Страница 51 из 110
Важной текстологической приметой Уваровско-Пискаревской группы является расширение текста в той его части, где речь идет об освобождении свт. Николаем оклеветанных мужей. В соответствии с обращением святого к царю, что если тот не отпустит невинных мужей, «то рдть ваздвигноу (ва) Трклкии
и сдмъ злі гоньзнеши живота своего» (цит. по: Трц-9, л. 215—215 об.), в названной группе идет значительная вставка (125 словоупотреблений в рукописи Увр-1045; см.: ПанинЛ.Г. История церковнославянского языка и лингвистическая текстология. С. 119— 121) явно более позднего происхождения. В ней идет речь о вызове к царю эпарха, обмене впечатлениями по поводу явившегося им во сне свт. Николая, освобождении оклеветанных мужей.
Содержание этой вставки в значительной мере повторяет и распространяет ранее написанное. Ее многословие нарушает ненавязчивую назидательность Похвалы в целом, особенно в том ее виде, в каком она отражена в Трц-9 и остальных списках Троицкой группы. Назидательность здесь вытекает не из авторских предписаний читателю, а из показа подвизаний святого. Автор в этом варианте Похвалы не отделяет себя от читателя, слушателя. В этом отношении примечателен, например, перевод высказывания из плана 1-го лица мн. ч. в план 2-го лица мн. ч. в другом отрывке. Автор Похвалы на заре русского Православия, обращаясь к читателю и слушателям, деликатно употребляет первые формы, включая и себя в число тех, кому адресованы пожелания.
Это авторское употребление в соответствующем отрывке донесли до нас все списки Древнерусской редакции и Тхн-235, ср.: «НО МЫ СА ТА ОСТАВЛЫШ поверзем га кісоу томоу, прилепим СА ХВЄ ЗАПоведи» (Тхн-185, л. 198а). В Новой редакции и Рум-435 автор повествования выделен из описываемой (точнее, предписываемой) ситуации. Это, бесспорно, более поздняя позиция, совершенно сознательная в своей морализующей направленности, ср.: «НО ТЫА ВСА ЗЛОБЫ 0СТАВЛАЦ1Є приврьзіте A TOMS’ B'tctf прїиміте сладостно х'в^ залові» (ИИФиФ, л. 72а).
Эта очень яркая черта, проводящая границу между редакциями, была подготовлена отрывком Похвалы, следующим в тексте далее. Ниже говорится о том, что «мы * того (Христа.—Л.П.) WCTABHBUie рікдмъ И ИСТОЧННКАМЬ трекы ПОЛАГАЄМЇ» (Трц-9, л. 216 об.). План 1-го лица мн. ч. (авторское словоупотребление) сохраня-
Л.Г. Панин
ется только в Трц-9, в остальных же списках высказывание переведено в план 2-го лица ед. ч. (ты того шстави8 и рѣка* и Ѵсточнико* трсвы поллгллшЕ (ИИФиФ, л. 726); в большинстве списков форма настоящего времени полаглеши), правда, в трех списках Древней редакции этот перевод «застрял» на полпути: «мы ... поллглеши» (Рум-436, МГАМИД-451, Рум-434).
Об исконности для текста Похвалы употребления именно плана 1-го лица мн. ч. свидетельствуют, например, последующие отрывки, где соответствующие глагольные формы сохраняются везде.
Назову еще одну текстологическую примету, разграничивающую редакции: в Древнерусской редакции (Рум-435 и Тхн-235) имя отца Николая Мирликийского звучит как Феофан, а в Новой редакции — Епифаний.
Языковые отличия Новой редакции от Древнерусской достаточно существенные, если исходить из всех списков каждой и особенно списков Древнерусской редакции, но если иметь в виду Трц-9 и ИИФиФ в качестве главных представителей каждой редакции, то языковых различий немного. Подавляющая масса разночтений складывается за счет «лексической разбросанности» списков Древнерусской редакции. Каждая из выделенных групп древней редакции лексически менее единообразна, чем Новая редакция.
Языковые отличия Новой редакции от Древнерусской покажем на материале двух списков: Трц-9 (первая форма) и ИИФиФ (вторая форма). Если оставим в стороне различия, связанные с наличием или отсутствием слова (что должно явиться предметом специального анализа, так как в большинстве примеров это были результаты сознательной правки), то можно выделить:
1) такие изменения в языке Памяти (в Новой редакции), которые вполне соответствуют периоду так называемого «второго южнославянского влияния»: «чюжего» (Трц-9, л. 216) — «чюжаго» (ИИФиФ, л. 726), «излш» (Трц-9, л. 216 об.) — «излѴід» (ИИФиФ, л. 726), «мзблвлай» (Трц-9, л. 217) — «изблвлал»
(ИИФиФ, л. 72г), «четвероногдід» (Трц-9, л. 216 об.) — «четвероно. гдд» (ИИФиФ, л. 726) и др.;
2) использование однокоренной лексемы (лексико-грамматической формы), позволяющей уточнить содержание фразы или построить параллельную конструкцию, например, «чти ѵѵца своего и мтрь свою, вазлюви ближнаго своего» (Трц-9, л. 216) -«ЧТИ ѴѴЦА своег и мтрь. ЛЮБИ ближнаго свое» (ИИФиФ, л. 726); «лесть» (Трц-9, л. 217 об.) — «прілти» (ИИФиФ, л. 72г-73а); вин. п. мн.
