Страница 56 из 57
Разве это не те, кто подчиняется неразумным и страстным похотям и извращает правый путь покаяния? Мы призваны к полному и всецелому покаянию, по слову Господню: Аще не избудет правда ваша паче книжник и фарисей, не внидете в Царствие Небесное (Мф. 5, 20). Эти слова меня очень тревожат. Фарисейская правда — это типичная, но мнимая христианская жизнь.
Но Господь наш Своим явлением и Своей преданностью от всея души и сердца божественной воле попрал эту человеческую правду. Мы принесли Богу двойное исповедание: в божественном крещении и в постриге в святую схиму. Мы исповедали, что не ктому себе живем, но Умершему за нас и Воскресшему Христу (ср. 2 Кор. 5, 15). Поэтому никакие отговорки не оправдают нас в страшный час исполнения божественной правды.
Истинное и настоящее покаяние наше проявится в делах, которые подобно елею наполнят наши возжженные лампады, а результаты наших дел покажут, кто мы есть. Лампады для елея — это душевные силы, в которых хранятся добродетели, а сам елей — это практическая добродетельная жизнь. Возжженный светильник — это ум, просвещаемый сиянием Божества. Мы должны возненавидеть все лишние предметы и обычаи суетного мира, особенно телесное наслаждение, потому что все это вызывает любовь к телесному успокоению и делает нас врагами Божиими.
Раз уж мы не соблюли главной заповеди о строгом боголюбии, соблюдем, по крайней мере, заповедь о несотворении кумиров. Время Благодати наступило, когда прозвучало повеление покаяться: Покайтеся, при-ближибося Царствие Небесное (Мф. 3, 2). В сущности, покаяние есть постоянное отречение от прошлого, когда жизнь без Бога побуждала нас на преступные дела и похищала у нас печать исповедничества.
Мы, как описывается в притче о блудном сыне, нуждаемся от всей души и сердца в воскресении и возвращении на наше прежнее место. Покаяние — это воззвание ума, впадшего в состояние безумия, презревшего добро и принявшего зло в качестве добра. Чтобы совершать истинное покаяние, ум должен возвратиться на свое истинное место и научиться правильно пользоваться помыслами, что научит его и верному отношению к вещам.
Правильное отношение к мыслям и вещам, по правилам покаяния, как для новоначальных и средних, так и для совершенных, заключается в молитве, в брани против страстных помыслов и терпении приходящих скорбей. Без всего этого у вас не будет совершаться ни духовное делание, ни покаянная жизнь не будет для вас желанной. Страх при воспоминании о Страшном Суде и горячее стремление к божественным обетованиям, которые есть не что иное как Рай, помогут вам претерпеть все скорби.
Как добродетели и успехи происходят от трудов и скорбей, так и все злое рождается от наслаждений и славолюбия. Однако, по Благодати Христовой, существуют подвижники, которые терпят напасти и бесчестия за истину, и они действительно идут апостольским путем, неся крест страданий Христовых. Понеже с Ним страждем, да и с Ним прославимся (Рим. 8, 17).
Но если тело не страдает за Христа, то и ум не сопрославится с Ним. Телесная деятельность приводит в пробуждение чувства, а душевная деятельность и умное делание пробуждают сердце. Это означает, что практические, телесные добродетели предшествуют духовным. Всякое утешение и самолюбие влечет за собой страдание и рассеяние. Всякое страдание за Бога влечет утешение и духовную радость.
Кто рассудителен на поприще покаяния, тот очищает красоту души слезами, постом и нищетой, в которых выражается злострадание. Скорби и страдания, происходящие ради Бога, возможно, превосходят многие труды, совершаемые без печали. Добровольные скорби ради Бога — это испытание подлинности любви, и поэтому все святые претерпевали испытания скорбями.
Одна из молитв пророка Давида открывает нам сущность главных добродетелей, которые мы должны в себе взращивать, С какой бы стороны мы ни посмотрели на жизнь этого великого пророка, мы увидим, что она полна добродетелей. Справедливо Бог отметил его как достойного быть Его прообразом. Обретох Давида, сына Иессеова, мужа по сердцу Моему (Деян. 13, 22).
Он, будучи добродетельным человеком и подвижником покаяния, считал, что два качества и две добродетели особенно умилостивляют Бога, и, кроме того, они легко доступны для человека. С помощью них он изгладил свою вину, возвратил в нормальное состояние свои отношения с Богом и нашел перед Ним оправдание. Виждь смирение мое и труд мой, и остави вся грехи моя (Пс. 24, 18).
