Страница 3 из 6
Только что из окна вагона я оглядел всю Америку, весь ее неохватный простор и разнообразие. И мне вспомнилось, как преп. Серафим видел просторы русской земли, над которой словно кадильный дым поднимались к небу молитвы верующих. Тут, наверное, кто-нибудь запротестует: "Типичные фантазии новообращеннаго! Америка - это Америка, страна протестантов и безбожников.
Православных здесь ничтожное меньшинство, мы замкнуты в себе и не имеем ни малейшаго влияния на жизнь страны". Что ж, я вовсе не говорю, что мы "обратим" Америку: это было бы слишком самонадеянно. Но ведь и сам преп. Герман думал о том же. После перваго "миссионерскаго с езда" на американской земле, когда монахи распределяли между собой территорию Аляски и спорили, кому достанется больше трудов, он написал в письме, что чувствовал, будто находится среди Апостолов, распределяющих для проповеди всю тогдашнюю вселенную.
Однако совсем не нужно обращаться к таким возвышенным образам чтобы увидеть, как молитвы могут вознестись к Господу и над Америкой. Достаточно нам самим - православным христианам - вспомнить, кто мы такие, всерьез отнестись к нашей вере и саму нашу жизнь сделать истинно христианской. Тогда мы станем отличаться от других, окружающие заметят это, заинтересуются, почему мы не такие как все, и найдут у нас ответ на неразрешимые, как им казалось, вопросы.
В поезде у меня было несколько интересных встреч и разговоров о Православии. Я, конечно же, не раздавал брошюр по вагонам, но сам мой вид - в рясе, с крестом и с бородой - привлекал внимание. Сплошь и рядом это было праздное любопытство, что, впрочем, типично для сегодняшняго отношения к православным в Америке: маленький мальчик был убежден, что я Дед-Мороз, а какая-то женщина назвала меня "Аятоллой" (
в это время происходила революция в Иране. - пер.) Еще я повстречал несколько человек, которые должны были быть православными: женщину замужем за греком, и еще мужчину, женатаго на гречанке, причем ни муж, ни жена не православные потому, что предки жены перешли в лютеранство "чтобы быть как все": еще одна православная семья стала жертвой омирщвления.
Но были и плодотворныя встречи. Я разсказывал людям о Православии (о котором им до сих пор не приходилось слышать), поделился несколькими номерами нашего журнала. Вот одна из историй, особенно трогательная для православнаго сердца.
В тот день мы проезжали штат Ваиоминг - пустую, промерзшую равнину, только стада антилоп там и тут, - и я разговорился с серьезным молодым человеком. Он обнаружил, что "харизматическое" христианство - не от Бога, и теперь повсюду искал истину. Успев уже разочароваться в римском католицизме и различных протестантских исповеданиях, он взялся учить русский язык чтобы поехать в Россию и послушать, что скажут те, кто страдает за веру.
"Уж там-то, наверное, всерьез", - надеялся он, видя кругом столько религиознаго лицемерия. Он подробно разспрашивал меня обо всем, от православной догматики до обычаев и нравственнаго учения; потом прочитал главу о харизматическом движении из нашей книжки "Православие и Религия Будущаго" и подтвердил, что она точно соответствует его собственному опыту, который он сам не умел выразить.
Вот вам ситуация, когда Православие, истинная христианская вера, может буквально спасти человеческую душу, доведенную до отчаяния безсильным западным христианством. Посеяно еще одно семя; пускай не весь Ваиоминг, но хоть кто-то здесь станет православным.
Снова и снова убеждаемся мы, что Православие, по определению св. Тихона, это и есть истинное христианство, необходимое сегодня как никогда. Это безценное наше богатство не может лежать без дела. Совсем не обязательно ходить по домам, как "Свидетели Иеговы", или проповедовать на улицах. Наша вера найдет себе естественное внешнее выражение, коль скоро мы станем работать над ней, коль скоро мы предоставим ей возможность изменить нашу жизнь.
Вот что я услышал недавно от одного искренне верующаго человека: "Православие - это истина, но она слишком сложна для нашего времени. Поэтому я мало с кем говорю о Православии". В этих словах есть зерно правды: Православие действительно гораздо сложнее западных вероисповеданий; но тем не менее каждый, в ком есть стремление к живой, требовательной вере, способен принять его.
