, чтобы одни из христиан, в чувстве довольства, не сказали: "Душа! много добра лежит у тебя на многие годы: покойся, ешь, пей, веселись" (Лк. 12, 19), а другие, от скудости, не пали духом, представляется очам всех воздвигаемый Крест. Он напоминает первым, что опора благобытия не имение, а христианское, внутреннее крестоношение, когда внешнее, по благости Божией, слагается. Он внушает вторым в терпении стяжевать души свои, воодушевляясь на то уверенностью, что с креста идут прямо в рай. Потому одни да терпят, надеясь, что идут прямым путем в Царство Небесное, а другие да вкушают внешних утешений со страхом, как бы не заключить себе вход на Небо. Епископ Феофан Затворник (107, 309-310).
Чтобы вера наша была действительна. Спаситель требует чтобы мы несли свой крест.
Этот крест двоякий: внутренний и внешний. Внутренний крест-есть сражение плоти и духа, сражение, которое мы находим в самих себе, когда склонности чувств противятся разуму; когда видим лучшее и хвалим, а худшему следуем; когда и то и другое оставить не хотим, а и то и другое вместе получить не можем. Крест тем тягостнее, что он пронзает наше сердце и отнимает покой нашей совести. Другой крест есть внешний, которым нас со стороны обременяют, ибо, отрекшись от себя и следуя добродетели, надо на себя поднять целый полк порабощенных страстью людей. Никто не любит противоположного себе. Твое, христианин, благочестие вооружает против тебя нечестивого; твоя справедливость не мила взяточнику; твоя прозорливость досадна хитрому льстецу; твое воздержание беспокоит любящего роскошь; твоя тщательность приводит в гнев ленивого; твое постоянство мучит человека распущенного. "Если бы вы были от мира,-говорит Спаситель своим ученикам,-то мир любил бы свое; а как вы не от мира, но Я избрал вас от мира, потому ненавидит вас мир" (Ин. 15, 19).
Неси крест этот великодушно, иди на Голгофу за твоим Подвигоположником и в терпении твоем полагай спокойствие духа твоего; докажи миру, что сильнее твое терпение, чем его гонение.
Внутренний крест-победить внутри нас воюющие с разумом страсти, то есть гнев, зависть, леность, сребролюбие, славолюбие, похоть, невоздержание и прочее, а вместо того укрепить себя терпением, великодушием, кротостью, воздержанием, трудолюбием, молитвой. О как трудна эта внутренняя война! В обыкновенной войне есть известное время, известное место, есть отдых. Когда нельзя силой отразить неприятеля, так можно иногда от него спастись бегством. Но здесь нет времени, всегда предстоит сопротивление; нет отдыха, нет места, куда можно убежать, ибо плоть и страсти, с нами борющиеся, мы носим в самих себе всегда. И пока отягощены этим телом, воздыхаем; сойти с поля сражения не можем без опасности или гибели своей. Поэтому-то многие свирепых неприятелей победили, неприступные города взяли, но страстей своих победить не могли. Крест, подлинно, тяжкий, однако когда его освятил терпением Начальник веры нашей, то уже не можем сказать, чтобы он был непереносим. Чем более страстям дать воли, тем они наглее свирепствуют, но когда добрая душа привыкла находить удовольствие в истине и честности, она презирает прелести страстей.
Другой крест, внешний, который на нас со стороны возлагают,-не расслабеть от бедности, от зависти других, от клеветы, от гонения, от тягости обязанностей, а во всем том показать себя мужественным. Благодушное ношение этого креста зависит от того, каким образом кто несет внутренний крест. Тот, кто обуздывает стремление страстей, великодушно снесет праведно ниспосланную милосердным Отцом скудость; тот зависть других и клевету или не заслужит, или презрит; тот в гонении духом не поколеблется; тот обязанностей своей леностью и нерадением не постыдит.
Это твой крест, подвижник евангельский! Слава или бесчестие в этом сражении зависит от твоего мужества. Храбрый воин, воюя против неприятеля, твердо знает, что должен или победить, или умереть. Чистая вера, доброе сердце, теплая молитва дадут торжество твоей добродетели, но расслабление, развращенная совесть, нерадение и распущенность предадут тебя в плен пороку. Тягостен, скажешь ты, этот крест, страшно такое сражение. Подлинно, нельзя до какой-либо славы дойти без труда и подвига. Но чем большее окажешь мужество, тем славнее победа... Платон, митрополит Московский (105, 335-341).
Ум, прежде нежели воспрянет от сна лености, находится с демонами. Когда же Господь Иисус Христос пробудит его от лености и сделает способным видеть и рассуждать, тогда он получает возможность взойти на крест. При этом диавол начинает хулить и произносить непотребные слова в надежде, не ослабеет ли ум, не оставит ли подвига, не обратится ли к прежней лености и бездействию. Образом этого были два разбойника, которых разлучил друг от друга Господь Иисус Христос, распявшись между ними. Один из них хулил Господа, а другой молился Ему и услышал: "Ныне же будешь со Мною в раю" (Лк. 23, 43) (82, 136).