Страница 2 из 7
"Если бы Бог хотел, - говорит святой Златоуст, - чтобы жену оставляли и брали другую, то сотворил бы одного мужчину и много женщин". Если бы, прибавим, Богу угодно было мужу в одно время иметь несколько жен, то Он дал бы Адаму несколько жен. Единобрачие подтверждено словами Господа, которые изрек Он (Мф.19:4-5) через Моисея или через Адама по поводу создания Адаму жены из ребра его: сего ради (то есть вследствие того, что жена от мужа взята бысть) оставит человек отца своего и матерь, и прилепится к жене своей: и будета два в плоть едину (Быт.2:24). К многоженству неприменимы ясные слова: будут два - именно двое, не больше - единой плотью, как бы одним лицом. Само собой разумеется, что плотское единство в этом случае основывается на нравственном начале, на сознании нравственного закона или долга супружеской верности, нераздельного сожития; ибо только это сознание может удерживать человека от увлечений чисто животных, обуздывать чувственные инстинкты, не разбирающие, что законно, что нет. Мысль о нравственном характере отношений вытекает также из слов Адама, увидевшего в первый раз жену: "Се ныне кость от костей моих и плоть от плоти моея. Сия наречется жена (иша, то есть мужиня), яко от мужа (иш) взята бысть сия" (Быт.2:23).
Ближайшим образом Адам, произнося эти слова, имел в виду физическое единство с женой, от него происшедшую с одинаковой с ним природой и отличающуюся от него только полом; но нельзя не признать, что в то же время он, хоть и не вполне ясно, сознавал обязанность жить с ней душа в душу как, с существом, обладающим одинаковыми духовными человеческими достоинствами, ибо она такой же человек (иша), как и он (иш); сознавал, что он не может отделять интересов своей жизни от ее интересов - не может, например, унизить жены, не унижая себя самого; сознавал, что он должен заботиться о жене, любить ее, как самого себя, ибо "никтоже когда плоть свою возненавиде, но питает и греет ю" (Еф.5:29). Весьма далее знаменательно то, что Бог не только создал Адаму жену, но и привел ее к нему (Быт.2:22). Если Господь не предоставил одному инстинкту соединение мужа и жены, а счел нужным явить Свое непосредственное участие в устроении их супружеских отношений, если Он Сам привел жену к мужу, - то что это значит, как не то, что Господь сообщил особенное благословение и освящение их супружескому союзу? В акте приведения Самим Богом жены к мужу заключается первообраз тех религиозных действий, которыми впоследствии принято освящать брачные союзы. Создание жены от мужа указывает, наконец, на зависимость ее от мужа.
По слову апостола, "муж есть глава жены (1Кор.11:3), и на жене отражается слава мужа (1Кор.11:7), ибо не муж от жены, но жена от мужа, и не муж создан для жены, но жена для мужа" (1Кор.11:8-9). Эта зависимость жены от мужа должна была увеличиться после грехопадения. "И той тобою обладати будет" (Быт.3:16), - сказал Господь жене, изрекая ей Свой приговор в наказание за то, что она не только сама преступила заповедь Божию, но и вовлекла в преступление мужа. Эта зависимость жены от мужа была тяжела особенно в язычестве: язычество смотрело на нее как на невольницу. Христианство утвердило равноправность жены и мужа, ибо во Христе Иисусе нет мужского пола и женского (Гал.3:28; Еф.5:22). Но и христианская вера внушает жене, что она, равноправная с мужем в религиозном отношении, не должна забывать своего подчинения ему, как своему главе, во всех других отношениях; должна повиноваться мужу, как Господу (Еф.5:22). Таким образом, женский вопрос, поднятый с особенной настойчивостью в наше время, с самого начала истории человечества решен не так, как хотелось бы современным ревнителям женской эмансипации.
Из сделанного нами анализа обстоятельств установления брака открылось, что брак есть не физический только, но и нравственный союз - неразрывный, исключающий многоженство союз, благословенный Богом союз, следственно, святой союз.
