Страница 22 из 79
Видов молитвы, согласно нашему священному Преданию и божественному Писанию, много, также как много и способов упражнения в ней. Наши богоносные Отцы, вдохновленные примером Господа нашего, Который дал нам молитву «Отче наш», также составили относящиеся к дневным и ночным богослужениям различные молитвословия в прозаической и поэтической форме.
Их содержание соответствует всем видам молитвы, каковые суть: мольба, прошение, беседа, моление, благодарение и славословие, то есть как раз все то, что составляет потребность в обращении к Богу и общении с Ним мыслящих существ. Все эти важнейшие формы молитвословий обычно выражаются не одним каким-либо средством, --- 1 Прп. Иоанн Синайский, Лествица, 28, 1. 2 Слово о молитве, 1. PG 34, 853. На русском языке творения прп.
Макария Египетского изданы в другом порядке. Ср.: Духовные беседы (Собраниерукописей типаII), 40, 2. Творения, с. 435. 3 Прп. Нил Подвижник, Сто пятьдесят три главы о молитве, 3 // Добротолюбие (в рус. пер.), т. 2, с. 207.
но разнообразно, в соответствии с опытом, силами и познаниями каждого священного поэта, и направлены всегда к одной цели — быть устремленными к Богу.
Иными словами, в священной поэзии осуществляется призыв: Придите, поклонимся и припадем Ему, и восплачем-ся пред Господем, сотворшим нас (Пс. 94, 6). Самое видное место в нашем церковном богослужении принадлежит Псалмам царя и пророка Давида. Они содержат все виды молитвословий, так что всякий в любое время, находясь в разных условиях и имея различные нужды, может искать с их помощью милости Божией.
Так иногда верующий восклицает: Из глубины воззвах к Тебе, Господи, Господи ус-лыши глас мой! (Пс. 129, 2), и снова: Господи, услыши молитву мою, и вопль мой к Тебе да приидет (Пс. 101, 1),и опять: К Нему усты моими воззвах, и вознесох под языком моим (Пс. 65, 17). В другой же раз, когда говорит лишь сердце, молящийся в тишине и безмолвии просит: Помолихся лицу Твоему всем сердцем моим: помилуй мя по словеси Твоему (Пс. 118, 58)
, и снова: Исповемся Тебе, Господи, всем сердцем моим, повем вся чудеса Твоя (Пс. 9, 1) и еще: Разжжеся сердце мое, и утробы моя изменишася (Пс. 72, 21), и в другом месте: Приступит человек, и сердце глубоко (Пс. 63, 7). Подобным образом продолжается выражение человеческой тяги к Богу в прошениях, молитвах, молениях, благодарениях, славословиях и всяких других возможных формах, которые были бы пригодны для извещения благости Божией о человеческих нуждах.
Кроме этого Псалмопевец распределяет свои молитвы в двадцатичетырехчасовой последовательности, особо отмечая отдельные части суток: Седмерицею днем хвалих Тя о судьбах правды Твоея (Пс. 118, 164); и в другом месте: Во дни воззвах и в нощи пред Тобою (Пс. 87, 2) и: Полунощи востах исповедатися Тебе о судьбах правды Твоея (Пс. 118, 62), и в другом месте снова: Предварих в безгодии и воззвах: на словеса Твоя уповах.
Предваристе очи мои ко утру, поучитися словесем Твоим (Пс. 118, 147-148), и опять: Вечер и заутра и полудне. и на всякое время благословлю Господа (ср. Пс. 54, 18; Пс. 33, 2). Нужно признать, что раньше Отцы наши много времени посвящали псалмам Давида и многие знали наизусть всю Псалтирь, так как она была основным богослужением. От древних Отцов Церковь переняла обычай заполнять часы дневных и ночных служб многими псалмами.
Как известно, вся Псалтирь прочитывается в храме за неделю, кроме этого много псалмов дополняют части всего суточного круга богослужений, таких как утреня, вечерня и прочее. Важное значение псалмов, которые так широко вошли в практику наших священных служб и вообще в церковное предание, к сожалению пренебрегается нашими современниками, особенно вне монашеской среды.
Возможно это происходит от незнания языка богослужения и тенденции сокращать церковные службы. Но вернемся к нашей теме. Как мы уже сказали, богатство содержания псалмов Давидовых сделало их господствующим элементом богослужения ранней Церкви и особенно у Отцов, проводивших монашескую жизнь. Так продолжалось до периода расцвета палестинского монашества в V и VI веках, когда монахи монастыря святого Саввы ввели песнопения Октоиха и тропари, посвященные главным образом Господским и Богородичным праздникам, а также памяти некоторых святых.
