Филипп Пономарёв

Я понял, что один раз исповедаться — мало, что трудиться над своей душой мне придется теперь всю мою жизнь, и это похоже на спорт, в котором нельзя забрасывать тренировки, если не хочешь безнадежно отстать. И утром я подошел к Чаше с остальными грешниками, “от нихже первый есмь аз”…

С того момента мои отношения со спортом стали тяготить меня. Я увидел разницу между большим спортом и жизнью христианина и понимал, что уже не могу отдать жизнь за мировое первенство. Спортивные победы утратили смысл. Разве можно поставить знак равенства между победой на чемпионате мира и встречей с Богом?

В итоге я простился со спортом, принял монашеский постриг и сейчас настоятель монастыря. Я оглядываюсь на все, что произошло в моей жизни до воцерковления, анализирую взаимоотношения спорта и веры, и мне хотелось бы обратить внимание читателей на некоторые аспекты этой темы.

Одной из главных бед современного спорта является отношение к спортсменам, особенно к молодым, как к расходному материалу. Он может стать чемпионом — значит, надо выжать из него все, на что он способен. Никто не задумывается о духовной стороне вопроса, о том, что человека легко искалечить, изуродовать физически и морально. Никто не думает о будущем спортсмена, о том, кем он может и хочет стать по завершении спортивной карьеры.

В наши дни спорт деградирует, потому что все покупается, все продается. Исконные цели Олимпийских игр и спорта в целом благополучно забыты. Совсем недавно велись разговоры о том, чтобы узаконить некоторые виды допинга. На это не пошли, но путь выбрали лицемерный. С одной стороны, ужесточили допинг-контроль, а с другой — началась гонка технологий. Не секрет, что легкая и тяжелая атлетика, циклические виды спорта постепенно пропитываются допингом. Борьба включилась в эту гонку значительно позже остальных видов спорта, поскольку борцам сложнее подобрать необходимый препарат; но технологии не стоят на месте. Спортсмен, желающий состязаться честно и тренирующийся без всякого допинга, сознает, что его усилия бесплодны, противники, сидящие на препаратах, окажутся сильнее. Тогда у него два пути: закончить со спортом или быть как все.

Все это приводит нас к одному выводу: спорт должен знать свое место в иерархии ценностей. Например, если ко мне, священнику, придет спортсмен и спросит, грешно ли желать чемпионства,— мне придется подходить к вопросу индивидуально. Как он сопоставляет то, ради чего живет,— спасение души — с той целью, которой хочет достигнуть в спорте? Если чемпионат для него — проходящий этап, если победа не требует отдачи всех духовных и душевных сил, то Бог ему в помощь. Но если он готов заложить за чемпионство душу дьяволу…

…Это случилось на тренировке. Мне, мастеру спорта, выпало бороться с перворазрядником. Он был высокий, нескладный, с плохой координацией, но, как когда-то и я, умел не падать. Чтоб победить, чтоб утвердиться в собственных глазах, я должен был выполнить свой коронный бросок через бедро. Но я сознавал: если возьму соперника так, как он по своей малоопытности позволял мне себя взять, его голова войдет в ковер вместе со мной: два тела на одну шею, а это смерть. Как профессионал я знал, что будет так и не иначе. Тут-то и прозвучал “приятный” голос внутри: “А ты брось его, и будешь бросать всех, и станешь чемпионом мира”. Сейчас я понимаю, что это было предложение от сатаны. Я вполне мог поддаться страшному искушению. Но этого все же не произошло. Я не провел коронного захвата и броска.

Несколько месяцев спустя мой товарищ в аналогичной ситуации сделал сопернику бросок, которого не сделал я. Парень не смог подняться самостоятельно: у него отнялись ноги, а через несколько часов он умер в реанимации. Этот мой товарищ достиг больших спортивных высот, но как он живет с таким грехом на душе — не знаю. Воистину, тщеславие — главное и опаснейшее искушение спортсмена.

Имеет ли смысл заниматься православному христианину спортом? Если он достигает определенного уровня и ему предлагают допинг, то нет. А если он честно трудится, то вполне возможно, что спорт способен в каком-то смысле приблизить его к Богу.

