Яна Завацкая

Я много раз начинала читать его книги, в оригинале, и в переводе (всё же, надо ознакомиться с философией школы, где учится мой сын). И каждый раз засыпала после нескольких страниц. Ну, невозможно это читать!

Однако, я знаю доктрину Штайнера в общих чертах, по пересказам и изложениям. Никто, думаю, не будет спорить с тем, что доктрина эта оккультная.

Причину, по которой мы отдали ребёнка в вальдорфскую школу, я излагала выше — отставание его в речи, а также полное неумение рисовать, вообще «левополушарное развитие»: умел прекрасно читать, считать, с компьютером — на «ты» без всякого обучения, а вот мастерить или рисовать — только из-под палки. Не любит и не умеет.

Маленькие классы, индивидуальный подход... ну и, наконец — мы сами были тогда эзотериками и ценили «духовность».

При первом знакомстве, вальдорфская школа просто потрясает.

В этой школе часто проводятся концерты для родителей, показательные уроки, вообще — они любят себя демонстрировать.

Когда я увидела впервые такой концерт, он вполне меня воодушевил. Дети разных возрастов хором читали вслух стихи по-английски и по-французски, пели песни на разных же языках, младшие более-менее стройно дудели на флейтах, средние и старшие классы играли на струнных — несколько фальшиво, но всё же, играли что-то там. Демонстрировали эуритмию — медленные движения под музыку.

Кроме того, очень привлекала программа для первого класса, включающая английский и французский языки, музыку, эуритмию, ручной труд (где дети учатся вязать!), рисование, спорт.

Учительница охотно приглашала родителей на уроки — посидите, посмотрите. Вообще характерной особенностью школы является очень тесный контакт с родителями. Собеседование с нами при приёме ребенка в школу длилось часа два.

Школа — частная, платная. Всем родителям подробно объясняют, почему школа принципиально отказалась от всякой помощи государства (мы не хотим зависеть от этого ужасного государства! Мы хотим воспитывать детей по-своему!)

Но, кроме платы за учёбу, от родителей требуется ещё очень и очень многое. Надо сказать, мы были очень недобросовестными родителями, на меня часто вообще смотрели, как на мать-кукушку, которой плевать на ребёнка.

Добросовестные родители проводят в школе ежедневно по несколько часов. Они посещают все школьные мероприятия, ежемесячно — общешкольный концерт, участвуют в «рабочих группах», короче говоря — несут очень мощную общественную нагрузку по школе.

Это при том, что у всех антропософских родителей от 4-х до 10 и более детей.

Так вот я, при своей недобросовестности, всего лишь должна была ежемесячно посещать родительские собрания, участвовать в мытье и ремонте школы (в этом году меня просто обязали еженедельно мыть школьную кухню), работе в саду, являться на многочисленные общешкольные мероприятия и беседы с учительницей.

От этого отказаться уже невозможно. Для настоящих родителей-антропософов ещё постоянно проводятся семинары, лекции по воспитанию, лекции по антропософии, всевозможные курсы, ещё существует детский кукольный театр (мы одно время туда ходили с младшей) и прочее, и прочее...

Кроме этого, учительница за год дважды посещала нашу квартиру, и ещё раз нас посетила учительница труда. И два раза нас вызывали на личную беседу.

Всё это преследует одну цель, которую учительница (фрау Николай) высказала вполне откровенно:

— Обстановка для ребёнка дома и в школе не должна различаться. Дома вы должны создать ребёнку похожую обстановку, чтобы в школе он не погружался в совершенно новый, чужой ему мир.

У большинства родителей она и не отличается от школьной! Присмотревшись, мы поняли, что все родители в нашем классе — сами антропософы и чаще всего — питомцы точно таких же антропософских школ.

Кстати, поэтому часть из них не имеет нормального для немцев образования — после такой школы не так-то легко поступить в обычное учебное заведение.

Но это им и не нужно! Они живут совсем другим.

Я была в домах нескольких школьных приятелей сына. Обстановка в них резко отличается от обычной.

Отсутствие телевизоров, компьютеров, радио. Только натуральная деревянная мебель, натуральный пол и ковры, никаких обычных для квартиры безделушек. Украшения в основном самодельные, причём, узнаваемо типичные.

