Страница 43 из 79
Для нас, носящих рясы, то есть называющих себя духовными, это должно стать постоянной заботой, потому что духовность — не тема добровольного выбора. Это наш главный и необходимый долг, и без него мы не имеем другой разумной причины к существованию. Слова шедше, научите вся языки предполагают наличие некой духовной силы, которая нас делает способными внити в дом крепкаго, и сосуды его расхитити, то есть отнять его трофей (Мф. 12, 29).
Ведь что такое грешники, как не трофей дьявола, который подчинил их своей воле? Таким образом, Господь нам заповедал похитить у дьявола эти трофеи, чтобы ввести их в Царство возлюбленного Сына Божия (см. Кол. 1, 13). Каковыми чистыми и святыми должны мы быть, чтобы исполнить эту миссию! Не будем забывать, что, согласно святым Отцам, чтобы просвещать, надо прежде просветиться самому; что надо очиститься прежде — и тогда очищать.
ЧАСТЬ ВТОРАЯ СЛОВА НА ПРАЗДНИКИ
«БОГ ЯВИСЯ ВО ПЛОТИ» Возлюбленные во Христе мои братия, поистине велико и страшно таинство воплощения Сына и Слова Божия, таинство неописуемое в его величии и необъяснимое в его духовной глубине. Бог явися во плоти (1 Тим. 3, 16). Сегодня исполняются молитвы о нашем спасении и воссоздании всех от века пророков и праведников.
Сегодня завершается смотрение исполнения времен (Еф. 1, 10) и является выкуп, разрешающий наше пленение. Слово плоть бысть и вселися в ны (Ин. 1, 14), и мы Его видехом очима нашима, и руки наша осязаша Его (1 Ин. 1, 1). Тайна сокровенная от век и от родов... иже есть Христос в нас, упование славы (ср. Кол. 1, 26-27) является ныне через божественное воплощение и распространяет обильный свет на предвечные советы Бога нашего.
Сокрытое от века и неведомое ангелам таинство теперь открывается, и два прежде разделенных мира, ангельский и человеческий, соединяются и приносят Богу совместное славословие. Древняя мимоидоша, се, быша вся нова (2 Кор. 5, 17). Поэтому наша Церковь так радостно и поет: «Новыми вместо ветхих, вместо тленных нетленными»[26] сделало нас снисхождение и сошествие Спасителя нашего Бога. Сегодня Иже во образе Божии Сый...
Себе умалил, зрак раба приим, в подобии челове-честем быв (Флп. 2, 6-7). Вот что об этом говорит великий светильник нашей Церкви святитель Иоанн Златоуст: «Человеком стал Бог, и богом человек...[27] Вышний сошел вниз по домостроительству, нижний же возвысился по человеколюбию [Вышнего]; Бог пришел на землю, а человек взошел на Небо»[28] , так что все объединилось в смешении: единым стал род Бога и человеков.
Поэтому справедливо апостол Павел восклицает: Егоже (Бога) есмы и род (Деян. 17, 28). Обратимся снова к святому апостолу Павлу, чтобы более определенно услышать божественные тайны, сокрытые в советах Божиих: Егда же прииде кончина лета, посла Бог Сына Своего, раждаемого от жены, бываема под законом, да подзаконныя искупит, да всыновле-ние восприимем (Гал. 4, 4-5).
Вот доказательство Божьего человеколюбия. «Приидите, возрадуемся Господеви, настоящую тайну сказующе»[29] . Христос в нас, упование славы (Кол. 1, 27). В нас Христос — и никто другой. Христос в нас — и дьявол удален от нас. Христос с нами — и никто не может быть против нас. Христос рядом с нами — и мы через Него будем рядом с Отцом. Христос в нас — и мы уже не принадлежим себе.
Христос с нами и мы с Ним в славе Его, как Он об этом просил за нас Отца. И исповедуемо велия есть благочестия тайна: Бог явися во плоти, оправдася в Дусе, показася ангелом, проповедан бысть во языцех, веровася в мире, вознесеся во славе (1 Тим. 3, 16). В приведенном нами стихе, или лучше гимне, христоносного Павла к Тимофею описывается все значение божественного откровения, все таинство нашей веры, весь образ любви Божией к человеку и весь смысл сотворения мира, потому что всяческая в Нем состоятся (Кол. 1, 17).