Этот общий порядок церковных последований и песнопений в его новом виде, который соблюдается Церковью до сего дня, касается в основном общих собраний всего «народа церковного». Однако для уединенной молитвы Отцы придумали короткие односложные молитвы, так как они больше способствуют обращению внутрь себя и сосредоточению, в отличие от большого разнообразия псалмов и тропарей, которые поются на церковных собраниях.
Так иногда они повторяли начало пятидесятого псалма: Помилуй мя, Боже, по велицей милости Твоей и по множеству щедрот Твоих очисти беззаконие мое; иногда же повторяли слова мытаря: Боже, милостив буди мне грешному (Лк. 18, 13), а иногда говорили: «Аз убо, Господи, яко человек согреших, Ты же яко Бог помилуй мя»; иные же Отцы повторяли слова благоразумного разбойника: Помяни мя, Господи, егда приидеши во Царствии Си (Лк. 23, 42).
Но важнейшим односложным призыванием, вошедшим в обычаи и правила верующих всех чинов и положений, осталась молитва ко Спасителю нашему Иисусу Христу: «Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя». Это Имя, сладчайшее паче меда и сота (Пс. 18, 11), Имя высшее всех имен, надеясь на которое и призывая которое мы можем обрести спасение, навсегда стало неизменным занятием и деланием всякого сознательного христианина, верующего Богу и знающего путь своего спасения. Итак, если согласно св.
Иоанну Лествичнику молитва есть «пребывание и соединение человека с Богом», а также «беседа ума с Богом», согласно преподобному Нилу, то всякий верующий должен прилагать максимум усилий к способам и средствам, ведущим к достижению этой цели, чтобы благий Владыка наградил наше намерение и дал молитву молящемуся (1 Цар. 2, 9). Богоносные Отцы, обладавшие духовным опытом, проведшие большую часть своих подвигов в блаженной молитве, передали нам в качестве наиболее способствующего уподоблению Богу средства постоянное по возможности призывание Иисуса через эту краткую молитву.
Это односложное божественное призывание предпочитается и считается необходимым у подвижников во время личной молитвы; особенно это касается монахов, главная забота и важнейшее делание которых есть непрестанная молитва. Простое и немногословное содержание этой маленькой молитвы позволяет с успехом исполнять заповедь апостола Павла непрестанно молитеся (1 Сол. 5, 17)
, а также легко произносить ее везде и всегда, независимо от времени, места и окружения. Короткая Иисусова молитва содержит глубокий богословский смысл, и ее воспроизведение дает извещение свыше каждому верующему, ищущему милости Божией, поэтому эта молитва справедливо утверждена в качестве главнейшей частной молитвы христиан. Словом «Господи» мы исповедуем боголепное господство и величие Божества, при этом мы одновременно признаем свой долг веры и послушания нашему Господу и Богу.
Словами «Иисусе Христе» мы исповедуем всю совокупность мироспасительного домостроительства Сына Бо-жия, а в словах «помилуй нас» мы свидетельствуем совершившееся спасение человечества и исповедуем эсхатологический смысл божественных обетовании об обновлении и совершенстве всего во Христе, как учит наша Святая Церковь. Святые Отцы изобрели множество практических способов концентрации внимания и упражнения в односложном молении и призывании имени Божия.
Это делание называется трезвением и сердечной или умной молитвой, и главная цель сего делания — блюдение и хранение ума. И если «небрежность к помыслам рождает злоупотребление в делах», что является согрешением в деле, в таком случае необходимо хранение ума, так чтобы с этого первого помысла, е «прилога», отсекалось прячущееся под разными личинами зло и таким образом достигалось без труда спасение. Во утрия избивах вся грешныя земли (Пс. 100, 8)
; дщи Вавилоня окаянная, блажен иже имет и разбиет младенцы твоя о камень (Пс. 136, 8-9), говорит пророк Давид. Слова во утрия и младенцы означают приближение и начало всякого греховного помысла. Итак в качестве ограждения для нашего быстротекучего и стремительного ума Отцы не нашли более удовлетворительного средства, чем памятование о Боге, и этому-то они учат нас в пригодных для данного предмета выражениях.
«Поминать Бога следует чаще, нежели ды-шать»1 , говорит св. Григорий Богослов. «С именем Иисуса да будет соединен каждый твой вздох» , говорит прп. Иоанн Лествичник. «Храни помышление и не встретишь затруднений во искушениях»3 , говорит св. Исихий Пресвитер. И вообще Святые Отцы говорят, что когда в нас отсутствует память о Боге, вместо нее приходит волнение страстей. --- 1 Св.