Обратимся к дальнейшим временам. Закон о единобрачии был свято соблюдаем допотопными патриархами. Отступление от этого закона представляет один пример - каинита Ламеха (Быт.4:19-22). Что после потопа до Моисея господствовало единобрачие, это открывается из того, что Авраам думал передать права наследования на свое имущество постороннему лицу, потому что не имел детей от законной жены (Быт.15:2-3), тогда как, если бы в обычае было многобрачие, он мог бы взять другую жену и прижить от нее желанного наследника - сына. Сын Авраама Исаак имел одну жену - Ревекку. Иаков был женат на двух женах: но это, как известно, произошло не от доброй его воли, а оттого, что он был обманут своим тестем и принужден был жениться на нелюбимой им Лии единственно потому, что иначе мог лишиться руки Рахили. Если брат Исаака Исав женат был на двух хананеянках и сверх того на одной единоплеменнице (Быт.28:9; 36:2), то на это надо смотреть как на проявление чувственной необузданности Исава; по этой причине он пренебрег правом первородства; она же увлекла его к пренебрежению обычая единобрачия. Женитьба Исава на двух хананеянках причинила много горя родителям его не потому только, что была нарушением этого обычая, но также потому, что хананеи были нечестивым племенем. Вот почему Исаак заповедал Иакову не брать жены из дочерей хананейских (Быт.28:1,6).
Только уважением к нравственно-религиозному значению брака можно объяснить то, что во дни патриархов нетерпимы были брачные союзы с иноплеменницами. Наложничество существовало даже в среде благочестивых патриархов, как показывают примеры Авраама и Иакова, но оно было следствием ревности их законных жен иметь детей по крайней мере через своих рабынь: оно навязываемо было мужьям женами. О разводах во дни патриархов нет известий. Были ли какие религиозные обряды при заключении брака, нет известий в библейских сказаниях до Моисея и после Моисея. Но в позднейшее время был употребляем следующий обряд, вероятно, сохранившийся от древнейших времен: отец жениха брал невесту за руку, подводил ее к сыну и, сложивши их правые руки, благословлял их, говоря: "Да будет Бог Авраама и Иакова с вами, да соделает Он вас счастливыми. Живите честно, я вас благословляю" (А.Осипов. "Брачное право древнего Востока". Т.1, стр.186).
После патриархов святость брачного союза была ограждена законами Моисея. Порча нравов, проникавшая в среду народа Божия от язычников, могла бы самым пагубным образом отозваться на супружеских отношениях, если бы ее влияние на них не ослаблено было законами Моисея. Правда, Моисей не возбранил двоеженства и вообще полигамии, имея в виду любовь евреев к многочадию и воззрение их на него как на действие благословения Божия (Исх.21:9; Лев.18:18; Втор.21:15-17), но при этом он дал предписания, которые в значительной мере должны были препятствовать распространению полигамии. Так, царям, которые более других имели бы средств к содержанию многих жен, закон Моисеев запрещает умножение их (Втор.17:17). Стало быть, подданные еще больше должны были ограничивать себя в этом отношении. Далее, закон Моисеев не позволяет быть скопцам в сонме Господнем (Втор.23:1) и, чтобы внушить отвращение к скопчеству, даже оскопленных скотов признает нечистыми, негодными для жертвоприношения (Лев.22:24). Но без евнухов не могут существовать гаремы. Отсутствие скопцов в народе избранном было причиной, что цари Израильские, которые, в противность закону Моисееву, не желая стоять ниже иноземных восточных царей, имели многолюдные гаремы, вынуждены бывали выписывать стражей для них из-за границы (Ян. "Археология").
Законы телесной чистоты в соединении с супружескими обязанностями (Лев.15:18) представляли новые затруднения для многоженцев. Запрещение вступать в супружества с хананеянками, как опасные для благочестия народа Божия (Втор.7:3; Исх.34:16), имело также связь с уважением к святости брака. Свидетельством того же уважения служило запрещение вступать в брак в близких степенях родства, как это было в обычае у большей части языческих народов, в особенности у племен хананейских [3]. Открывать наготу ближних родственников значило осквернить себя и святую землю: пусть сквернят себя этим другие народы, отвергнутые Господом (Лев.18:6-19:2). Кто возьмет себе жену и мать ее, тот должен быть сожжен вместе с ними (Лев.20:14). Для обуздания чувственности закон требует умеренности в супружеских наслаждениях. В иное время они даже совершенно запрещались. "К жене в отлучении нечистоты да не внидеши", и в случае неповиновения узаконяется: "Да истребятся оба от рода их" (Лев.18:19; 20:18). В тех же нравственных целях закон строго карал за прелюбодеяние и потерю девства. За нарушение супружеской верности подвергались смертной казни не женщины только, как это было в законодательстве древних народов и позднее у римлян, но и мужчины (Лев.20:10-14; Втор.22:22).