Отцы считают, что это — единственное решение для желающего искупить свою вину. «Смирение и страдание освобождают человека от всякого греха; первое избавляет от страстей души, второе же — от страстей тела»1. Враг, зная, какую пользу приносит злострадание, влагает помыслы о болезни и слабости тела, чтобы остудить пыл подвизающегося. Кто боится телесной болезни, не достигает того, что по природе, и не может приобрести добродетелей.
Добивается успеха лишь тот, кто научился предаваться Богу с верой, потому что вся возможна верующему (Мк. 9, 23). Учитель духовного закона, святой Максим Исповедник, приводит следующее рассуждение: «Остерегайся матери всех зол — самолюбия, которое является неразумной любовью к своему телу. Ибо от него под благовидными предлогами рождаются три главных страстных помысла: я имею в виду чревоугодие, сребролюбие и тщеславие, которые прикрываются мнимой телесной необходимостью.
А за сими страстями следует набор и всех остальных зол»2. «Никтоже, — говорит Апостол, — свою плоть возненавиде (Еф. 5, 29), но умерщвляет и порабощает ее (1 Кор. 9, 27), не предоставляя ей ничего больше, как только пищу и одеяние (1 Тим. 6, 8), и то лишь в той мере, которая необходима для жизни. Кто кого любит, тот тому во что бы то ни стало и спешит услужить: поэтому, если кто любит Бога, тот непременно спешит исполнить угодное Ему»3 .
Известно, что Бог любит и требует от нас добродетелей любви и целомудрия, созерцания и молитвы. Напротив, телу нравятся чревоугодие, распутство и все, что их разжигает. Поэтому сущии во плоти Богу угодити не могут (Рим. 8, 8), а иже Христовы суть, плоть распяша со страстьми и похотьми (Гал. 5, 24). Когда ум обуздывает чувства и они прекращают подчиняться неразумному началу души, тогда он легко обращается к Богу, и тело начинает повиноваться ему.
Наш общежительный образ жизни — это твердое основание для взращивания такого состояния. Потому что точность в выполнении уставного порядка, устранение от причин, влекущих к греху и принуждение себя к братолюбивому поведению, — все это без труда ведет нас к тем началам и принципам, которые направлены на устранение от всего, что нам вредит, и осуществление того, что созидает. --- 1 Ср. пер. А. И. Сидорова: прп.
Максим Исповедник, Главы о любви, Первая Сотница, 76. Творения, Кн. I , с. 104. 2 Там же: Вторая Сотница, 59. С. 115. 3 Там же: Третья Сотница, 9-10. С. 122. БЕСЕДА СОРОКОВАЯ «Исповедайтеся Господеви» 1 О тцы и братия, я не буду молчать, пока мы с вами находимся на поприще борьбы и идем по пути нашего возвращения в жизнь, которую мы потеряли при грехопадении.
Мы похожи на потерпевших кораблекрушение или на жертвы величайшей катастрофы, которые, находясь под грудой развалин, все еще пытаются спастись. И спасение наше осуществил Господь через Свое воплощение и явление в мир, оплатив сначала долг за нашу вину, а затем возвратив нам Благодать, которую мы потеряли. Примером Своей добродетельной жизни Он дал нам мужество, необходимое для ведения брани, мужество, которое мы тоже потеряли вследствие растления и отдаления от Бога.
Мы знаем, что наши страсти и похоти, которые часто увлекают нас, неразумны и отвратительны перед Богом. Мы должны все испытывать, то есть распознавать. Как говорит Апостол, вся ми леть суть, но не вся на пользу; вся ми леть суть, но не аз обладан буду от чего2 (1 Кор. 6, 12). Мы принадлежим не себе, но Богу, Который есть наш Творец и Воссоз-датель.
Не будем следовать примеру наших первозданных прародителей. Господь говорит: Без Мене не можете творити ничесоже (Ин. 15, 5). Из истории мы знаем о тех человеческих «достижениях», которые осуществлялись без Бога. Если о нашей здешней жизни Господь говорит, что Он печется о нас (ср. 1 Петр. 5, 7) и что весть Отец наш, ихже требуем, прежде прошения нашего (ср. Мф. 6, 8)