Страница 12 из 16
Вопрос о каноническом достоинстве книги.
Этот вопрос возникал, как у евреев, так и у христиан. В книге ни разу не говорится о Боге, о Законе, не упоминаются какие-либо события из истории израильского народа. Наконец, в Песне Песней содержатся образы, как будто странные для еврейского ветхозаветного сознания. Поэтому многие раввины отказывались признать за книгой каноническое достоинство. В защиту книги выступил раввин Акиба (скончался в 13 году 2го века), который, в частности, привел такие аргументы в пользу канонического достоинства Песни Песней: «Если бы эта книга не была святой, ее не выдавали бы за книгу Священного Писания, настолько она соблазнительна. Второй аргумент – эта книга должна иметь свой сокровенный смысл, иначе можно было бы бояться, что она «пачкает руки». Выражение «пачкает руки» означает, что человек, прикоснувшийся к этой вещи считается оскверненным и должен совершить омовение рук. «Избави, Боже, говорил раввин Акиба, никто и никогда в Израиле не говорил, что Песнь Песней осквернила руки: ибо весь мир не стоит того дня, в который Песнь Песней дана была Израильскому народу. Если все книги Священного Писания святы, то Песнь Песней – Святое Святых этих книг».
Традиции толкования.
В иудейской среде книга всегда толковалась аллегорически. Основным моментом в толковании был следующий: книга описывает любовь Господа к избранному народу и соединяет Израиль и Бога в мистическом браке. По мнению знаменитого раввина Акибы Песнь Песней – это победная песнь Израиля над древними и новыми врагами и хвала Господу, возлюбившему Израиль более всех народов. Основной мотив дополнялся такими же аллегорическими толкованиями подробностей. В качестве примера можно привести объяснение сокровенного смысла, находящегося, по мнению иудейских экзегетов, в перечислении украшений невесты. Так, например, под Ниткой жемчуга они понимали Пятокнижие, под шнурком из драгоценных камней – пророков, под золотыми подвесками – Кетубим, под серебряными подвесками – саму Песнь Песней.
Первым христианским толкователем книги был святой Ипполит Римский. Он первый дал христианское понимание Песни Песней как символического образа взаимоотношений Христа и Его Церкви. Труд святого Ипполита остался малоизвестным. От его толкования сохранились фрагменты на греческом языке. Полностью труд святого Ипполита сохранился лишь в грузинском переводе.
Основой для всех святоотеческих толкований книги Песнь Песней стал труд Оригена. Он углубил иудейское толкование и дал христианскую интерпретацию книги. Под образом жениха он понимал Христа. А под образом невесты - Его Церковь, а также душу человеческую. Блаженный Иероним перевел на латинский язык две беседы Оригена на Песнь Песней. В предисловии к своему переводу он, в частности, писал: «Тогда как в толковании прочих книг Писания Ориген превзошел всех, в изъяснении Песни Песней он превзошел самого себя». К сожалению, труд Оригена не сохранился полностью. Вслед за Оригеном подобным образом книгу толковали святители Афанасий Великий, Кирилл Иерусалимский, Григорий Нисский, Епифаний Кипрский, ученик святителя Иоанна Златоуста Авва Нил, блаженный Феодорит Кирский, преподобный Иоанн Дамаскин. Толкования на отдельные места Песни Песней встречаются у святителя Василия Великого и преподобного Максима Исповедника. Афанасий Великий дополнил толкование Оригена, высказав мнение, что Песнь Песней изображает также взаимоотношения Христа и всего человечества. Наиболее полными святоотеческими толкованиями книги являются толкования святителя Григория Нисского (изъяснены первые шесть глав) и блаженного Феодорита. Последний оставил толкование на всю книгу. В своих толкованиях оба святых отца следуют за Оригеном. Их особенностью является полная бесстрастность.
