Евергетин

6. Если ты пойдешь куда–нибудь, чтобы устроиться там, наметишь себе келью, построишь ее от начала до конца, станешь дать в ней, а потом оставишь свою постройку брату, а потом вскоре вернешься, то не выгоняй его. Лучше найди себе другую, чтобы не погрешить против Бога. Если брат сам уйдет, тогда ты будешь не виноват. А если ты оставил в келье свои вещи, а брат испортил их, ничего за них не спрашивай с него.

7. Когда уходишь из кельи, смотри, не бери то, что нужно брату. Оставь все ради его нищеты, а Бог даст тебе все, что надо, куда бы ты ни отправился. Если ты живешь в одной келье с братом, а помысел внушает тебе быть умереннее в еде, скажи помыслу: «Этот немощный брат — мой владыка». Если же ты стремишься к большему воздержанию в еде, то построй себе отдельную маленькую келью и не доставляй огорчений немощному брату».

4. Из Отечника

Как–то старец пришел к авве Иоанну, который был скопцом от рождения, и авва Иоанн сказал ему:

— Когда я жил в Скиту, главным для меня были дела души, а рукоделие — второстепенным. А для нынешних монахов дела души стали второстепенными, а второстепенные — основными.

— Какое же это дело души, которое для нас теперь стало второстепенным? — спросил брат. — И какое второстепенное дело теперь считается основным?

— Все, что делается по Божией заповеди, — это дело души, — ответил старец. — А работать и копить средства для самого себя следует считать делом второстепенным.

— Разъясни мне это, — снова попросил брат.

— Вот, ты услышал, — ответил старец, — что я заболел, и тебе нужно меня навестить. А ты говоришь про себя: «Но тогда я должен буду бросить мою работу и пойти к старцу? Нет, лучше сначала закончу свое дело, а потом пойду к нему. Потом у тебя находится еще какой–нибудь повод остаться и никуда не ходить. Или брат попросит тебя: «Не откажи помочь мне брат». А ты думаешь: «Что же это, мне нужно бросить свое дело и идти работать вместе с ним?» Но если ты не пойдешь помогать ему, то презришь заповедь Божию, которая и есть дело души, а делать будешь только вспомогательное дело, каким и является твое рукоделие.

2. Сказал авва Антоний, что от ближнего — жизнь и смерть. Если обретаем брата, Бога обретаем. Если вводим брата в соблазн, то погрешаем против Христа.

3. Сказал авва Иоанн Колов:

— Невозможно построить дом сверху вниз, но только с основания до крыши.

— Что означают твои слова? — спросили его.

— Основание — это ближний, которого тебе надлежит приобрести прежде всего. В любви к ближнему заключаются все заповеди Христовы.

4. Брат спросил старца:

— Почему в наше время некоторые трудятся по всем правилам монашеской жизни, но не получают благодати древних отцов?

— Тогда у них была любовь, — ответил старец, — и каждый увлекал за собой ближнего в высоту. А сейчас любовь охладела, и каждый тянет своего ближнего вниз. Поэтому мы и не получаем благодати.

5. Сказал авва Агафон: «Если бы я смог найти прокаженного и отдать ему свое тело и взять его, это было бы наслаждением для меня. Ибо в этом совершенная любовь».

6. О нем же рассказывали, что однажды он отправился продавать свои изделия в город и увидел на площади больного чужестранца, не знавшего, к кому бы обратиться за помощью. Старец пошел вместе с ним и остался в комнате, которую тот снимал. И с продажи своего рукоделия он оплачивал комнату, а оставшиеся деньги тратил на нужды больного. И так он оставался с ним четыре месяца, пока больной не выздоровел. Только после этого спокойно вернулся в свою келью.

7. Как–то авва Агафон пошел в город, чтобы продать свои изделия, и увидел прокаженного, лежавшего у дороги. Тот спросил его:

— Куда ты идешь?

— В город, продавать рукоделья, — ответил старец.

— Сотвори любовь, возьми меня с собой, — попросил больной.

Авва поднял его и взял с собой в город. Прокаженный сказал:

— Положи меня там, где ты будешь продавать свои изделия.

Авва так и сделал. И когда он продал первое изделие, больной спросил:

— За сколько продал?

— За столько–то.

— Купи мне чего–нибудь вкусненького.

Агафон купил. И второе изделие у него купили. Больной спросил:

— А эту за сколько продал?

Старец ответил, и прокаженный попросил:

— Купи мне то–то и то–то.

И авва купил. Когда он продал все изделия и хотел уже уходить, больной спросил:

— Ты уже уходишь?

— Да.

Прокаженный сказал:

— Сотвори любовь, отнеси меня туда, где нашел.

