Страница 24 из 38
После сего, кто бы мог подумать, что там, где так бесчинно торжествовал разум, снова будет торжествовать христианство? Никто! Разве только верные последователи Христовы. Но при Наполеоне уже совершено было торжество Католической Церкви. Впрочем, это еще не было истинное торжество христианства. Это был тот же зверь, только с другой стороны; здесь восстановлен только внешний вид благочестия, а об истинном восстановлении никто не думал, - и тех католических писателей, которые писали об этом, почитали мечтателями. Но Наполеон пал, и на месте христианского лицемерия восстановлено истинное благочестие. На месте торжества, совершавшегося в честь разума, совершена панихида, потом заключен беспримерный союз трех монархов Европы, во имя Святой Троицы обещавших хранить веру и добродетель. Союз этот признан одним из наших министров первым актом будущего Царства Христова. И он действительно таков. Кто же внушил такие мысли монархам, какими начинает свой манифест наш император Александр I? Прежде стыдно было бы так сознаваться. Кто заставил думать о Вольтере, Дидероте и о подобных им, как о злых духах? Кто, если не верховный Царь наш Иисус Христос? Он произвел такую спасительную перемену, что если бы Вольтер, и подобные ему, воскресли, то сделались бы истинными христианами.
Много ли говорит Священное Писание о царской должности Иисуса Христа? В Ветхом Завете, особенно у пророков, говорится много, в Новом Завете -в Евангелиях - говорится много, в Посланиях - мало, Апокалипсис весь почти говорит об этом. Но можно ли из сказанного пророками составить полное и определенное учение о Царстве Иисуса Христа? Можно составить учение, но неполное, потому что пророчества неопределенны и слишком обширны. Взор пророков часто обнимал не только видимое, но и все невидимое протяжение сего Царства; у них все представлялось вдруг, как бы в перспективе, то есть лица и происшествия как бы смешивались. Чтобы видеть, куда что относится, надобно найти ту точку, с которой они смотрели; но точку сию мы не всегда можем найти. Оттого из их пророчеств не можем составить полного и определенного учения о Царстве Иисуса Христа; впрочем, общее учение извлечь можем. В Евангелиях говорится более о нравственном Царстве, состоящем в духе. Иисус Христос, если и касался в некоторых притчах -а Он обыкновенно изъяснялся о Царстве Своем приточно (в форме притчи) -внешности, то ограничивался только тогдашним временем, а о будущем, о нынешнем состоянии Своего Царства не говорил. Правда, в последней беседе с учениками Он отчасти коснулся его; но коснулся только кончины видимого царства, и то неопределенно. На Послания, в которых содержится учение о Царстве Иисуса Христа, можно указать.
Они суть: Второе послание к Фессолоникийцам (2 Фес. 2; 1-12), где говорится об антихристе, также в Посланиях к Коринфянам, к Ефесеям - о союзе Иисуса Христа с Церковью, и к Евреям. Во всех сих местах о Царстве Иисуса Христа говорится прямо и определенно, но мест этих мало.
Почему мало, почему апостолы не сказали в своих Посланиях столько, сколько Иоанн в Апокалипсисе? Частично потому, что Иудеи имели еще чувственные понятия о Царстве Мессии, а язычники относились со своими политическими подозрениями, частично, можно догадываться, и потому, что Дух Святый не открыл им этого. На чем можно основывать сию догадку? На том, что у них не было определенного понятия о Царстве сем, особенно о времени продолжения его. Отсюда-то составилось у них мнение о скором ожидании пришествия Христова, которое ясно открывается из слов апостола Павла. Промысл в сем случае предоставлял собственному их произволу, а открыть не хотел, потому-то они и могли погрешать. Теснота и бедствия могли предрасполагать их к сему.
Много ли можно в сем случае пользоваться Апокалипсисом? Немного, ибо здесь события представляются под символами и картинами; но к какому времени должно отнести известное событие, что есть в нем существенного и что стороннее? Это определить трудно и даже невозможно. Апокалипсис служит надежде и чувству, а для веры в нем мало. В нем представляется борьба света с тьмой и победа первого над последней; но как происходит борьба сия, какие употребляются средства?.. Неизвестно. Все это представлено благочестивому чувству, а не рассудку. По букве книга сия очень обширна, но по духу не столь обширна; в ней представлена описательно та общая и известная истина, что добродетель подвергается гонениям, но гонения сии оканчиваются славой.
