Ильин И.А.

Однажды мне довелось созерцать любовный танец белого павлина; я стоял и дивился на его тончайший кружевной веер, грациозно раскинутый и напряженно трепещущий, на это сочетание горделивого изящества и любовного преклонения, на играющую серьезность его легких и энергичных движений; я увидел чистоту, красоту и безгрешность природной любви, — и сердце мое раскрылось в радости и благодарности...

На восходе солнца, в нежном сиянии и глубокой-полусонной тишине вошел наш корабль в Коринфский канал. В розовом свете спали далекие цепи гор; крутые берега канала высились, как суровая стража; благоговейно молчали и люди и птицы, ожидая и надеясь... И вдруг берега впереди расступились и зелено-млечные адриатические воды, несшие нас, хлынули в темно-синие недра Эгейского моря, — и солнце и вода встретили нас ликованием света. Могу ли я забыть это счастье, когда сердце мое всегда отвечает на него ликующим пением?..

У каждого из нас сердце раскрывается и поет при виде доверчивой, ласковой и беспомощной улыбки ребенка. И может ли быть иначе?

Каждый из нас чувствует навертывающуюся слезу в оке своего сердца, когда видит настоящую человеческую доброту или слышит робкое и нежное пение чужой любви.

Каждый из нас приобщается высшему, сверхземному счастью, когда повинуется голосу своей совести и предается ее потоку, ибо этот поток уже поет ликующую мелодию состоявшегося преодоления и потустороннего мира.

Сердце наше поет, когда мы предаем погребению героя, служившего на земле Божьему делу.

Сердце наше пост, когда мы созерцаем в живописи подлинную святыню; когда мы сквозь мелодию земной музыки воспринимаем духовный свет и слышим голоса поющих и пророчествующих ангелов.

Сердце наше поет при виде тайн, чудес и красот Божьего мира; когда мы созерцаем звездное небо и воспринимаем вселенную, как гармоническую совокупность; когда человеческая история являет нам сокровенную тайну Провидения и мы зрим шествие Господа через века испытаний, труда, страданий и вдохновения; когда мы присутствуем при победе великого и правого дела...

Сердце наше всегда поет во время цельной и вдохновенной молитвы...

__________

А если нам сверх того дается возможность в меру любви участвовать в событиях мира и воздействовать на них, то счастье нашей жизни может стать полным. Ибо поистине мы можем быть уверены, что в развитии этого мира ничто не проходит бесследно, ничто не теряется и не исчезает: ни одно слово, ни одна улыбка, ни один вздох... Кто хоть раз доставил другому радость сердца, тот улучшил тем самым весь мир; а кто умеет любить и радовать людей, тот становится художником жизни. Каждый божественный миг жизни, каждый звук поющего сердца влияет на мировую историю больше, чем те «великие» события, хозяйства и политики, которые совершаются в плоском и жестоком плане земного существования и назначение которых нередко состоит в том, чтобы люди поняли их пошлость и обреченность...

Нам надо увидеть и признать, и убедиться в том, что именно божественные мгновения жизни составляют истинную субстанцию мира; и что человек с поющим сердцем есть остров Божий — Его маяк. Его посредник.

Итак, на земле есть только одно истинное счастье, и это счастье есть блаженство любящего и поющего сердца: ибо оно уже прижизненно врастает в духовную субстанцию мира и участвует в Царстве Божием.

КОММЕНТАРИИ

ПОЮЩЕЕ СЕРДЦЕ. КНИГА ТИХИХ СОЗЕРЦАНИЙ

Впервые книга опубликована на немецком языке под названием «Das verschollene Herz. Buch der stille Besindungen» в Берне в 1943 г. Вариант на русском был подготовлен самим автором и издан его вдовой И. Н. Ильиной в Мюнхене в 1958 г.

Печатается по тексту указанного издания.

1 Гоголь Н.В. Мертвые души // Собр. соч.: В 7 т. Т. 5. — М., 1967. — С. 23.

2 Ср.: «Точность и краткость — первые достоинства прозы» (Пушкин А.С. О прозе // Полн. собр. соч. — Т. 7. — Л., 1978. — С. 12).

3 Лермонтов М.Ю. Герой нашего времени // Собр. соч.: В 4 т. Т. 4 — М., 1976. — С. 126.