Резюмируя все сказанное выше, отмечу то, что спорт дал лично мне, что хорошего и что плохого. Хорошего — организованность, умение настроиться на то, что не нравится, что не по нраву. Целеустремленность, самоанализ, критичность мышления — без этого в спорте нельзя. Плохого — тщеславие и гордыню... Но я вовремя ушел, а это важно в спорте. Нужно уметь вовремя уйти».

Заключение

Итак, спорт. Какие же можно сделать выводы, основываясь на рассуждениях, приведенных выше?

Прежде всего, необходимо отметить, что с точки зрения христианина спорт действительно явление сложное, неоднозначное и противоречивое по своей сути. Его нельзя отнести к вещам, которые способствуют нравственному и духовному совершенствованию человека, но в то же время нельзя включить в список порождений зла. Зло вообще лишено творческого начала и может только испортить уже сотворенное.

Православное христианство всегда обращается к творениям святых отцов и учителей Церкви. Великие мужи прошлого оставили нам наследие, в котором можно найти ответ на любой злободневный вопрос. И хотя, может быть, мы не найдем там прямого ответа, те нормы жизни христианина, которые исповедовали святые отцы, всегда будут ориентиром для христиан, помогут определить — что хорошо, а что плохо.

В случае со спортом ситуация как раз такая. О современном спорте отцы не писали, но писали о вещах похожих. Они осуждали в спорте то, что уводит человека от Бога. Тщеславие — главный грех спортсменов во все времена. Ради лаврового венка и земной славы олимпийцы тренировались всю жизнь, гладиаторы гибли на аренах Колизея. В наши дни из-за желания побед, денег, признания ломаются жизни и души спортсменов. Бывает, происходит откровенная ложь: понятие «допинг» уже давно прочно вошло в спортивный лексикон. Подобное всегда происходит из-за того, что спорт становится главной ценностью жизни, а о Боге человек забывает.

Святые отцы осуждали неистовое, греховное состояние, в которое впадал человек, приходивший на трибуны. История повторяется. Спортивный фанатизм стал одной из основных проблем современного спорта и в то же время естественным следствием спортивной политики последних десятилетий.

Но все же спорт способен быть безобидным увлечением, и, более того, в каком-то смысле он может способствовать достижению целей христианства. Святые отцы лишь намекали на это в своих творениях, говоря о том, что спорт полезен для здоровья, а также закаляет характер, прививает такие важные качества, как целеустремленность и усердие.

Основатель олимпийского движения барон Пьер де Кубертен, если оставить в стороне его собственные религиозные взгляды, предложил вполне христианское приложение спорта. По его мнению, спорт должен объединять людей, раскрывать для них красоту окружающего мира.

Но идеи де Кубертена провалились, поскольку попытка примирить людей, привить им нравственные ценности невозможна, если человек забывает о Том, Кто создал и утвердил нравственный закон.

И все же на основе всех приведенных выше рассуждений бесспорных выводов сделать нельзя. Все они достаточно относительны, поскольку каждый человек индивидуален. Хотя... один определенный вывод напрашивается сам собой.

Апостол Петр писал об избранности христиан, как народа Божиего: Но вы — род избранный, царственное священство, народ святой, люди, взятые в удел, дабы возвещать совершенства Призвавшего вас из тьмы в чудный Свой свет (1 Пет. 2, 9). «Избранность» предполагает ответственность. Избранные призваны свидетельствовать о Том, Кто их избрал.

Спорт прочно вошел в нашу жизнь. Наряду со всеми противоречиями и минусами в нем присутствует немаловажный аспект, благодаря которому человек может неявно увидеть Истину или, по крайней мере, вспомнить о Ней. Задача христианина, который как-то связан со спортом,— собственным примером демонстрировать окружающим неравнодушие к Истине. Указывать на то, как надо, как должно быть. Иными словами, христианин должен оставаться христианином везде: на спортивных аренах, в кабинете врача команды, в тренажерном зале и даже на трибуне стадиона…