Так что надо гуще сеять, чтобы был богаче урожай. Но прежде всего надо обратиться к своей собственной жизни и в самом центре ея поставить и укрепить истинную православную веру.
Вглубь Православия
Как этого добиться? В какой-то мере ответ известен каждому, кто не удаляется от Церкви и ея учения: ходи на службы, храни веру, причащайся Св. Даров, читай православные книги. Но, бывает, люди делают все это почти механически, не углубляясь в Православие.
Ходить в церковь и соблюдать внешнюю форму Православия - этого мало: надо еще ясно отдавать себе отчет во всем, что бы вы не делали. Если вам приходилось говорить с протестантами или атеистами, которые всерьез хотят узнать о православной вере и обычаях, вы согласитесь с тем, как это важно. Ведь отвечая на их вопросы, вы можете хотя бы слегка пр и открыть им глубину Православия и тем самым, по существу, спасти их души. Почему вы осеняете себя знаком Креста? Почему вы молитесь святым?
Почему у вас в церкви стоят, или кланяются до земли? Почему у вас всегда поют "Господи, помилуй"? Что такое Причастие? Почему вы разсказываете о своих грехах священнику? Особенно в наши дни, когда вокруг нас столько не знакомых с истиной, но упорно ищущих ее людей, нельзя допускать, чтобы все это происходило просто по привычке: мы должны уметь, по словам Ап.
Петра, дать отчет обо всем, во что мы верим и что делаем. Задавайте вопросы, читайте, разбирайтесь в церковных службах по книгам, - тем или иным путем, но углубляйте свои знания.
Далее, недостаточно изучать Православие: необходимо буквально пропитываться им. Преп. Серафим учил, что христианин должен "весь как бы погружаться в Закон Божий"; это требует от нас гораздо большего, чем думают некоторые. Но нельзя, конечно, хвататься за все сразу. Если вы ходите в церковь по воскресеньям, начинайте бывать на всенощной по субботам и в канун праздников; если вы поститесь Великим постом - постарайтесь попасть на замечательныя великопостныя службы - литургию Преждеосвященных Даров, Андреев канон, Похвалу Пресвятой Богородицы.
И еще очень важная вещь: надо читать. Иоанн Златоуст говорит даже, что без чтения духовных книг невозможно спастись. Почему так? Все дело, опять-таки, в мощном влиянии мира, которому мы безсознательно подвергаемся день за днем и час за часом: мы неминуемо поддадимся ему, если не будем сознательно сопротивляться, наполнять свой разум и сердце христианскими образами.
Для этого есть множество книг, и по-русски, и по-английски. Прежде всего, конечно, Священное Писание и его православные толкователи. Далее, жития святых и современных подвижников; "Моя жизнь во Христе" прав. Иоанна Кронштадтскаго; "Невидимая Брань" в изложении Никодима Святогорца и Феофана Затворника; "Душеполезныя Поучения" Аввы Дорофея; "Духовныя Беседы" Макария Великаго; богослужебные книги, все в большем числе выходящия по-английски; "Лавсаик" с житиями пустынников, чьи слова звучат сегодня так же свежо и верно, как и полторы тысячи лет назад; жизнеописания новомучеников России; "Единое на потребу" архиеп. Андрея (Рымаренко).
Все эти книги, и множество других, вы можете купить в монастырском книжном магазине. Они вносят изумительную ясность в душу каждого, в ком есть хоть искра живой веры: они раскрывают дверь навстречу свежему ветру невидимаго мира, без которого душа чахнет и гибнет.
Но, разумеется, стержень углубления веры - это целительныя средства церковнаго покаяния и святой Евхаристии, которыя вы должны принимать во всей возможной полноте, как рекомендует вам священник. А вместе с ними - и каждодневныя проявления христианской любви: пожертвования на церковныя нужды, помощь больным и бедным. Если вслед за вашими добрыми делами идет и сердце, то они помогут вам зашититься от омирщвления, подняться над этим временным миром к Небесному Царству.