Страница 15 из 185
" Многие просто не понимали, о чем я говорю, другие строили гримасы; а мама очень волновалась и для того, чтобы я перестала говорить подобные вещи случайным встречным, проводила со мной «воспитательную работу», объясняя, что девочки батюшками не бывают... Образ "тети-батюшки" (потом я узнала, что его зовут отец Иоанн) так и стоял перед моими глазами.
Я старалась копировать, как он молился, опуская глаза вниз, и с большим желанием ходила в храм семинарии, проливая море слез, если мама жалела меня рано будить. Видимо, не без Промысла Божия была эта встреча». Забегая вперед, скажем, что вся жизнь Валентины Сергеевны связана с Владыкой Иоанном. Она стала врачом и лечила митрополита до самых последних дней его.
Рядом с Владыкой была она и в роковой день 2 ноября 1995 года... Но все это впереди, а пока отец Иоанн только начинал учебу в Саратовской семинарии. Судя по воспоминаниям, на Крещение Господне в 1949 году отец Иоанн служил в верхнем храме Троицкого собора. Народу было так много, что люди не помещались в храме, полностью была заполнена и Троицкая площадь...
После окончания службы все двинулись на Иордань. Собравшихся, по сведениям министра госбезопасности Абакумова, было около тридцати тысяч... С иконами, с хоругвями двинулись на берег Волги. Началось великое освящение. Когда святитель Борис погрузил крест в воду, кто-то выстрелил из ружья - стая голубей закружилась над головами верующих. Сотни людей срывали с себя одежду и прыгали в воду...
3 ПРОДОЛЖЕНИЕ этой истории нам известно. На стол Г. Маленкова лег подписанный В. Абакумовым доклад. Министр госбезопасности СССР предлагал разобраться с виновными. Разумеется, во времена владычества «ленинской гвардии» надобности в подобных ухищрениях не было. Тогда - «чем большее число представителей реакционной буржуазии и реакционного духовенства удастся нам по этому поводу расстрелять, тем лучше» - священников просто расстреливали.
Но благодаря тому, что еще 11 ноября 1939 года на заседании Политбюро ЦК ВКП(6) было принято решение - «Указа- 60 ние товарища Ульянова (Ленина) от 1 мая 1919 года за №13666-2 «О борьбе с попами и религией», адресованное пред. ВЧК товарищу Дзержинскому, и все соответствующие инструкции ВЧК-ОГПУ-НКВД, касающиеся преследования служителей Русской Православной Церкви и православно верующих, - отменить»1, теперь, десять лет спустя, Абакумову, Суслову, Хрущеву, Шелепину требовалось изобрести некое основание для новых репрессий против Православной Церкви.
Между прочим, как раз в это время подручные В. Абакумова терзали на допросах архиепископа Мануила, пытаясь обвинить его в антисоветской работе. Владыка Мануил держался твердо, и все, что могли вменить ему, свелось к «завуалированной контрреволюции». Судимость эта за недоказанностью преступлений была снята с епископа Мануила в 1958 году. Ну, а дело, связанное с «саратовской купелью», продолжало развиваться своим чередом...
В апреле 1949 года заведующий отделом пропаганды и агитации ЦК ВКП(б) Д. Т. Шепилов представил на рассмотрение ЦК проект постановления «О массовом совершении религиозного обряда в день церковного праздника «крещения» в городе Саратове». Не дожидаясь решения ЦК ВКП(б), Шепилов разослал на места материалы для семинаров секретарей райкомов ВКП(б)
, составленные в традициях троцкистско-ленинского безбожня. Однако, после того, как проект постановления по Саратову был отправлен в архив с пометкой «Решения не принималось. Вопрос тов. Маленковым был доложен тов. Сталину», Шепилов вынужден был заново редактировать уже разосланные по местам материалы. С болью вычеркивал он столь дорогие его сердцу фразы о «воинствующем пролетарском атеизме», «непримиримой борьбе» и т. д.
Вся мощь подготовленного «ленинцами» удара ушла впустую. Даже в самом Саратове, который намечено было громить показательно,, никаких оргвыводов, кроме перемещения Владыки Бориса на опустевшую Чкаловскую кафедру, не последовало. Ну, а отец Иоанн после смены епархиального руководства смог вздохнуть свободнее. Клеймо «опасного человека», наложенное епископом Борисом, было снято с него. - Я посмотрел на тебя...