Старец поднял его и отнес на прежнее место. Вдруг прокаленный произнес:

— Благословен ты, Агафон, Господом на небе и на земле.

Авва оглянулся кругом, но никого не увидел — то был ангел Господень, который испытывал его.

Еще рассказывали о нем, что где бы он ни был, всюду спешил всем услужить. Если он садился в лодку, то первый брался за весла. И если приходил к нему брат, то после молитвы сразу начинал готовить еду, ибо его переполняла любовь к Богу.

8. В Келлиях был старец по имени Аполлос. Если его звали на работу, он с радостью шел, приговаривая: «Со Христом сегодня поработаю для души».

9. Авва Феодор из Энатонского монастыря рассказывал: «В молодости я жил в пустыне. Как–то я пошел в пекарню, чтобы испечь два хлеба для себя, и там увидел брата, который готовил тесто, но ему некому было помочь. Я забыл о своем деле и помог ему.

Когда хлеб был готов, пришел еще один брат, и ему я тоже помог испечь хлеб. Тут пришел третий, и я поступил так же. Итак, кто бы ни приходил, я всем помогал и испек шесть хлебов. И только потом, когда никого не было, я испек два хлеба и для себя».

10. Сказал авва Антоний: «Я никогда не предпочитал собственную выгоду пользе брата».

11. Авва Петр рассказывал, что однажды авва Макарий пришел к анахорету и увидел: старец болен. Он спросил, что принести ему поесть, так как у него не было помощников. Анахорет попросил сладостей. Авва Макарий не поленился сходить в Александрию и принести ослабевшему брату то, чего ему хотелось. И удивительное дело, авва Макарий об этом никогда никому не рассказывал.

12. Авва Иосиф рассказывал об авве Агафоне, что у него был нож, которым он резал лозу. Но когда к нему пришел брат и похвалил нож, старец не отпустил гостя, пока тот не взял нож в подарок.

13. Говорят, авва Пимен жил в Скиту вместе с двумя родными братьями. И младший часто причинял всем неприятности.

Авва сказал другому брату:

— Этот малый совсем нас извел. Давай уйдем отсюда.

И они ушли, оставив брата одного. Когда младший понял, что они больше не вернутся, и увидел, что они уже далеко, с воплями побежал за ними.

Авва Пимен сказал:

— Подождем его, ведь он, наверное, устал.

Брат догнал их, покаялся перед ними и сказал:

— Как же вы ушли и бросили меня одного?

— От тебя одно горе, — сказал старец, — поэтому мы ушли.

— Простите меня, я пойду с вами, куда угодно.

Старец, увидев его незлобивость, сказал:

— Возвращаемся, брат, ведь он поступал так не по своей воле — его заставлял дьявол, — и они вернулись на прежнее место.

14. Однажды сарацины напали на авву Сисоя и его брата и ограбили их, забрав у них все, даже одежду. Монахи пошли в пустыню, чтобы найти чего–нибудь съедобное. Старец увидел (засохший) верблюжий навоз. Старец разломал его — в нем оказались зерна овса. Одно зерно он съедал, а другое откладывал.

Брат увидел, что он что–то жует, спросил с обидой:

— Разве любовь в том, что ты нашел что–то и ешь один, а про меня забыл?

— Я не обидел тебя, брат. Твоя доля у меня в руке, — и разжал кулак с зернами.

15. Говорят, авву Пафнутия было невозможно уговорить выпить вина. Однажды он шел по дороге и наткнулся на шайку разбойников, которые пили вино. Атаман был знаком с аввой и знал, что тот не пьет вина. Но увидев, что старец очень устал, атаман наполнил чашу вином, взял в руку меч и грозно сказал:

— Если не выпьешь — убью.

Старец, зная, что должно исполнить Божью заповедь и спасти ближнего, взял чашу и выпил. Атаман тут же покаялся перед ним, сказав:

— Прости меня, авва, что оскорбил тебя.

— Верую Богу, — сказал старец, — что благодаря этой чаще Он проявит на тебе Свою милость и в этом веке и в будущем

— Верую Богу (и обещаю), что отныне не буду злодействовать.

Так старец, отвергнув свою волю ради Господа, сделал всю шайку своими братьями.

16. У одного высокопоставленного аристократа, молодого, привлекательной наружности, был замечательный друг. А у этого друга была молодая жена. Друг часто приглашал аристократа к себе в дом и вместе с женой угощали его. И женщина, сама не понимая причину, стала думать о нем, мысли о госте настолько завладели ею, что она начала сохнуть и слегла в постель.

Муж пригласил врачей. Осмотрев ее, они сказали, что физически она совершенно здорова, тут что–то душевное. Муж принялся подробно расспрашивать ее, чтобы всеми способами найти причину ее недуга, и с трудом убедил ее сказать правду.