Страница 12 из 110
20 В день памяти святителя Николая у его мощей в Мирах святитель Андрей, архиепископ Критский (родился около 660 г., умер 4 июля 740 г.), произнес проповедь в виде похвального слова (энкомий). В ней святитель Андрей сравнивает подвиг архиепископа Мирликийского Николая с подвигом мучеников Крискента, Диоскорида и Никокла (гл. 9). Крискент (память 13/26 апреля) пострадал в Мирах в 258—259 гг. при императорах Валериане и Галлиене. Диоскорид (память 13/26 октября) и Фемистокл (или, согласно святителю Андрею Критскому, Никокл — память 21 декабря/3 января) пострадали в Мирах в 250—251 гг. при императоре Декии. Сохранилась память еще о нескольких ликийских мучениках: Мефодий, епископ Олимпийский, церковный писатель, пострадал в Халкиде в 311—312 гг.; Аффиан из Гаги (рядом с Олимпом) — в Палестине; Лев и Иулиана — 24 июля/6 августа при Диоклетиане; Парегорий и Лев — в Патаре (память 18 февраля/3 марта) в 178 или 258—259 гг.
21 Эдикт, который начал отменять прежние указы 303—304 гг. о преследовании христиан, был обнародован 30 апреля 311 г., незадолго до смерти от неизлечимой болезни императора Галерия Максимиана в мае 311 г. Епископ Кесарии Палестинской Евсевий Памфил (264—340 гг.), современник и свидетель жесточайшего Диоклетианова гонения, пишет: «...на десятом году оно, по милости Божьей, совсем прекратилось, а затихать стало на восьмом году» (Церковная история, VIII, 16—17).
Ликийские язычники были недовольны ослаблением гонения в 311 г. Получив от императора разрешение обратиться к нему с любой просьбой, они стали ходатайствовать о продолжении преследования христиан. Об этом свидетельствует относящаяся к 311—312 гг. уникальная надпись на камне из Ариканды в Ликии, найденная археологами в 1892 г. (Tituli Asiae Minoris / Ed. E.Kalinka. II, 3. Vindobonae, 1944. P. 290—292. № 785): «Спасителям всего племени и рода человеческого августам цезарям Галерию Валерию Максимину, Флавию Константину и Валерию Ликиниану Ликинию от народа Ликии и Памфилии прошение и моление. Мы уже удостоились человеколюбивых благодеяний ваших богов-гениев и радеем о служении им. О божественнейшие императоры, всегда заботясь о благополучии вас, всепобеждающих владык, мы решили, что нам должно прибегнуть к вашей бессмертной царственности и попросить, чтобы уже давно безумствующие христиане, которые и до сих пор сохранили ту же болезнь, наконец остановились и никакими своими пустыми новшествами не преступали должное почитание богов. Это непременно было бы исполнено, если бы вы воспрепятствовали беззаконным деяниям безбожников и вашим божественным и вечным указом повелели всем им отречься от их веры. Да будут все они принуждены почитать культ ваших гениев ради вашего вечного и бессмертного царствия, что, как очевидно, было бы особенно полезно всем вашим людям».
22 Блаженный Симеон Метафраст называет святителя Николая «мучеником, принявшим бескровный венец» (гл. 13). О мученическом венце говорится в энкомиях святителя Андрея Критского (гл. 9) и пресвитера Неофита (гл. 26).
23 Хронологически разрушение капищ в Ликии могло последовать только после победы Константина над Ликинием в 324 г. В начале царствования Константина христиане составляли лишь седьмую часть населения государства. Уничтожение идольских храмов в Мирах святителем Николаем свидетельствует об очень быстром процессе христианизации населения в Ликии под влиянием великого архипастыря, а также о его дерзновении и мужестве. Сам Константин не мог запретить культ языческих богов. Эта мера привела бы к сильному возмущению большинства еще языческого населения и войска и смещению самого императора с престола. Так, в 393 г., когда христиане стали активно разрушать капища, язычник Арбогаст поднял восстание против императора Феодосия I (379—395 гг.), издавшего постановление о закрытии капищ и запрещении языческих жертвоприношений. Это восстание было подавлено, ибо большая часть населения в кон. IV в. уже приняла христианство, и император без особого риска для державы и своей жизни мог вести борьбу по искоренению языческих обрядов.