- сказал ему ректор семинарии --- 1 Тогда же Народному Комиссариату внутренних дел было поручено «произвести ревизию осужденных и арестованных граждан по делам, связанным с богослужительском деятельностью, освободить из-под стражи и заменить наказание на не связанное с лишением свободы осужденным по указанным мотивам, если деятельность этих граждан не нанесла вреда Советской власти».
6 1 отец Феогност, - и по твоему настроению убедился в противоположности данной тебе характеристики. Учись спокойно. Если будут обижать, обращайся за помощью ко мне. « Мы стали жить вместе... - вспоминает протоиерей Иоанн Букоткин. - Наши коечки стояли рядом. У каждого из нас было свое собственное занятие. Однако почти все время мы проводили вместе.
Отец Иоанн был моложе меня на полтора года, но вел себя очень сдержанно, даже строго. Бывали случаи, когда он улыбался или мягко и благородно шутил. Причем шутки его были весьма поучительны. Он любил читать и, можно сказать, жил с книгой...» Для нас очень важны эти подробности. Будущий протоиерей Иоанн Букоткин не догадывался даже о происходящем в душе отца Иоанна: «Каких-то особых бесед у нас не было, поскольку мы и так постоянно общались с ним», - но отмечает удивительную, не соответствующую возрасту строгость и сосредоточенность соседа.
И еще удивляло его, как много молится молодой иеромонах. Помимо обязательной для всех воспитанников общей молитвы, которая начиналась в семь часов утра, ежедневно отец Иоанн исполнял свое довольно продолжительное правило. Жили семинаристы в общежитии на Глубочевом овраге, а занятия проходили на другом конце города. Добирались туда на трамвае или троллейбусе через весь Саратов.
Отец Иоанн всегда выходил на улицу в полном священническом облачении - рясе, скуфейке, сапогах, с иерейским крестом на груди. Учитывая, что никто из саратовских батюшек не ходил по улице в священнической одежде, поездки отца Иоанна из общежития в семинарию и обратно можно считать актом иерейского мужества. Как вспоминает Иоанн Букоткин, однажды семинаристы повстречали по дороге женщину с маленьким мальчиком.
Малыш, увидев отца Иоанна, радостно закричал: - Мама! Смотри, смотри! Клоун! Об этом свидетельствует и Валентина Сергеевна Дюнина: «Над священниками в рясах нередко смеялись, и я видела, как дети бросали в них камни. Я горько плакала от своей безпомощности, а если и пыталась защитить, то расплачивалась тем, что и меня начинали дразнить: "Попиха, монашка!
"» Но разве мог прятать за гражданской одеждой свое иерейское существо ученик Владыки Мануила? 62 4 16 АПРЕЛЯ 1949 года, когда огласили приговор - десять лет лагерей! - архиепископу Маиуилу было шестьдесят пять лет. «Лагерь по своему устройству напоминает монастырь, только вывернутый наизнанку. Если в обители жизнь организована на началах свободного самоотречения и сознательного выбора, то зона принудительно вгоняет человека в образ животного, развязывает "низ", страсти, и убеждает в истинности лишь одной сверхчеловеческой и надмирной силы - власти Главного Писаря, держащего в своих руках нити управления Системой.
Методично и упорно из десятилетия в десятилетие на этом полигоне воспитывали говорящего зверя. Туповатые вертухаи, не блещущие знаниями надсмотрщики умеют использовать греховную сторону падшей природы Адама. От постоянной сосредоточенности на зле, которым зона окружает заключенных, они теряют образ Божий, утрачивают духовную почву и, обессилев, с покорностью навеки превращаются в рабов материи (
и, конечно, Слуг Народа, которые ее организуют в общественный социум)... Лагерь наиболее полно воплощает естество падшего мира: постоянно творимое насилие и взаимное поедание. Для уголовников и "воспитателей" (палачей) он - дом родной, но и всякую жертву (и тех, кто не сломился на следствии и держится за свое достоинство) он старается превратить в "своего", приобщить - чрез возбуждение греховных наклонностей человеческой природы - к своему адскому мраку.
Грязь, голод, холод, позорное безправие, унизительное сведение имярека к инвентарному номеру, к скотским отправлениям и безсмысленному труду загоняют людей в отчаяние, из которого нет выхода. Мировая безсмыслица совершает на пятачке земли, огороженном вышками и опутанном колючей проволокой, свою тризну, сооружает здесь свои капища. Верующий, попадая в этот ад, вскоре обнаруживает, что отбыть его, просто отмучиться не получается, ибо тьма требует всего человека, засасывает в свой жернов, и надо как-то отодвинуться от черной воронки, отгородиться, хотя ты и связан по рукам и ногам своим безправием...