4 По поводу «черного луча» любопытен следующий отрывок из письма И.А. Ильина к П.Б. Струве от 3 ноября 1922 г. из Берлина, фактически через месяц после высылки философа из Советской России: «Если Вы думаете, что там у нас был духовный застой — то Вы глубоко ошибаетесь. Нет, там была огромная адская кузница духа; молот сатаны отбирал драгоценные камни от шлака, и уцелевшие под его ударами получали новый луч — черный, в своем первоначальном белом сверкании. Без этого черного луча — все души бессильны бороться с сатаною» (ЦГАРФ, ф. 5912, оп. 1. ед. хр. 60, л. 17 об., 18).

5 Преп. Серафим, принимая к себе людей для духовной беседы, встречал каждого словами: «радость моя». Это приветствие служило также обычным обращением о. Серафима к инокам Саровской обители, своим духовным чадам и вообще ко всем приходившим к нему. Вот один из примеров такого обращения: «...Радость моя! молю тебя стяжи мирный дух, и тогда тысячи душ спасутся около тебя» (Житие старца Серафима, Саровской обители иеромонаха, пустыножителя и затворника.— Муром, 1893. — С. 71. См. также с. 123, 162, 188).

6 ...и даже врата адовы ей не препятствие — ср.: «врата ада не одолеют ее» (Мтф. 16, 18).

7 ...как, высоко над нами все ликует... во всей вселенной — ср.: «Когда мы искренно каемся во грехах наших и обращаемся ко Господу нашему Иисусу Христу всем сердцем нашим, Он радуется нам, учреждая праздник, и созывает на него любезные Ему Силы, показывая им драхму, которую Он обрел паки, т. е. царский образ Свой и подобие..".» (Житие старца Серафима, Саровской обители иеромонаха, пустыножитеяя и затворника. — С. 299).

8 См.: Мтф, 27, 24.

9 Отличие этих «медитаций» от православных молитв на примере восточных религий отмечено иеромонахом Серафимом Роузом: «Вся сила, дарованная тем, кто применяет на практике восточные религии, берет начало в том же феномене медиумизма, главной характеристикой которого является пассивность перед «духовной» реальностью, которая дает возможность человеку войти в контакт с «богами» нехристианских религий. Этот феномен можно наблюдать в восточной «медитации» даже тогда, когда ее называют «христианской» (Роуз С. Святое православие. XX век. — М., 1992. — С. 121).

'" Симеон Столпник. (356—459) — христианский аскет. Родился недалеко от Антиохии в Сирии в бедной семье. В юности пас стада, затем ушел в монастырь. Положил начало новому виду подвижничества: поставил столб в 6 локтей высотой (приблизительно три метра) и, взойдя на него, постоянно пребывал в посте. Впоследствии он все более и более увеличивал высоту столба (до 40 локтей) и простоял на нем около 47 лет. По преданию, умертвив «воздержанием и труды страсти», Симеон силою обитавшей в нем благодати Божией исцелял болезни и предвидел будущее.

«Одинокая молитва» — это образное выражение И.А. Ильина.

11 См.: Быт. 18, 23—33.

12 Эринии — в греческой мифологии богини мести.

13 Вероятно, И.А. Ильин имеет в виду стихотворение М.Ю. Лермонтова «Тучи».

14 Возможно, И.А. Ильин считал, что наблюдение за простым пауком привело Спинозу к созданию учения о единой субстанции (т.е. о том, что лежит в основе всего), которая для него являлась Богом, или природой.

15 Диоген Синопский (ок. 404 — ок. 323 до н. э.) — древнегреческий философ. Практиковал крайний аскетизм. Современники называли его «сумасшедшим Сократом». По преданию, жил в бочке, подчеркивая этим ненужность удобного жилища, а на вопрос Александра Македонского, чего бы хотел Диоген от него, ответил: «Отойди, не загораживай мне солнца».

16 Эту цитату в известных источниках найти не удалось. Надо заметить, что И.А. Ильин в литературных приложениях к «Аксиомам религиозного опыта», где он дает аутентичные данные используемой им литературы, именно эту цитату Антония Великого приводит без указания источника (см.: Ильин И.А. Аксиомы религиозного опыта. — Т. 2. — С. 222).

17 См.: Пушкин А. С. Дар напрасный, дар случайный // Полн. собр. соч.: В 10 т. Т. 3. — Л., 1977. — С. 59.

18 См.: Платон. Государство // Собр. соч.: В 3 т. Т. 3 (I). — М., 1971. — С. 321—325.

1!1 Беркли Джордж (1685—1753) — английский философ. Отвергал бытие материи как субстанции (основы всего) и признавал истинным существование только духовного бытия.