Ни о какой чувственной любви нет и речи. Эстетизм также отсутствует. Так, в сравнениях какой-то части тела невесты или жениха с животным или растением, они обращают внимание не на красоту тела и природы, а на физиологическое назначение телесного члена, повадки животного или ботанические особенности растения. Во всем этом они находят таинственные указания на догматы Церкви и явления духовной жизни. Святитель Григорий и блаженный Феодорит толкуют по порядку каждое слово. Таких последовательных толкований этой книги в святоотеческой литературе больше не имеется. Прокопий Газский составил «цепь» (катена) толкований на Песнь Песней, в которой привел толкования следующих экзегетов: Филона Александрийского, Оригена, Евсевия Кесарийского, Дидима Слепца, Григория Нисского, Аввы Нила, Феофила Александрийского, Кирилла Александрийского, блаженного Феодорита и других. Труд Прокопия Газского обширен и не систематичен. Он представляет собой набор цитат, не связанных общей мыслью. Известный византийский богослов, философ и государственный деятель Михаил Пселл также составил толкование на Песнь Песней, причем в стихотворной форме. Свое толкование он помещает после толкования «Трех отцов», составленного по св. Григорию Нисскому, св. Нилу и св. Максиму Исповеднику. Однако в своем толковании Михаил Пселл полностью самостоятелен, иногда совершенно расходясь с толкованиями «Трех отцов».
Прокомментировал он книгу только до 8 стиха 6 главы, как и святитель Григорий Нисский. Михаил Пселл почти до конца своего толкования проводит мысль, что в книге выражено откровение любви Христовой к спасающейся душе, и этой души – к своему Спасителю. Затем он начинает высказывать несколько иные мысли, понимая под образом Невесты Церковь, как наставницу человеческих душ.
Святые отцы-аскеты не составили толкований на Песнь Песней. Однако, раскрывая в своих творениях учение о человеке и борьбе с греховными страстями, они нередко использовали образы и выражения из этой книги. Среди отцов-аскетов, обращавшихся в своих творениях к книге Песнь Песней можно назвать преподобных Макария Великого, Нила Синайского, Иоанна Кассиана, Иоанна Лествичника.
Святой отец третьего века Мефодий Патарский в своем творении «Пир десяти дев» дал несколько неожиданное толкование книги. Он увидел в Песне Песней гимн девству. В таком же значении употреблял книгу святитель Амвросий Медиоланский в ряде своих творений о девстве. В этих толкованиях девственная душа, Невеста Христова, изображается устремленной к Небесному Жениху Христу. Эти творения пронизаны эсхатологическим ожиданием всецелого воссоединения с Ним. При этом в них отсутствует чувственная страстность и мечтательность, характерная для позднейших католических «святых».
На Западе книгу толковали святой Григорий Великий (Двоеслов) и Беда Достопочтенный, составивший комментарий на Песнь Песней в семи книгах. Оба они понимали ее как аллегорическое изображение Христа и Его Церкви. Так же понимал эту книгу и святитель Амвросий Медиоланский. Вместе с тем, святитель Амвросий является одновременно основоположником мариологической традиции толкования книги. В своем творении «О воспитании девы и Приснодевстве святой Марии» он рассматривает образ невесты как прообраз Пресвятой Богородицы. В средние века мариологическая традиция получает на Западе дальнейшее развитие. Эта традиция нашла, в частности, отображение в католическом богослужении. У католиков паримии из книги Песнь Песней читаются в богородичные праздники, а также в день святых жен, в день святой Марии Магдалины и в день святого Иосифа Обручника. В православной Церкви книга Песнь Песней за богослужением не читается. Однако образы из нее используются в богородичных песнопениях («Запечатленный Источник», «вся добра Еси и порока несть в Тебе») применительно к Пресвятой Богородице. Образ из этой же книги используется и в акафисте Пресвятой Богородице: «радуйся, Невесто Неневестная». Из восточных экзегетов мариологического толкования придерживается император Матфей Кантакузен.
Им составлено толкование на Песнь Песней, почти полностью основанное на понимании этой книги как откровения о любви Господа Иисуса Христа к Своей Пречистой Матери и Божией Матери - к Своему Божественному Сыну. След мариологического толкования Песни Песней присутствует у Михаила Пселла в конце его комментариев, когда он говорит, что под «Единой избранной и Голубицей» следует понимать Матерь Божию. Еще некоторые отцы, как, например, преп. Ефрем Сирин, свят. Епифаний Кипрский, Николай Кавасила, отдельные выражения из Песни Песней, которые относятся к Невесте, относят к Божией Матери.