ч. «звіри» (Трц-9, л. 216об.) —род.-вин. п. ед. ч. «звѣрА» (ИИФиФ, л. 726). Часто уловить тонкости семантического различия здесь трудно: «на просвіціение твое» (Трц-9, л. 216 об.) — «ид просвіціение тобі» (ИИФиФ, л. 726) и др.;
3) замена слова на более книжный вариант, определившийся в качестве более высокого, ср. разночтения между Древ-нерусской и Новой редакциями: «ндкорми — напнтан»; «рема — копіє"»; «ГОтгонаи — изгонаа» и др.;
4) использование более конкретного и привычного образа (в сравнениях явных и скрытых): «рддоуи са сладоточьныід дрХиерію» (Трц-9, л. 217) — «рлХ’и с медоточьныи дрхиерію» (ИИФиФ, л. 72г).
Сюда же следует, видимо, отнести морфологические разночтения, ставшие возможными лишь в церковнославянском языке сравнительно позднего времени, когда форма звательного падежа свободно образуется и от неодушевленного существительного, использованного в качестве эпитета, сравнения, символа при обращении к святому (ср. совр. церковнослав. Слове), например: «рдд«уи са николле. похвдлл апльскдд» (Трц-9, л. 217) — «рлйі с николде похвало апльскаіа» (ИИФиФ 72г).
В целом же списки Новой редакции более бережно передают текст главного списка Древнерусской редакции — Трц-9.
Соотношение разночтений таково, что заставляет предполагать формирование Новой редакции на базе групп Древнерусской редакции: частично Новая редакция сближается с Уваровско-Пискаревской группой, частично — с Троицкой. Ниже приводится несколько примеров таких сближений.
Соответствующие группировки списков цитируются по Трц-9, Увр-1045, ИИФиФ, а также по Рум-435 и Тхн-235: а) «шстдвліаід совллзна древниха гріхова» (Трц-9, л. 215 об.) — «со. блазны и древнлл гріхи» (ИИФиФ, л. 71г, Увр-1045, Тхн-235 («преж_ НАд» вместо «древнлл»), Рум-435 (нет «и»)); «молвлми его просвітить» (Трц-9, л. 215 об.) — «приемлют простыню» (ИИФиФ, л. 71г, Увр-1045 («приимоута»), Тхн-235, Рум-435 («проціенис»)); «вазлюви и елиж. наго своего» (Трц-9, л. 216) — «люби» (ИИФиФ, л. 726, Увр-1045, Рум-435, Тхн-235); б) «швидимылга помагай» (Трц-9, л. 214, ИИФиФ, Рум-435, Тхн-235) — «відныма» (Увр-1045, л. 876); «кова вывдет держдві твое" влко» (Трц-9, л. 215, ИИФиФ, Рум-435, Тхн-235) — «црю» (Увр-1045, л. 886); «поставить црквь пртіи вци мрѴи» (Трц-9, л. 214, ИИФиФ («прчтіи»), Рум-435, Тхн-235) — «во има пртыи БЦА и приснодвцд» (Увр-1045).
Большее текстологическое и словарное единство списков Новой редакции бесспорно. Разночтения здесь есть, но их немного. При этом довольно значительная их часть повторяет аналогичные из Древнерусской редакции, но разночтения эти относятся к числу тех, которые основываются на регулярных языковых преобразованиях, поэтому в качестве текстологических примет малопоказательны.
В частности, это касается преобразования архаической формы. Так, списки Древнерусской редакции последовательно сохраняют известный уже по старославянским текстам оборот «не прелювы дій» (Трц-9, л. 216) (в Блш-66 — «прелювы не тво. ри»; в Увр-1045 — «прелювы не створи») с загадочной формой не то винительного, не то именительного падежа существительного. В большинстве списков Новой редакции это словосочетание заменяется формой сложного глагола «не прелюводіи» (ИИФиФ, л. 726), но некоторые из списков продолжают авторское употребление (Увр-328, Унд-560, Тхн-419).
Другой пример: «нЁозАТвореніе» (ИИФиФ, л. 726, Сол-369, ОСРК-900, Лук-85, Егр-34, Тхн-419) — «нвоу затворение» (Млц-116, л. 936, Чуд-262, Увр-1772, Увр-328, Унд-560). Это последнее словоупотребление характерно и для древней редакции.
В тех случаях, когда переписчик сталкивался с достаточно редким (областным) словом, он мог заменить его на близкое по значению и звучанию. Так, в Новой редакции в значении «снег, иней» употреблено слово «слана», воспроизводимое и некоторыми из списков Новой редакции (Тхн-419), но в основном замененное здесь: «слата» (ИИФиФ, Сол-369, ОСРК-900, Лук-85, Увр-1772), «слота» (Млц-116),также «слава» (Егр-34) и «слатд» (Рум435).