24 Артемида — греческая богиня охоты и луны. До христианизации она пользовалась в Мирах наибольшим почитанием и считалась покровительницей города. В Ликии главными богами были Аполлон, Артемида и их мать Латона (Лето). В ликийской эпиграфике Артемида часто встречается под именем Артемид Элевтер. В ее честь устраивались празднества и игры. Именем богини в Ликии был назван месяц артемисий, приблизительно соответствующий нашему июлю. Храм Артемиды в Мирах славился как самое величественное и прекрасное здание в Ликии. Большая надпись из Родиаполиса (ок. сер. II в. по P. X.) так восхваляет ликийского мецената Опрамоаса: «В городе Миры, разрушенном землетрясением [141 г. по Р. X.], он воздвиг святилище Элевтеры, самое прекрасное и большое в Ликии, а также устроил празднество и игры в честь богини и самодержца» (Heberdey R. Opramoas, Inschriften vom Heroon von Rhodiapolis. Berlin, 1897. XIII С, XIX AB). Святилище Артемиды часто изображалось на ликийских монетах времен императора Гордиана III (238—244) в виде дистального или тетрастильного храма. Место, где было в Мирах святилище Артемиды, — неизвестно. Возможно, оно находилось перед городом, подобно другим большим храмам античности, как, например, храм Артемиды Эфесской или ликийские святилища Латоны около Ксанфа и в Ойноанде.
25 Никея — город провинции Вифиния на северо-западе Малой Азии. В IV в. в Никее находилась излюбленная резиденция римских императоров. В ней проходили I (в 325 г.) и VII (в 787 г.) Вселенские Соборы.
26 По церковному преданию, на I Вселенском Соборе присутствовало 318 архиереев. В дошедших до нашего времени различных списках участников Собора на греческом, коптском, сирийском, арабском и других языках имеется до 220 имен. Однако по достоверным свидетельствам участников Собора, на его заседаниях было значительно больше архиереев. Святитель Афанасий Великий, папа Юлий и Лукифер Калабрийский говорят о 300 делегатах. Император Константин называет более 300. За время работы Собора состав и число его участников менялись. Одни епископы отбывали по неотложным делам в свои епархии, другие, наоборот, прибывали (Карташев А.В. Вселенские Соборы. М., 1994. С. 31—32). Возможно, поэтому нет полного списка архиереев, присутствовавших на всех заседаниях. Нельзя уточнить списки участников Собора и по его протоколам. Император запретил вести их, так как ему надоели бесконечные споры африканских фанатиков-донатистов по каждой букве записей. Константин предложил зафиксировать только точно сформулированные окончательные решения Собора.
Имени святителя Николая нет в большинстве списков (что, как мы видим, может быть легко объяснено их неполнотой), но оно присутствует в двух греческих списках участников Никейского Собора, один из которых был составлен около 500 г. церковным историком Феодором Чтецом (Patrum Niceanorum nomina latine, graece, coptice, syriace, arabice, armeniace / Ed, H. Gelzer, H. Hilgenfeld, O. Cuntz. Lipsiae, 1898. P. 67). Анрих полагал, что святитель Николай был вписан в эти греческие списки поздними переписчиками в XIII в., однако весьма авторитетные новейшие исследователи опровергают это предположение. Лек-лерк (Leclercq Н. Nicee // DACL, XII. Col. 1216), Шварц (Schwarz Е. Uber die Bischofslisten der Synoden von Chalkedon, Nicaea und Konstantinopel // Abhandlungen der Bayerischen Akademie der Wissenschaften, N. F., 13, 1937. S. 1—90) и Хонигман (Honigmann E. Le liste originale des peres de Nicee // Byzantion, 14, 1939. P. 17—76) считают, что Феодор сам на основании житий святителя Николая или других надежных источников, которыми он располагал, дополнил списки, имевшиеся в его распоряжении, пропущенным в них именем архиепископа Мирликийского.
27 В сохранившихся древних текстах повествование о пощечине еретику и заключении в тюрьму архиепископа Николая отсутствует. Приводя этот рассказ в Четьих-Минеях, святитель Димитрий Ростовский ссылается на инока Студийского монастыря Иоанна. Как предположил историк А.Ю. Виноградов, в Четьих-Минеях, по всей видимости, перепутано имя Студийского инока Иоанна с иноком Дамаскином, составившим в XVI в. житие святителя Николая на новогреческом языке. Это житие впоследствии получило широкое распространение на всем христианском Востоке.
28 По законам Римской империи рукоприкладство в присутствии императора считалось «оскорблением величества» (crimen laesae maiestatis) и наказывалось не только заключением в темницу, но и отсечением руки или опалением бороды.