Страница 151 из 185
На руках возмут тя, да не когда преткнеши о камень ногу твою: На аспида и василиска наступиши, и попреши льва и змия…» (Пс. 90, 14-16). В святом Евангелии о том же сказано: «Змия возмут; аще и что смертное испиют, не вредит их...» (Мк. 16, 18). ЦИВИЛИЗАЦИИ ДУХОВНЫЕ И ЧУВСТВЕННЫЕ К ПОНИМАНИЮ драматических судеб русской христианской государственности невозможно приблизиться, минуя тему взаимоотношений России с Западом, которые на протяжении последних трех столетий во многом определяли всю мировую политику.
Колеблясь в широких пределах от глухой враждебности до жестокого военного противостояния, эти отношения несомненно имели в своем основании нечто более глубокое, чем обычные политические и экономические противоречия, неприязнь католичества к Православной Церкви или борьба за сферы влияния в колониальных владениях*. --- *Один из главных западных стратегов, известный и влиятельный идеолог современного мондиализма Збигнев Бжеэинский высказался недавно о причинах и результатах нынешней 594 Политические и экономические противоречия с завидным постоянством раздирали западный мир из века в век, регулярно взывая к жизни судороги жесточайшего военного насилия, опустошавшего Европу.
Вряд ли они могли достигать в отношениях с Россией большего накала и поэтому, безусловно, не годятся на роль определяющего фактора в упорном противостоянии Запада и Руси. Религиозная, межконфессиональная вражда - фактор, конечно, более серьезный и значимый. К его анализу нам еще предстоит вернуться, но в данном случае следует признать, что и он не годится для всеобъемлющего объяснения.
Во-первых, Запад сам потерял религиозное единство уже четыре столетия назад, что и стало причиной целой эпохи «религиозных войн» между католиками и протестантами. Так что очевидная враждебность Ватикана к Православию столь же яростно являла себя и в отношении к протестантизму. А во-вторых, начиная с XVIII века (когда европейские государства стали по сути своей секуляризованными, светскими)
религиозный фактор утратил сколь-либо серьезное значение в политике Запада. И уж совершенно очевидно, что межконфессиональные противоречия ни в коей мере не могут служить объяснением драматической истории XX столетия, отмеченного наиболее ожесточенным противостоянием. Наконец, борьба за сферы влияния в «третьем мире», столь характерная для нашего века и частично - для прошлого (
когда в результате присоединения среднеазиатских стран Российская Империя вошла в непосредственное соприкосновение с гигантскими колониальными владениями Великобритании), никак не объясняет длительную и бурную предысторию конфликтов России с Западным миром. Возможность практически реализовать проекты глобального политического господства в масштабах всей планеты появилась лишь недавно.
Попытки ее воплощения в жизнь могут в какой-то мере объяснить эпоху «холодной войны», когда в смертельной борьбе столкнулись два взаимоисключающих проекта мирового объединения - «социалистический» и «либерально-демократический», - но и только... В общем, для того, чтобы удовлетворительно объяснить российский феномен, привычных исторических стереотипов явно недостаточно.
Православное сознание легко минует это препят- --- русской смуты весьма откровенно, «Россия - побежденная держава, - сказал он, - Она проиграла титаническую борьбу. И говорить "это была не Россия, а Советский Союз" - значит бежать от реальности. Это была Россия, названная Советским Союзом. Она бросила вызов США (читай - западному миру - прим, авт.). Она была побеждена.
Сейчас, не надо подпитывать иллюзий о великодержавности России. Нужно отбить охоту к такому образу мыслей»14. 595 ствие, обосновывая своеобразие русской судьбы исчерпывающе просто - промыслительным назначением России стать последним препятствием на пути всемирной апостасии. Отсюда -вся трагичность вашей истории, становящейся ареной столкновения добра и зла, спасающей благодати Божией и гибельных сатанинских соблазнов, высших порывов добродетельной души с низкими страстями и грязными пороками, терзающими падшую человеческую природу.
В такое объяснение легко укладывается вся русская история с момента Крещения Руси и до наших дней, включая сюда проблему многовекового противостояния Запада с Россией. Но нынешнему рационализированному и обезверившемуся «общественному мнению» такого объяснения явно недостаточно. Поэтому для того, чтобы уяснить себе истинные причины интересующего нас явления, мы будем вынуждены обратиться к научной области, лежащей на стыке истории, философии и социологии.