К примеру, скрученные из ваты ангелочки или голубки. У детей игрушки — только деревянные, соломенные, сшитые из тканей куклы и т.п. Только из натуральных материалов (остаётся только удивляться, как это антропософы не отказываются от стиральных машин и современных кухонь).

Точно такую же обстановку вы увидите в любом кабинете Heilpraktiker — целителя (в Германии это официально существующая профессия).

Такая же обстановка и в школе. Детям в принципе запрещены любые механизмы, даже магнитофон и радио, не говоря о компьютере, нежелательны пластмассовые и механические игрушки. И это в Германии, потребительском рае...

Я и сама никогда не смотрю телевизор и против того, чтобы дети бесконтрольно пользовались компьютером. Тем более, это вредно для нашего сына.

Мы даже, с некоторым облегчением, отказались от телевизора и выкинули все компьютерные игры.

Но, от нормальных игрушек мы так и не отказались... увы... И вообще, конечно, обстановка у нас дома не очень «духовная». Недостаточно духовная для этой школы.

В антропософских семьях, как я уже говорила, детей много. Это для Германии просто нонсенс — при здешней-то низкой рождаемости. Для нашей школы типичны семьи с 4-мя, с 6 детьми, а бывает, что их 13.

При этом, как ни странно, очень крепкими такие семьи не назовёшь. Конфликтов много. В нашем классе учится мальчик, мать которого оставила четверых своих детей, родила пятого от другого мужчины и уехала с этим ребёнком в Ирландию.

Дети остались с отцом, который тут же нашёл другую женщину — тоже антропософку, разведённую, со своими двумя детьми.

Я ходила с дочкой одно время в группу для малышей. Нас было пять мам, в основном, начинающие антропософки (по 1-2 ребёнка). Так вот, из пяти было две одинокие мамы и одна, как раз, разводилась.

Всё это вполне закономерно — антропософия, как и любое другое эзотерическое учение, отнюдь не настраивает человека на сохранение семейных уз. Наоборот — человек настроен добиваться любой ценой (и ценой детских трагедий и слёз) Настоящей Любви и Свободы.

Почему же эти люди заводят, в отличие от обычных немцев, по много детей?

Я думаю, их основным интересом в жизни является антропософское воспитание. Не воспитание для детей, а дети — для воспитания. То есть, детей рожают именно с целью дать им вот такое особое, духовное воспитание. В свою очередь, эти дети (те из них, кто будет хорошо воспитан) пойдут тем же путём.

По крайней мере, такое впечатление складывается из общения с этими семьями.

Поскольку наша семья, даже будучи «эзотерической», всё же, сильно отличалась от других семей в этой школе, мы постоянно ощущали некоторое давление.

Учительница настойчиво рекомендовала нам, чтобы мы звонили ей, желательно ежедневно, и задавали вопросы по воспитанию. Постоянно советовала пойти на то или другое антропософское мероприятие (это по её троекратному назойливому требованию я, в конце концов, начала ходить с дочкой на курс для малышей. Даже отказаться было неловко — она выставляла это так, как будто я совершенно не забочусь о детях).

Как проходят сами родительские собрания?

На последнем, к примеру, мы вначале полчаса занимались «медитативным письмом» — переписывали красивым почерком изречение Рудольфа Штайнера. Учительница обязательно читает короткую лекцию по воспитанию.

Наш сын, как все дети в Германии, к сожалению, увлечён этими жуткими монстрами — покемонами. Причём, компьютера у него не было, но он достал где-то детские журналы, выучил всех покемонов наизусть...

Родственники подарили ему календарь с покемонами, и он повесил этот календарь у себя в детской. Учительница, конечно, это увидела и потом в школе от него требовала, чтобы он этот календарь снял.

Специально подарила нам картину (полуабстрактную, с неким ангелом), чтобы мы повесили её вместо календаря.

Сын в свои семь лет ещё не научился врать, и делился со мной мучительными сомнениями: «Я не хочу снимать календарь, а фрау Николай меня спросит опять, снял ли я его...» К счастью, фрау Николай об этом календаре вскоре забыла.

Мне не нравятся эти покемоны, но я считаю, что уж совсем зверского давления на ребёнка быть не должно. Я стараюсь увлечь его чем-то более полезным. Отец вырезал вместе с ним «Пикачу» из фанеры... а дочке подарили плюшевого «Пикачу», и она его кормит, возит в коляске и укладывает спать.