Человеколюбивая забота Бога о мире, Его Промысл о спасении человека и вообще все божественное откровение — все это содержится и является в исполнении велией благочестия тайны, воплощения Бога Слова. Явление Христа в нашей истории и жизни, говорит один из церковных богословов, истолковывавших святого Максима, есть и в правду исключительное, ни с чем не сравнимое и неповторимое событие, решающее для всего существования и жизни мира и человека в настоящее время и в вечности.
Само Слово, воплотившись и став исторической личностью, делается мистическим центром всех живых существ и всего творения. И еще кто-то другой говорит, что через явление Христа в пространстве и во времени мир и человек приобретают в Нем разумность и смысл, спасение и вечное блаженство. Однако давайте взглянем и на событие падения человека, которое стало прямой причиной снисхождения Божественного Слова.
Бог знал о падении человека еще прежде, чем создал его, однако не лишил свободы, чтобы не умалить его свойств как разумного существа, сотворенного по образу Божию: Нераскаянна бо дарования Божия (Рим. 11, 29). Но будучи беспредельным в Своей любви и премудрости, Бог не оставил в тщете Своего вечного благоволения даровать человеку уготованные ему блага и поэтому заранее задумал Свое «человеколюбивое домостроительство» о спасении.
Свобода человеческой личности была от начала включена в идею создания и, следовательно, грехопадение не оказалось «странным» и «неожиданным» для Бога. Более того, согласно св. Иоанну Дамаскину, Господь не пожелал, чтобы человеческий грех и дьявольское лукавство превзошли Его божественную благость, и поэтому позаботился о предельном проявлении Своей любви.
Отсюда становится очевидным, что падению человека предшествовало предведение Бога и что Им было предуготовано божественное домостроительство о его спасении. Таким образом, человеческая свобода не смогла разрушить замысла Божия, потому что оказалась странным образом заключенной в объятиях другой, широчайшей действительности — божественного замысла о спасении и обожении мира через воплощение Слова.
Дракон и древний змей похитил и привел в негодность образ Божий, человека. Но воля и любовь Божия управила все это таким образом, что Сам Бог стал человеком, чтобы вернуть ставший непригодным образ к его первообразной красоте. Вот и соответствующее этому замыслу таинство: Тот, через Кого все произошло, Бог Слово и Сын Отчий, становится Сыном Человеческим и, восприняв нашу природу, остается навсегда «сугуб естеством, но не ипостасию»[30] .
Любовь Божия, проявленная через воплощение Бога Слова, — событие не случайное и немаловажное, потому что Слово Воплощенное для нас есть средоточие жизни и смысл нашего пребывания в вечности. Согласно святым Афанасию и Максиму, Христос делается центром нашей истории, праистории и метаистории. «Господь наш Иисус Христос есть начало, середина и конец всех веков, прошедших и настоящих и грядущих» .
Как Бог Слово, Единый от Лиц Святой Троицы, Христос принял всю человеческую природу в Свою Божественную Ипостась и стал началом и концом всех путей, ведущих к Богу, а через Свое обожествленное человечество Он явил Себя «начатком» нового творения (см. 1 Кор. 15, 23). Вполне ясно, что божественное домостроительство, реализованное через воплощение Слова, представляет величайшую и глубочайшую тайну, если не считать еще одной тайной творение мира.
Это великое событие не может выглядеть как простое посещение Богом нашего мира с целью вернуть человечество, неким механическим способом, на прежнее место; оно является осуществлением необъяснимых «советов» Божией мудрости и любви о падшем творении. Советы эти состоят в том, чтобы воссоздать и, так сказать, экзистенциально утвердить это творение, то есть людей, в качестве сынов Небесного Отца и соучастников божественной Жизни через их сущностное единение со Христом, Воплощенным Словом.
Вот что так поразило Павла, когда он воскликнул: О, глубина богатства и премудрости и разума Божия! (Рим. 11, 33) Господь наш Иисус Христос, став Великого Совета Ангелом, сверх всего остального, чему Он нас научил, проповедал нам об Отце. Он причислил нас к Своим со-телесникам и сонаследникам и сделал с Собой единым телом и членами, а Сам стал нашей главой. Чего нам еще не хватает?
Бога зовем со дерзновением Отцом, наученные Христом. Послушаем, каким образом Он делает нас родными Себе: Иду ко Отцу Моему и Отцу вашему (Ин. 20, 17); и, молясь, снова говорит: Да любовь, еюже еси Мене возлюбил, в них будет и Аз в них (Ин. 17, 26). Вот какова реальность божественного родства, в котором мы стали причастницами божественного естества (2 Пет. 1, 4).