Если выводы, которые делаются на основании религиозных понятий с употреблением таких терминов, как «грех», «душа», «Промысл Божий», «благодать» и им подобных, кажутся некоторым скептикам лишенными необходимой убедительности, то, возможно, они окажутся более внимательными к заключениям, сделанным на «научном» основании с применением понятий «культура», «право», «цивилизация», «легитимность» н т. п...
* *** ВСЯ доступная нашему обозрению история человечества является историей становления, расцвета, гибели и взаимодействия народов, культур и цивилизаций. Именно они являются субъектами исторического процесса, главными действующими лицами грандиозной драмы, развертывающей свое течение на пространстве веков и тыся- --- *К слову, уместно будет заметить, что на самом деле «научная» терминология с точки зрения определенности и ясности не имеет никаких ощутимых преимуществ перед религиозной.
Никто из ученых, например, так и не смог даго полное, корректное и практически пригодное определение понятиям «нация», «народ», «культура», «цивилизация», «нравственность? и десяткам иных, которые сплошь и рядом используются в специальной литературе с весьма произвольным значением. Люди, пользующиеся научной терминологией в расчете на ее определенность и внятность, впадают в самообман, основывающийся на тираническом господстве «общественного мнения».
«Так принято», «так делают асе» - был бы единственно честный ответ на вопрос о причинах выбора... Не проще ли признать, наконец, что существует огромная область нашей жизни - в просторечии называемая «гуманитарной», - где рационалистические научные методики и позитивистские философские схемы совершенно непригодны в качестве инструментов познания?
Что в основе бытия Вселенной лежит великая Тайна Божия, открывающая себя верующему сердцу по мере его очищения от грехов и страстей?.. 596 челетий. Попытки «исторического материализма» опровергнуть этот несомненный факт закончились полным провалом, а взрыв национализма на территории разрушенного СССР, вызванный неудержимым стремлением народов к восстановлению своей культуры и религиозной самобытности, - зримо подтвердил первичность этих факторов по сравнению со всеми иными: политическими, экономическими и им подобными.
Понимание того, что именно иррациональные, мистические, мировоззренческие особенности придают различным культурам неповторимое своеобразие и служат первопричиной их исторического «притяжения» или «отталкивания», наметилось в русской науке еще в прошлом столетии. В сущности, это утверждение настолько очевидно, что граничит с банальностью, и лишь страх «просвещенного» века перед неуловимым понятием «мировоззрения» (
не поддающегося рационалистическому объяснению и не сводимого к логическим формулировкам) препятствует признанию этой историософской аксиомы. Как бы то ни было, еще в 1871 году в Санкт-Петербурге товариществом «Общественная польза» был издан ставший впоследствии знаменитым капитальный труд Николая Данилевского «Россия и Европа», в котором автор утверждал, что «естественная система истории должна заключаться в различении культурно-исторических типов, как главной основы ее деления»15.
Глубоко верующий человек и пламенный русский патриот, Данилевский был освистан всей «прогрессивной общественностью» России как ретроград и мракобес. На Западе, однако, его идеи получили неожиданно бурное развитие уже в начале нашего столетия - в связи с попытками европейских интеллектуалов разобраться в причинах духовного кризиса, охватившего западный мир.
Освальд Шпенглер, немецкий писатель, философ и культуролог, в мае 1918 года выпустил в свет книгу под названием «Закат Европы»18, ставшую, по меткому выражению одного из рецензентов, настоящим «реквиемом по Западу»*. Нас, впрочем, в данном случае прежде всего интересует тот факт, что, подобно Данилевскому, Шпенглер тоже признал самобыт- --- *Не лишен определенной поучительности и тог факт, что вожди коммунизма и фашизма - двух наиболее влиятельных социальных течений первой половины XX века - по-своему отреагировали на теорию Шпенглера. Муссолини расценил ее положительно (
несомненно, в свете того, что «свежие» фашистские мировоззренческие ценности должны были, по его мнению, заступить место «отживших свое» ценностей Запада, чью скорую смерть предвещала книга Шпенглера). Ленин, наоборот, понимая полную несовместимость шпенглеровской методологии с догматами «исторического материализма», разгневался столь сильно, что именно книга статей Бердяева.