Итак, есть ли Иисус Христос Царь? Есть, - это видно из безчисленно многих наименований. Так, при самом рождении Он именуется Царем. Где есть рождейся Царь Иудейский? (Мф. 2; 2). Также Пилат называет Его Царем, и Он не отвергает сего: Ты ли еси Царь Иудейский? Иисус жерече ему: ты глаголеши (Мф. 27; 11).
Какая цель сего Царства? Цель общая: спасение рода человеческого от клятвы и управление им; иначе - ниспровержение врагов, пороков, дел диавола и его самого. В частности, по отношению к закону нравственному, -уничтожение владычества греха и воцарение правды, святости и закона; по отношению к целому миру, - восстановление всей воздыхающей твари, или возглавление всяческих; по отношению к Церкви, - представление ее чистой, не имущей скверны и порока или нечто от таковых. Какие употребляются средства, как она выражается? Выражается видимо через пастырей Церкви: в Новом Завете - Христоправление, так как в Ветхом Завете было Бого-правление.
Какие законы? Внутренний кодекс, писаный, и внешний, неписаный, -действие на сердце Святаго Духа. Итак, законоположение здесь одно посредственное, а другое - непосредственное.
Чем сходно и чем несходно сие Царство с царствами земными? Сходно тем, что в нем также есть законы, наказания и награды, несходно в образе правления. Там употребляется физическая сила, а здесь духовное убеждение; употребляются иногда и средства внешние, но очень редко и в крайней нужде. В Церкви αναθεμα есть то же, что в государствах политическая смерть.
Какое условие вступления в сие Царство? Два условия: вера и дела. Надобно прежде поверить, что Царство сие существует, а потом надобно поступать так, как требуют его законы.
Кто исполнит оба сии условия, тому даются великие права, а именно: он принимает прощение грехов - это благо отрицательное! Усыновляется Богу на земле и делается наследником неба - это блага положительные!
Какая дверь, через которую можно войти в сие Царство? Дверь эта есть Крещение. Крещению усвояется все потому, что здесь сосредоточивается все со стороны Бога и со стороны человека: со стороны человека - обеты; а со стороны Бога - обещания и награды.
Своими ли силами выполняют подданные сего Царства законы? Нет, силами благодати, что составляет новое отличие Царства Христова.
Обещаются ли награды? Обещаются и даются, а именно: в сей жизни мир внутренний и внешний; апостол Павел часто указывает на это; даются также и внешние блага, например, долгоденствие, здоровье, слава и уважение. Блага сии были в Ветхом Завете и в Новом они есть, и обещаны апостолами. Кроме того, в сей же жизни даются дары чудесные; по отношению к ним никакое царство земное не может сравниться с сим Царством. На эти дары есть прямое указание, как на признак членов сего Царства: на недужнымя руки возложат, и здрави будут... змия возмут: аще и что смертно испиют, не вредит их (Мк. 16; 18). Еще обещается им явление Бога и святых: Аз и Отец придем к нему и обитель у него сотворим (Ин. 14; 23). Примеров явлений Богоматери и святых очень много. В будущей жизни обещается им совокупность всех благ, известных под именем вечного блаженства. Какие наказания? Противоположные наградам, то есть лишение всего, что выше указано. Вот краткий и поверхностный очерк Царства Христова.
О приложении спасения, или об усвоении заслуг Иисуса Христа верным
Что разумеется под приложением, или же усвоением заслуг Иисуса Христа роду человеческому? Разумеется перенесение спасения от Христа на людей. И поелику спасение сие есть двоякое, то есть оно состоит в избавлении человека от зол и в доставлении ему благ - в примирении с Богом и в наследии Царства Небесного, то приложение спасения к роду человеческому состоит в перехождении на людей как примирения с Богом и избавления от зол, так и наследия Царствия Небесного и приобретения благ: то и другое, без приложения, могло бы оставаться в одном Иисусе Христе - виновнике и источнике всех сих заслуг, как это и остается для некоторых.